После - Анна Тодд

Кажется, он даже не заметил, что я в полотенце. Или заметил, но это не произвело на него впечатления.

– Не обольщайся, смотреть на тебя не собираюсь, – усмехается он и отворачивается, закрыв лицо руками.

У него сильный английский акцент, раньше я этого не заметила. Наверное, потому, что раньше он со мной не разговаривал.

Не сообразив, как отреагировать, я фыркаю и подхожу к своей тумбочке. Что именно он имел в виду под «не собираюсь смотреть»? Может быть, он счел меня непривлекательной. Я поспешно надеваю белье, белую рубашку и шорты цвета хаки.

– Ну, ты все? – спрашивает он, и этим переполняет чашу моего терпения.

– А ты не мог бы повежливей? Я, кажется, тебе ничего не сделала. Так в чем дело?

Я кричу, может быть, несколько громче, чем хотела, но, судя по удивлению на лице моего обидчика, слова произвели впечатление.

Мгновение он молча на меня смотрит. И когда я уже ожидаю услышать извинения, разражается смехом. Его смех звучный и глубокий, его можно было бы назвать приятным, если бы он не был таким обидным. Когда он хохочет, на щеках появляются ямочки. Я чувствую себя полной идиоткой. Я вообще стараюсь избегать конфликтов, а этот парень, кажется, последний, с кем я стала бы ссориться.

Открывается дверь, входит Стеф.

– Извини, я поздно. У меня адское похмелье, – с трудом произносит она, и ее взгляд скачет между мной и парнем с татуировками. – Извини, Тесса, я забыла сказать, что Хардин зайдет. – И извиняюще пожимает плечами.

Мне хочется думать, что мы со Стеф сможем притереться друг к другу, в каком-то смысле даже стать подругами, но при ее образе жизни и компании мне просто трудно в это поверить.

– Твой бойфренд не очень-то вежлив, – выпаливаю я прежде, чем могу остановиться.

Стеф смотрит на парня на своей кровати, и оба начинают хохотать. Да что с вами со всеми, почему вы смеетесь надо мной? Это начинает по-настоящему раздражать.

– Хардин Скотт не мой бойфренд! – задыхаясь, произносит она. Успокоившись, она хмуро поворачивается к Хардину: – Что ты ей сказал? – А потом, снова повернувшись ко мне: – Хардин… просто не умеет по-другому разговаривать.

Отлично, значит, она говорит, что Хардин – просто грубиян. Парень из Англии пожимает плечами и пультом переключает канал.

– Сегодня вечером вечеринка. Ты должна пойти с нами, Тесса, – говорит Стеф.

Теперь моя очередь улыбнуться.

– Вечеринки – это не мое. К тому же мне нужно приобрести кое-какие вещи в комнату, на стол и стену.

Я смотрю на Хардина, который ведет себя так, будто никого из нас в комнате больше нет.

– Пойдем… всего лишь вечеринка! Ты теперь в колледже, так что одна вечеринка не повредит, – уговаривает Стеф. – Погоди, а как ты собираешься в магазин? Я думала, у тебя нет машины?

– Я собиралась поехать на автобусе. К тому же я не могу пойти на вечеринку, я же никого там не знаю, – говорю я, и Хардин вновь хохочет – еще одно подтверждение, что он собирается уделять мне не больше внимания, чем требуется для того, чтоб надо мной посмеяться. – Я собираюсь почитать и поболтать по скайпу с Ноем.

– Ты же не собираешься ехать на автобусе в субботу! Он будет битком. Хардин подбросит тебя по пути… правда, Хардин? И на вечеринке ты знаешь меня. Так что приходи… хорошо? – Стеф драматически сжимает руки.

Я знаю ее всего один день, могу ли я ей доверять? В голове всплывают предупреждения мамы об опасности вечеринок. За то недолгое время, что я знаю соседку, она показалась довольно приятной. Но вечеринка?

– Не знаю… Нет, я не хочу, чтобы Хардин подвозил меня в магазин.

Хардин удивленно разворачивается на кровати Стеф.

– Как же так! А я так мечтал об этом, – сухо отвечает он тоном, полным сарказма, и мне хочется швырнуть книжку в его кудрявую голову. – Ладно, Стеф, видишь, она не собирается приходить, – усмехаясь, говорит он с сильным акцентом.

Любопытство, которого во мне достаточно, подмывает спросить, откуда он. А чувство противоречия заставляет перечить.

– На самом деле, да, я приду, – говорю я с такой милой улыбкой, какую только смогла изобразить. – Наверное, там будет весело.

Хардин недоверчиво покачивает головой, а Стеф взвизгивает и крепко меня обнимает.

– Да! Еще как весело! – кричит она.

И в глубине души я очень надеюсь, что она окажется права.