Поцелуй скорпиона - Марина Кистяева

Открыла дверь и налетела на мужскую фигуру.

– Извините… – начала она, но замолчала, услышав знакомый возглас.

– Кирочка! Где тебя носит? Я уже собирался набраться смелости, зайти в женский туалет и начать вытаскивать тебя из смывного бочка, который выступил в роли монстра, засасывая нашу красавицу! – Артур эмоционально взмахнул руками.

Природа наградила Артура фигурой, которую он всю жизнь пытался исправить – он был высоким, метр восемьдесят три, и очень худым. С периодичностью раз в полгода начинал активно посещать фитнес-центры, но неизменно всё заканчивалось одним и тем же сценарием: влюбчивая душа Артура не могла устоять перед накаченным телом фитнес-тренера. Страдал, стенал, даже писал стихи. Несколько раз был бит. Ничего не помогало, и Артур, залечив душу, снова отправлялся в зал.

С Кирой они вместе росли в одном дворе, и поэтому она с легкой иронией воспринимала приключения Артура, поддерживала, как могла. Давала советы образовать постоянную пару, на что каждый раз слышала гневное:

– И бросить спорт?!

Оставалось посмеиваться и разводить руками.

А так же благодарить его.

Именно Артур заставил её приехать в столицу. Именно он обивал пороги галерей и предлагал работы Киры. Именно благодаря его настойчивости, упертости и вере в подругу, выставка состоялась.

Кира была вполне довольна ролью свободного художника.

– Артур, что случилось? – проигнорировала она его речь о якобы страстной заботе.

– Кира, почему сразу что-то случилось?

Она подхватила его за локоть и направилась в сторону зала.

– Говори, не юли.

– Дива моя, на выставку пришёл ОН! – последнее слово прозвучало с должным пафосом.

Черная бровь Киры чуть-чуть приподнялась.

– Он? И кто же именно? Твой новый парень?

– Нет. Хуже! Значительно, хуже!

– Артур, становится интересно! – Кира бросила на друга взгляд, наполненный смехом и задоринкой. Её друг имел замечательную способность отвлекать её от всех насущных дум и переживаний.

– Ещё как интересно! Ты даже не представляешь насколько! Увидев ЕГО, я сначала решил, что ОН – мужчина мой мечты! Подошёл поближе и испугался! Да-да, и не смотри на меня так! Я реально испугался! Честное слово, аж мурашки по коже! У него оказались такиииие глаза… Ух! Синие-синие, почти черные! Ты их должна обязательно увидеть! И запечатлеть! Для потомков!

– Артур, – простонала Кира, – угомонись, а? Ты думаешь, мне сейчас есть дело до понравившихся тебе синеглазок? Пожалей меня, пожалуйста! У меня болят ноги – не стоило слушать тебя и обувать новые туфли на высоченных каблуках! Голова раскалывается от нервного напряжения! Спина, не поверишь, мокрая!

Мужчина остановился и нахмурился.

– А спина-то почему мокрая?

Кира прикрыла глаза.

– Потому что волнуюсь! – прошипела и потянула его в выставочный зал. – Всё, про своего мужчину мечты – молчок! Потом поговорим.

– Не могу! Кирочка, ты же не бессердечная сука и должна меня выслушать!

– Артур, к нам идет Изольда. Ты готов при ней восхвалять новый предмет твоей страсти?

Изольда Глебовна была владелицей галереи. Невысокого роста, вечно сидящая на диетах и практически не улыбающаяся. Носящая строгие платья, ненавидящая брюки, предпочитающая громоздкие украшения. Так её охарактеризовал Артур, которого она выгнала из кабинета в первую встречу, даже не взглянув на портфолио Киры.

Артур поступил, как истинный друг – разбросал фотографии Киры по полу. Его расчет был прост – Изольда-Ледяная, как он её прозвал, славилась большой любовью к искусству и не могла пройтись – в прямом смысле – по фото. Один случайно брошенный взгляд мог решить всё. Не будет же Изольда с закрытыми глазами маневрировать по коридору, обходя карточки.

Артур оказался прав. Видел бы он, каким хищным, предвкушающим блеском загорелись глаза Ледяной, когда она увидела работы Киры. Талант она чуяла за версту. А фотографии были сделаны талантливо. Очень.

Всё завертелось-закружилось быстро. Артур взял на себя все организационные моменты. Кире лишь оставалось с ним соглашаться и… фотографировать дальше.

Когда она брала в руки фотокамеру, окружающий мир переставал для неё существовать. Жить в Питере, где всё дышало стариной и мистическими легендами, и не походить по закоулкам, не выехать за город, в поместья, где творилась история – было бы преступлением. Кира преступницей становиться не собиралась. Поэтому дав Артуру карт-бланш, занялась своим любимым делом. Пропадала сутками. Фотографировала и фотографировала.

– А когда над выставкой работать будешь? – пыхтел Артур, открывая ногой дверь. – И есть тоже, когда начнешь? Снова ничего во рту не было? Держи хотя бы пиццу.

Пицца для него была хлебом насущным. Готов был ей питаться круглосуточно.

Кира в такие минуты откладывала все дела, подходила к другу и крепко обнимала его:

– Спасибо тебе за заботу… Что бы я без тебя делала…

– Исхудала бы! А ты должна оставаться аппетитной крошкой!

В отношениях Артура и Киры прослеживался некий парадокс. Несмотря на то, что Артур предпочитал любить мужчин, он всеми правдами и не правдами пытался сосватать свою диву замуж. И непременно за такого!.. За такого мужчину, чтобы при взгляде на него не возникало ни одной ассоциации, кроме как: «Настоящий мужик!»

Ему нравилось, что подруга не была «скелетоном» – тоже его выражение.

– Женщина должна быть женщиной. С титьками и попой, – резюмировал он, отрезая Кире очередной кусок пиццы.

Кире нравился их тандем. Не обычный, но очень интересный.

Когда Изольда Глебовна предложила контракт, Кира внесла пункт – Артур выступает в роли администратора, в случае удачной выставки и последующих финансовых договоренностей, получает свой процент. Артур отнекивался, но она видела довольный румянец на его гладко выбритых щеках.

Одна из причин, по которой Артур стремился попасть в мир шоу-бизнеса – большое наличие мужчин нетрадиционной ориентации при деньгах. Артур мечтал о паре и о безбедной жизни. Выросший в семье, где отец бросил мать, а та начала злоупотреблять алкоголем, он рано познал многие «прелести» жизни.

Кира его не осуждала. Она первая порадуется, если он встретит достойного мужчину.

– Только после тебя, – неизменно отвечал Артур.

– Кира, где тебя носит? – Изольда Глебовна в общении не выбирала интонации. Говорила грубо, резко. – Ты постоянно должна быть в зале! Ты намерена заключать договора или как?

Кире хотелось фыркнуть и сказать «или как».

К выставке и к последующему ажиотажу она относилась двояко. Вроде бы ей хотелось признания среди коллег. А вроде бы её устраивала спокойная, размеренная жизнь, которую она вела. В деньгах она не нуждалась, благо выросла в семье с хорошим финансовым достатком. На её счету был приличный капитал. Плюс она периодически зарабатывала, продавая свои работы. Ей не хотелось быть привязанной к какому-то журналу или выполнять работы строго по заказу. Она предпочитала свободу и отсутствие обязательств.