Ловушка для Красной Шапочки - Оксана Головина

Карина открыла дверь и прошла в дом. Лай усилился и немедленно смолк, стоило хозяйке попросить дорогого Соломона «прикрыть пасть». Флоранс вышла из гостиной, радостно принимая внучку в свои объятья, которые укрыли её лёгким ароматом духов.

– Моя девочка! – чмокнула она девушку в щёку, – моя хорошая!

Пришёл черёд второй щеки, и теперь Карина была покрыта отпечатками помады Флоранс. Несмотря на последние события и испачканное лицо, девушка тепло обняла бабулю, на какое-то время, забывая о проблемах. От госпожи Орабель пахло так знакомо, и сам домик был уютным островком для неё уже многие годы. Она скорее повыдёргивает противные усы негодяя Бомелье, а лучше своим же поясом удушит гада, но не даст в обиду их с Флоранс сокровище.

ГЛАВА 2

Карина была искренне рада тому факту, что у Флоры остались некоторые её вещи, иначе просто не во что было бы переодеться. С утра, чувствуя себя намного лучше, девушка наспех позавтракала и, не дожидаясь, пока бабуля поднимется с постели, решила взяться за своё нелёгкое дело. Карина ещё раз поглядела на клочок бумаги, на котором вчера под диктовку Флоранс записала адрес её дружка. Девушка снова пришла в негодование, вспоминая, как бабуля сообщила, что гад Бомелье не брал трубку, а его автоответчик слезливым голосом сообщал, что, дескать, хозяин занемог и не принимает.

– Ты меня примешь, куда ты денешься, – Карина осторожно спустилась на высоких каблуках с крутых ступеней крыльца.

День обещал быть жарким, и она надела лишь тонкую блузку с юбкой. Жил виновник её несчастий (если не считать бабулю) на другом конце города. Не имея под рукой любимой машины, это было весьма неудобно. Но вовремя подъехавшее такси и открытая улыбка шофёра компенсировали эту неприятность. Карина расположилась на заднем сидении, заставляя себя отвлечься и просто любоваться видом из окна. С трудом, но это ей удалось. Город в эту пору был чист и свеж, манил замечательно провести время и не метаться с колотящимся сердцем.

Спустя полчаса Карина стояла на пороге приличного дома, и серый кирпич, которым тот был выложен, наводил на неё давящую тоску. Чёртов Бомелье… и как мог поступить таким подлым образом? Знал о зависимости своей подруги и просто воспользовался её легкомысленностью. И этот после того, как не вылезал из дома Флоры, считаясь едва ли не родственником! Карина судорожно вздохнула, чувствуя, как голова закружилась от волнения. В дядюшки к ней напрашивался, рассыпался в уверениях своей преданности и участия! Она поджала губы, замечая, как хозяин дома прятался за шторой. Видимо Бомелье действительно считал, что гостья его не видит, но затем всё же отпер дверь. Карина коротко поздоровалась, прошла в прихожую и остановилась.

– Думаю, мы оба знаем, зачем я здесь, дядя Бастиан, – сухо проговорила девушка.

Нет, не в её характере играть роль «вышибалы» и угрожать, кому бы то ни было. Ужасно неловкая ситуация, и не было никого на этом свете, кто встал бы сейчас за её спиной и поддержал. Бабуля, ты так жестока в своей легкомысленности, подумалось Карине. Она готова была сгореть от смущения, но заставила себя держаться достойно.

Бомелье подкрутил рыжеватые усы и протянул руку, жестом указывая девушке проходить в гостиную. Карина послушалась, и он вошёл следом, при этом рассыпаясь в слащавых комплиментах её персоне. Девушка потёрла висок: голова, как обычно, начинала болеть, стоило им встретиться. Бомелье был неприятен Карине с самого детства. Впервые Флоранс привела его в дом, когда внучке было лет двенадцать, и он пытался кормить её мятной карамелью. Отвратительный тип.

Хозяин дома положил руки на спинку кресла. Он принялся предаваться воспоминаниям, время от времени наигранно смеялся и всё косился на гостью, в страхе услышать то, что она, собственно, и собиралась ему заявить. Карина терпеливо выслушала. Но, то немногое терпение, что у неё оставалось, испарилось:

– Я полагаю, эта шутка затянулась, дядя Бастиан, – девушка поглядела ему в глаза, но мужчина отвёл взгляд.

– Я вам клянусь, что у меня и в мыслях не было расстраивать Флоранс, – вальяжно прошёлся к бару Бомелье.

Карина сминала в руке бумажку, представляя на её месте морщинистую шею бессовестно лгавшего ей мужчины.

– Я желал только припугнуть её, это казалось забавным…

– Вы находите это забавным? – возмутилась девушка.

Бомелье налил себе вина в высокий бокал, кивком головы спрашивая Карину, желает ли она выпить с ним.

– Нет, благодарю, – сухо ответила гостья, – если вы желали, как говорите, только припугнуть Флоранс, то вам это удалось. Теперь верните мне расписку.

Бастиан скорчил несчастную гримасу, отпил вино из бокала и трагичным голосом продолжил повествовать:

– Я бы так и сделал, не сомневайтесь! Но… – замялся мужчина.

– Но-о?! – не выдержала Карина.

– Я уже почти вышел из дома, вы видите – я одет! Но появился он – этот человек. Он может убеждать… – снова страдальчески вздохнул негодяй, – особенно когда я, неловко признаться, находился в весьма щекотливом финансовом положении…

– Что вы сделали, Бога ради? Отвечайте уже! – прикрикнула Карина.

– Этот мсье предложил мне тройную сумму за проклятую расписку.

– Нет! Нет-нет … не говорите мне, что продали наш дом кому-то неизвестному… – внезапно охрипшим голосом прошептала девушка.

– Дорогая моя, – наигранно попытался успокоить её Бомелье, – мне жаль, действительно жаль, но такова жизнь. Вы взрослая женщина и должны это понимать. Никто не принуждал Флоранс к подобным действиям…

– Кто этот человек? – дрожащим от гнева голосом спросила Карина.

– О! Он оставил визитку, – мужчина покопался в карманах и извлёк оттуда небольшую карточку.

Карина приняла её из рук Бомелье, взволнованно вглядываясь в дорогое теснение. Натаниэль Амеди. Зачем этому человеку выкупать расписку её бабушки? Что происходило? Это просто не имело смысла.

– Кто он такой? – сердито поглядела она на хозяина дома.

– Откровенно говоря – без понятия. Платил наличными, и мне плевать кто он. Поверьте! – ухмыльнулся Бастиан.

Уж Карина верила. Она так верила, глядя на это противное лицо с выщипанными усами.

– Я, пожалуй, выпила бы немного, – процедила девушка сквозь зубы, но самодовольный мужичок и не заметил её настроя.

Редкий случай, когда даже она едва сдерживала себя от переполнившего негодования. Бомелье галантно налил вино во второй бокал и протянул гостье.

– Благодарю… – Карина приняла его.

– Не за что, дорогая моя!

– Откровенно говоря – действительно не за что…

Глаза Карины гневно сверкнули, и она выплеснула вино ему в лицо, глядя, как Бомелье ошарашено хлопал мокрыми ресницами, а по его усам стекало на пиджак содержимое бокала. Не дожидаясь его ответной реакции, девушка развернулась на каблуках и покинула дом. Губы её дрожали, и с глаз снова грозили политься солёные ручьи. И что теперь? Что теперь? Что за ужасная игра? Каждый раз ей будто нарочно вручают всё новые и новые задания.