Слезы разлуки - Френсин Паскаль

– Злюсь? – рассмеялся Стивен. – Как я могу злиться? Как можно злиться на пожар в Сан-Франциско? Или на землетрясение? Или...

– Ты хочешь сказать, что она была как стихийное бедствие, – холодно заметила Джессика. – Ну, здесь ты не прав. Кара – замечательная девушка, Стив. И я просто хотела тебе помочь.

Вдруг Джессика испугалась, что зашла слишком далеко. Не так много времени прошло со дня трагической смерти от лейкемии Триспи Мартин, девушки Стивена. Джессика хотела помочь брату и поэтому предложила Стивену встречаться с Карой Уокер, одной из своих самых близких подруг. Но он не был готов встречаться с другими девушками – по крайней мере, тогда. Да и Кара была не в его вкусе – он это ясно дал понять.

Но, кажется, Стивена не расстроили слова Джессики.

– Я знаю, что ты хотела помочь, – мягко сказал он и улыбнулся. – Только сделай одолжение, не помогай мне больше, Джес. Я как-нибудь сам справлюсь, сам разберусь в себе и своих чувствах.

Джессика с одобрением посмотрела на брата. Она соскользнула с трамплина и обернула свою стройную фигурку полотенцем.

«Какой он все-таки симпатичный, – пронеслось у нее в голове. – Но что бы он ни говорил, не очень-то он хорошо справляется с одиночеством!»

Стивен явно не знает сам, что ему нужно. С ребятами почти всегда так. Возможно, Кара Уокер действительно не в его вкусе, но это не значит, что в целом свете нельзя подыскать ему пары.

«Особенно сейчас, – думала она, заходя в дом, – когда Мэри Энн и ее компьютерная картотека к моим услугам».

– Можно к тебе? – спросил Стивен, просунув голову в приоткрытую дверь.

Элизабет бессмысленно смотрела на чистый лист бумаги, пытаясь сочинить хотя бы абзац для заметки в школьную газету «Оракул».

– Конечно, Стив, – она натянуто улыбнулась. – Кажется, вдохновение меня сегодня оставило.

Стивен присел на кровать, с интересом разглядывая фотографии на туалетном столике и книжных полках. Почти на всех был Тодд.

– Должно быть, ты будешь очень скучать по нему, – наконец сказал он.

Элизабет кивнула. Она бы хотела рассказать Стивену, как переживает из-за отъезда Тодда, но это будет нетактично с ее стороны.

«Каково было Стивену, когда Трисия умирала, – напомнила она себе. – Он не мог утешить себя мыслью, что они снова встретятся в будущем. Они были вместе так недолго и расстались навсегда».

– Может, ты хочешь выговориться? – мягко спросил Стивен. – Хотя знаешь, иногда лучше выговориться, а иногда от слов только хуже.

У Элизабет задрожали губы.

– Я хотела бы поговорить, только я чувствую себя виноватой. Из-за такого пустяка...

– Пустяка? – Стивен вскинул брови. – Не думаю, что это пустяк. Вы с Тоддом знаете друг друга с пеленок и последнее время были почти неразлучны. И наверное, вам очень тяжело вот так вдруг расстаться.

У Элизабет навернулись на глаза слезы.

– Конечно, тяжело, – призналась она. – Невозможно представить себе, что нам осталось быть вместе всего несколько дней. Что бы мы ни делали, куда бы ни пошли – в «Дэйри Берджер», на пляж – нас везде преследует эта мысль.

– Да, я понимаю. Нет ничего хуже, чем наблюдать, как счастье подходит к концу.

– Но на самом деле ничто не кончается, – поспешила сказать Элизабет. – Конечно, нашей неразлучности конец. Но мы будем звонить друг другу, писать письма. Вполне вероятно, что будем навещать друг друга время от времени...

– Лиз, можно задать тебе один вопрос? Вы с Тоддом хотите оставить все, как есть?

– Что ты имеешь в виду? Будем ли мы встречаться с кем-то еще?

Стивен улыбнулся:

– Вот именно.

Элизабет замотала головой:

– Мы еще толком об этом не говорили, но я знаю, что ни у него, ни у меня нет мысли предавать друг друга.

– Не мое дело лезть к тебе с советами, да и момент сейчас не самый подходящий, но мне кажется, это не лучшее решение.

Элизабет поджала губы. Сначала Иннд, теперь Стивен. Неужели они не понимают, что так будет лучше для Тодда и для нее? И зачем напоминать, как трудно им будет, – без них понятно.

– В колледже такие истории не редкость, – продолжал Стивен. – У многих есть что называется «домашние привязанности» – друзья и подруги, которые остались там, дома. Особенно трудно бывает тем, чьи требования особенно высоки. Они обещают ни с кем больше не ходить на свидания, вообще не видеться с парнями или девушками. И начинают невероятно ревновать, если появляется хоть малейший намек на то, что их обманывают. А ревность способна разрушить даже самую крепкую дружбу.

– Наверное, во многих случаях так оно и есть, Стив, – сказала Элизабет, как будто оправдываясь, – но мы с Тоддом так относимся друг к другу, что смешно было бы договариваться о неверности! Я же не говорю, что не буду видеться с друзьями после его отъезда, а среди моих друзей много ребят. Но ходить на свидания или влюбиться в кого-то – это просто невозможно.

– Ну хорошо, – наконец сказал Стивен, лукаво улыбаясь Элизабет. – Я никогда не сомневался в твоей способности принимать верные решения, Лиз. Ты твердо стоишь на ногах. Как бы трудно вам с Тоддом ни было, вы справитесь, я знаю.

Элизабет смотрела на брата, пытаясь улыбнуться в ответ. Он так же ей не верит, как и Инид, с огорчением подумала она. Все вокруг считают, что можно позволить расстоянию разрушить любовь! Но ничто не изменит ее решения. Что бы ни случилось, они с Тоддом – единое целое. Так оно и должно остаться.