Девушка с обочины - Лидия Беттакки

– Так что, остаешься, Людмила? Я не причиню тебе зла, поверь. Живу я один и никто тебя здесь не побеспокоит. Внезапно на меня начали накатывать сон и усталость.

Сказывалось напряжение, перемена места и событий. Я начала зевать.

– Этторе, пожалуй, я останусь. Мне идти некуда. Этторе встал и протянул мне свою большую руку.

– Я рад, что ты согласилась. Пойдём, я уложу тебя спать. Тебе нужно отдохнуть. Да и мне не помешало бы вздремнуть часок другой после бессонной ночи.

Я взяла за руку Этторе, и мы направились в комнату его сестры.

– Вот, возьми. Он только из химчистки. В нём тебе будет удобнее, чем в банном халате, – Этторе раскрыл целлофановый кулёк и достал оттуда аккуратно сложенный спортивный костюм бежевого цвета с

красными лампасами.

– Спасибо. Думаю, он мне будет в самый раз, – с благодарностью ответила я.

– Не за что. Постарайся расслабиться и ни о чём не думать. Если что-нибудь понадобится – зови.

Этторе помахал мне рукой и удалился, закрыв за собой дверь. Я сразу же скинула халат и прямо на голое тело одела спортивный костюм. Он был действительно мне по размеру.

Ёлки-палки, а ведь у меня даже трусов нет. Разве что те, в которых я была и они остались в ванной комнате. Ладно, как проснусь, попрошу Этторе отвезти меня в торговую лавку, куплю что-нибудь из вещей. У меня были вещи, привезенные с собой из России, но они остались на квартире, где нас поселили с девчонками. А это неизвестно где. Благо, деньги есть – евро, что заработала. Они кстати остались скомканными на столике у входа. Надеюсь, Этторе не прикарманит их себе… Я рассуждала и не заметила, как заснула.

Открыв глаза, я не сразу сообразила, где нахожусь. Перед глазами пронеслись события прошлой ночи, и спустя минуту-две поняла, что нахожусь в квартире своего спасителя по имени Этторе. Окинув взглядом комнату, я посмотрела на часы-будильник, сделанные в форме красного сердца. Стрелки показывали два часа. Я села на кровать, и запах вкусного стал приятно щекотать нос. Захотелось пить. Я обула тапочки и вышла из комнаты.

– Проснулась? Как ты? – улыбающийся Этторе сидел за столом, накрытым скатертью с чашкой кофе и смотрел по телевизору авторалли.

Я с улыбкой кивнула в ответ.

– Спасибо, Этторе. Намного лучше.

– Будешь обедать? Я уже поел, не хотел тебя будить.

От аромата чеснока и тушенных помидор, у меня заурчал желудок. Я поняла, что голодна и с удовольствием чего-нибудь съела.

– Да, пожалуй, не откажусь. Признаюсь, проголодалась.

Мужчина принёс тарелку, столовые приборы, стакан и поставил передо мной. Затем принёс сковородку и раскрыл крышку, в которой дымились спагетти с мелко нарезанными помидорами, базиликом, кусочками ветчины и с великолепным ароматом чеснока. Этторе специальной ложкой с изогнутыми краями насыпал мне полную тарелку и посыпал сверху мелким тёртым сыром. Затем из бутылки вина налил мне в стакан бархатной жидкости бордового цвета.

– Приятного аппетита, – весело подмигнул он мне.

– Спасибо. А ты не выпьешь со мной? – удивилась я.

– Я не пью днём. Но как исключение, могу составить тебе компанию.

Этторе взял чистый стакан и налил себе немного вина.

– Ну, за наше необычное знакомство и за твоё второе рождение, – мужчина поднял бокал.

Мы чокнулись бокалами, и я, мгновенно выпив жидкость, принялась за еду. Тепло разлилось по моему телу. Спагетти были необыкновенно вкусными. Ничего подобного в своей жизни я не пробовала. Безусловно, в России мы готовили макароны. Помню, когда– то мама готовила отменные блюда. Макароны по– флотски и рожки с сыром и грибами у неё получались превосходными. Но то, что я смаковала сейчас, ни шло ни в какое сравнение.

– Нравится? – спросил Этторе.

– Очень вкусно, – одобрительно кивнула я головой. – И ты всё сам готовишь?

– Разумеется. Пока ты спала ко мне никто не приходил,

– рассмеялся Этторе. – Личного повара у меня нет.

– И где ты так здорово научился готовить?

– Жизнь заставила. Мы с сестрой рано остались без родителей, они погибли в автомобильной катастрофе, когда мне было двадцать два года, а сестре всего три года. Поэтому, я был ей вместо отца. Вот и приходилось заботится, в том числе, готовить кушать. Купил повареную книгу и начал осваивать азы. Готовить для себя и для Эльзы. Так зовут мою сестру.

Мне захотелось выпить, но было стыдно просить Этторе еще налить мне вина. Уж лучше позже.

– Я поджарил мясо, – мужчина принёс из кухни плоскую сковороду с кусочками мяса, усыпанными сверху специями.

Я взяла кусочек и попробовала. Мясо было необыкновенно вкусным и таяло во рту. Какой же он молодец, и готовит превосходно.

– Хочешь ещё вина? – спросил он.

Я кивнула головой. И мысли мои угадывает. На душе стало легко и весело. Этторе налил вина и я под мясную закуску выпила его.

После еды мне захотелось курить, и я пошла за сумочкой, в котрой находились сигареты. Открыв её, я обнаружила в кармашке сложенные аккуратно купюры денег, заработанных за ночь. Пока я спала, Этторе позаботился и сложил их в сумочку. Мы закурили.

– Пойдём прогуляемся через часок. Ты не против?

– Не против, Этторе. Хотела спросить у тебя, где можно

купить джинсы и футболку. И нижнее белье тоже, – немного краснея, добавила я.

– Разумеется можно. Мы отправимся в торговый центр, тут недалеко, – улыбаясь произнёс Этторе.

– Только я буду расплачиваться сама, договорились? Кстати, спасибо, что сложил деньги в сумочку.

– Ты моя гостья. Почему должна платить? Никаких оплат с твоей стороны я не приму, – категорично заявил Этторе. – Я пока в состоянии заплатить за трусы и джинсы для девушки.

Мужчина рассмеялся и игриво пальцем потеребил мне нос. Было неловко и в тоже время приятно. Теплом и благородством веяло от человека, который так запросто впустил к себе в дом незнакомую особу иностранного происхождения, которую подобрал на дороге.

– О! Фотографии сестры. Я же обещал.

Мужчина встал и удалился в комнату. Спустя две минуты он вернулся с большим альбомом в руках. Присев рядом со мной, он раскрыл его и начал показывать фотографии хорошенькой маленькой девчушки от младенчества и до наших дней.

– А сколько лет твоей сестре?

– Двадцать.

– Как и мне.

– Когда с родителями случилось несчатье, я вынужден был вернуться из Англии, где учился в Кэмбриджском университете, и стать для Эльзы опекуном.