Знаю, позовешь меня - Мишель Смарт

– Да? Волшебно!

Хихикающая группа из двенадцати девушек в черных трико, ярко-розовых пачках и с кроличьими ушами на голове поспешила за ними следом.

Трое мужчин в длинных черных плащах охраняли вход в клуб.

Мелани подошла к ним.

– Мы в списке, – произнесла она с такой гордостью, будто ее пригласили в самый престижный клуб мира.

Ханна догадывалась, что клуб «Кальветти» популярен, но, судя по реакции Мелани, он был самым крутым в стране.

К счастью, Мелани была так взволнованна, что даже не расспросила Ханну о владельце клуба. Ханна меньше всего хотела, чтобы Мелани думала, будто она в него втюрилась. Хватит того, что семья считает ее латентной лесбиянкой. Ханне достаточно заикнуться о том, что ей понравился какой-то мужчина, чтобы ее тут же начали выдавать замуж.

Вышибала просмотрел список, шагнул в сторону и приподнял красную ленточку, выполняющую роль ограждения.

– Приятного вечера, дамы! – сказал он, улыбаясь, когда они проходили мимо него.

Швейцар провел их через клуб, заполненный людьми, двигающимися в такт громкой музыке, и подвел к лестнице, огороженной красной ленточкой.

У Ханны екнуло сердце, когда она увидела знакомого охранника у двери с надписью «Частная территория».

Получается, Франческо в клубе?

К ним подошел молодой красавчик, одетый в черное, и провел их к большому круглому столу в углу. На столе уже стояли шесть ведерок со льдом и шампанским.

– Ого, – произнесла Мелани. – Это для нас?

– Да, – подтвердил он, откупоривая первую бутылку. – За счет клуба. Если вам что-нибудь понадобится, скажите. Наслаждайтесь!

– Могу я попросить стакан лимонада? – сказала Ханна и тут же вспомнила о том, как обещала себе радоваться жизни.

Мелани и ее подружки принялись уговаривать ее выпить шампанского.

Ханна лучше остальных знала, насколько хрупка человеческая жизнь, но только после аварии поняла, что начиная с двенадцати лет она не жила, а выживала. Встреча с Франческо только усилила эти ощущения. Рядом с ним ей хотелось быть раскованной и спонтанной.

Устроившись за столом, она отпила шампанского и округлила глаза, когда пузырьки защекотали ей язык. Она сделала несколько глотков.

К своему огромному удивлению, вскоре Ханна расслабилась и стала наслаждаться. Хотя Ханна плохо знала подружек Мелани, они показались ей приятными.

К сожалению, как бы Ханна ни вытягивала шею, она нигде не могла увидеть Франческо. Однако заметила нескольких членов королевских семей, футболистов из премьер-лиги и чемпиона мира по боксу, которые сидели за соседним столиком. За столиком с другой стороны расположились голливудские звезды – гламурные красотки и красавцы с блестящими белыми зубами.

– И все благодаря тому, что тебя сбили с велосипеда, – произнесла Мелани, обнимая Ханну. – И спасибо, что пришла с нами сюда сегодня, а то я подумала, ты вернешься домой после ужина.

Ханна обняла сестру в ответ, не говоря о том, что первоначально она планировала ускользнуть после ужина в китайском ресторане, но соблазн снова увидеться с Франческо оказался слишком велик. Жаль, что сегодня с ними нет Бет. Жаль, что Бет никогда не придет на свадьбу Мелани.

Свадьба. Событие, которого боится Ханна.

Она любила свою младшую сестру и одновременно чувствовала себя виноватой перед ней. Бедняжка Мелани. Она заслужила лучшей сестры, чем Ханна. После смерти Бет Ханна очень старалась быть примерной старшей сестрой, но она оказалась к этому не готова. Это было ей не под силу. Как она могла стать опорой кому-либо, если ее собственная жизнь была такой непредсказуемой? Поэтому она с головой ушла в учебу.

Ханна была женщиной практичной, она не привыкла витать в облаках. Медицина стала ее жизнью. С двенадцати лет она точно знала, кем хочет быть, и упорно двигалась к своей цели. Она решила посвятить себя медицине и спасению детей, делая все возможное, чтобы сохранить им жизнь. Чтобы избавить многие семьи от зияющей пустоты в душе, от которой страдала сама.

По крайней мере, она была целеустремленной до тех пор, пока автомобиль не сбил ее с велосипеда и не появился самый красивый мужчина во вселенной, чтобы спасти ее.

Теперь у нее на душе было не так пусто, как прежде.

С того рокового холодного утра она перестала думать только о медицине. Она вспоминала его – принца на белом коне, а потом встретилась с ним воочию. Она не была глупой. Она понимала, что никогда не впишется в его мир. Франческо Кальветти опасный человек и его нельзя провоцировать. Однако ничто не могло заставить ее не думать о нем.

Когда Ханна лежала на холодном бетоне и открыла глаза, она посмотрела на Франческо и почувствовала такую теплоту… Если этот человек пробудил в ней такие чувства, он не может быть плохим по определению.

– Ладно, Ханна, – сказала Мелани, дергая ее за руку. – Пошли танцевать.

– Я не умею. – Больше всего на свете она желала обыскать все закоулки клуба и найти Франческо Кальветти. Она чувствовала, что он здесь.

Мелани указала на танцпол, где примерно двадцать богато, но безвкусно одетых людей неумело дрыгались в такт музыке:

– Они тоже не умеют.

Франческо отслеживал изображения с камер наблюдения на мониторах на стене своего кабинета. Он видел всех, кто приходит в его клуб. За камерами наблюдения следили и его охранники в соседней комнате, но Франческо привык доверять только самому себе. Завтра он поедет в Палермо, чтобы проверить там работу своего ночного клуба и казино, а потом в Мадрид, по той же причине.

Несколько мужчин – по виду торговцы наркотиками – крутились возле богачей в ВИП-зоне. Франческо внимательно наблюдал за ними, решая, разобраться ли с ними сейчас или подождать, когда у него появится фактическое доказательство их гнусных сделок.

Его внимание привлекли густые светлые волосы и розовые уши кролика на одной из центральных камер. Он увидел, как Ханну тащит на танцпол блондинка с кроличьими ушами, и догадался, что это ее сестра Мелани, пришедшая в клуб с подружками.

Он не в первый раз задался вопросом, что, черт побери, Ханна тут делает.

Она выглядела более чем неловко. Его губы изогнулись в улыбке, пока он наблюдал, как она отчаянно пытается двигаться в такт музыке. Чувство ритма у бездомных кошек, которые приходили на огромную веранду его сицилийской виллы, было лучше, чем у Ханны.

Полуулыбка сошла с его губ, он поджал их в тонкую линию, увидев на спине Ханны слоган: «Я Ханна, и я на грани».

Глядя на подобные персонифицированные слоганы для девичников, он испытывал недовольство.

Это обеспокоило Франческо. Ханна была слишком… порядочной, чтобы носить такой дешевый слоган, даже в шутку.

Он допил кофе и рассеянно вытер уголки губ большим пальцем.