Обмен женихами - Ирина Мазаева

Успехи Дуськи были тоже вполне материальны: квартира, машина, должность, зарплата, платья Betsey Johnson и Collette Dinnigan – Dolce & Gabbana носят дорогие проститутки! – туфли Pierre Hardy и Bruno Frisoni и сумочка из крокодиловой кожи Trussardi.

– У меня в гороскопе написано: «Если Козерога лишить туфель Pierre Hardy и Bruno Frisoni и сумочки из крокодиловой кожи Trussardi, то он тут же становится угрюмым и замкнутым», – поясняла Дуська свои постоянные траты.

Глядя на платья Betsey Johnson и Collette Dinnigan, туфли Pierre Hardy и Bruno Frisoni и сумочку из крокодиловой кожи Trussardi, Леночка приходила к выводу, что все женщины – Козероги.

И, как и все Козероги, Дуська была нетерпима к легкомыслию. По крайней мере, временами. Когда Леночка легкомысленно давала свой телефонный номер первому встречному красавчику или, напротив, забывала его всучить солидному и богатому мужичку, Дуська свирепела. Правда, всегда сдерживала себя и только лишь внятно и доступно объясняла подруге, в чем та на сей раз была неправа.

Кроме того, если уж выдавать окончательный и бесповоротный Дуськин портрет, то следует упомянуть ее вечную подозрительность. Дуська не подозревала только самых близких друзей. А поскольку список ее самых близких друзей Леночкой, в общем-то, и ограничивался, то остальным приходилось несладко. Особенно мужикам...

На этом фоне Леночка выглядела существом в высшей мере экзальтированным, легкомысленным и взбалмошным. Со своими стихами, непонятными амурными похождениями, полувымышленными страданиями. А также – с бурной энергией, детской доверчивостью ко всем и вся и некоторым пофигизмом в отношении самого святого – карьеры и денег.

Если Дуська почти ни в чем в своей жизни не сомневалась, то Леночка сомневалась во многом. Как то: бывает ли любовь с первого взгляда, все ли мужики – сволочи, может ли красивая женщина быть умной. И даже – о ужас! – в том, что феминизм – это будущее человечества. В последнем, правда, она Дуське не признавалась.

И еще Леночка писала стихи. Самые настоящие. Например, такое:

Кто меня целовал до рассвета?

Чей ребенок за стенкою плакал,

А потом превращался в скрипку,

Чтобы плакать сильнее вдвойне?

Почему солнце желтого цвета?

Чьей рукою тревожные буквы

На конверте, упавшем под ноги,

От письма, что пришло не мне?

Почему солнце всходит и всходит?

Что вьюнка граммофонные трубы,

Запрокинув рты к солнцу, выводят,

Прорастая мне в окна из лета?

Сколько звезд на ночном небосводе?

Меня сводит с ума и изводит...

Я боюсь его! Знает ответы

Тот, кто Меня целовал до рассвета.

В своих стихах Леночка, несмотря на то что мечтала издать книжку, тоже сомневалась.

Не сомневалась она только в одном – в своей внешней и внутренней привлекательности. Очень редкое для женщины свойство: Леночка адекватно оценивала себя. Не пресловутые 90x60x90, но около того. Плюс эффектные каштановые волосы. Плюс зеленые чарующие глаза. К тому же она играла в шахматы и тратила тысячу долларов в месяц на шмотки.

Но феминисткой Леночка, скорее всего, не была. Коленька зарабатывал больше ее, карьера его продвигалась активнее, квартиру для них он нашел и оплатил вперед за три месяца сам, и Леночку это вполне устраивало.

– А куда мы, собственно, едем? – спросила она, с трудом отвлекаясь от мыслей о Коленьке.

– Ты меня вообще слушаешь? – рассердилась Дуська. – В обувной центр!

«Брось парня – купи сапоги! – это был любимый Дуськин лозунг. – Мужчины – это проходные дворы». Но Леночке ужас как не хотелось бросать Коленьку...