В погоне за миражом - Дэвис Линда

Званый ужин у Роз и Джастина начался поздно, как и предполагала Хелен. Примерно в половине одиннадцатого гости управились наконец с неким вегетарианским шедевром — именно к тому моменту, когда собравшиеся за столом журналисты и архитекторы уже приступали к обсуждению животрепещущей темы совершенно неприличных доходов тех, кто работает в Сити. Почти все присутствовавшие могли позволить себе выбираться из постели не ранее половины десятого утра, за исключением Хелен и еще двух-трех человек, приглашенных, чтобы «поддержать ее компанию», как пояснила Роз. Будто Хелен была не в состоянии сама найти интересного собеседника. Временами Роз проговаривалась, особенно тогда, когда горела желанием облагодетельствовать кого-либо. Сейчас компанию поддерживал Рис Дуглас, ехидный тридцатидвухлетний специалист по дальневосточным деривативам[3]из банка «Гриндлэйс».

— Отнеситесь к их красноречию со снисхождением, — шепнул он. — Если эти тирады дают им возможность почувствовать себя увереннее, тем лучше. Значит, мы справляемся со своими социальными функциями.

— Я не социальный работник, — улыбнулась Хелен, обведя гостей ироничным взглядом. — Обещать безукоризненное поведение не в моих силах.

Разговор за столом шел в знакомом ей тоне — смесь невежества и зависти, причем говорившие тщетно пытались скрыть апломб под маской «объективности». Хелен хотелось поднять на смех представления архитекторов об «общественном благе», однако почти забытые правила хорошего тона удержали ее от этого.

— Согласитесь, суть заключается в вопросе: что же они конкретно делают? — Слова Роз прозвучали так, будто ни Хелен, ни Риса в комнате не было. — Они важно ступают в кабинет, орут что-то в телефоны и гребут миллионные барыши. Бросьте, это же все-таки не исследования космоса. Они что, мир спасают? Зарабатывать таким способом на жизнь — чистый бандитизм! Сколько вы получаете, Хелен?

— На неудачных сделках — около миллиона, Роз, причем я имею в виду самых непроходимых тупиц. Если у человека голова хоть немножко варит, то это будет по крайней мере два миллиона. Будьте добры, передайте сюда вино.

— И еще один момент — как у вас умудряются до чертиков напиться в обеденный перерыв? Поразительно, что вы не теряете больше, чем зарабатываете.

Хелен сделала глоток вина и молча поставила бокал.

— Я сбита с толку, Роз, — после паузы проговорила она. — Мне казалось, нам удается это.

— Удается что?

— Делать деньги, Роз. Динеро, звонкую монету. Ту самую, с которой так любят играть ваши фонды. И вы знаете, какое это доставляет вам удовольствие, вне зависимости от того, пьяны вы или трезвы. Старые добрые фонды по-прежнему продолжают сбивать масло и снимать сливки. Вы можете стать богатым, богаче самого безголового трейдера[4], а ведь даже они люди весьма состоятельные. И все же вы не остановитесь, будете неустанно умножать свои капиталы.

Хелен подмигнула Рису, выпила второй бокал красного вина и вновь принялась слушать. Без четверти двенадцать она поднялась из-за стола.

— Роз, Джастин, прошу меня извинить. Завтра рано вставать, надо подготовиться к борьбе за мою чудовищно раздутую зарплату.

Рис с удовлетворением ухмыльнулся и тоже встал.

— Присоединяюсь к сказанному. Спасибо, Роз.

Поджав губы, та кивнула. Джастин попытался выдавить улыбку.

Следом распрощался с хозяевами и Родди. Выйдя из дома, троица остановила такси. Родди устроился посредине заднего сиденья — чтобы разделить бывшую весь вечер неразлучной пару. Хелен в дороге дремала, мужчины молчали. У Доусон-плейс она первой вышла из машины. Рис успел сунуть ей свою визитную карточку. Хелен без слов опустила визитку в карман.