Сто осколков счастья - Елена Колядина

Она приняла душ, тщательно накрасилась – еще не хватало предстать перед этим самозванцем убогой провинциальной неудачницей! – надела новые вышитые джинсы, белую атласную курточку, встала на высоченные каблуки и поглядела в зеркало, репетируя уверенный, нет, даже не уверенный, а высокомерный взгляд обеспеченной, холеной женщины.

В холле вместо птичьих трелей раздавались сдавленные вопли истязаемых ростом цен пенсионеров.

Варя страдальчески поморщилась и поглядела на динамик.

– Сосед из двадцать девятой квартиры новый диск принес, «Обезьянье царство» называется, – раздался из-за пальмы голос Анны Кондратьевны.

Варя еще сильнее нахмурилась и молча вышла на крыльцо.

С козырька стекал холодный ручеек. В туфлях захлюпало. Варя попыталась обойти лужи, но поскользнулась на жидкой грязной намоине и пошагала, не разбирая дороги.

Джинсы промокли почти до колен и тяжело обвисли, холодные кромки, облепленные песком, терли ноги. Левый рукав курточки напитался сыростью и стал серым. В сумку лило с зонта.

Изысканное великолепие бульвара, скульптуры, фонтаны и мостики только разозлили Варю: «Мы с мамой в Кириллове печку топили, а он тут устроился!»

Она подошла к дому и с ненавистью и завистью одновременно поглядела на венецианские лоджии, увитые каменными виноградными лозами, спутниковые антенны, магазин с дорогой мебелью на первом этаже, вереницу роскошных автомашин под окнами. Здесь стоял даже кабриолет, и японский садик камней являл свою прелесть перед винным бутиком. Вот, значит, где живет ее брат! Неплохо!

Варя сложила зонт, сошла с тротуара в зловонную тень высокой арки, прошла холодным тоннелем с опасным сквозняком, свернула во двор и на первой же металлической двери обнаружила номер нужной квартиры.

«Клиентам турфирмы: наберите на домофоне 100», – прочитала девушка и быстро, пока ее не покинула решимость, нажала три цифры.

Дверь открылась.

Варя вошла и осторожно, стараясь не стучать каблуками, начала подниматься по ступенькам.

Сверху щелкнул замок, послышались мужские шаги.

Варя замерла. «А вдруг это он? А вдруг это он?» – тревожно выбивало сердце.

По лестнице навстречу девушке спускался молодой толстенький парень, лысоватый, с мокрыми пухлыми губами и пальцами с жирком. Резко запахло дезодорантом.

«Надеюсь, это мой братец», – со злостью подумала девушка и с вызовом спросила:

– Вы, случайно, не Евгений?

– Случайно, нет.

– Жаль, – упавшим голосом промямлила Варя.

– Мне тоже, – постарался небрежно ухмыльнуться парень и тут же от собственной смелости налился гипертоническим румянцем.

Он неуверенно остановился, но Варя прошла вверх по ступенькам и, не оборачиваясь, ступила на лестничную клетку.

Парень просеменил вниз и выскочил на улицу.

Шальной прилив смелости схлынул, Варя бессильно покачивалась и смотрела на высокую темную дверь.

Злая серая мордочка, иногда прижимавшаяся к ночному окну в ее детской комнатке в Кириллове, скалила зубки из темного угла.

Варя прислонилась к стене возле квартиры, которая помнила ее отца, и беззвучно заплакала.

Девушка долго стояла на лестнице и, только когда этажом выше щелкнул замок и быстро зацокали каблуки, торопливо побежала вниз.

На улице низко склонила голову, чтобы проклятый родственник не увидел ее из окна – мокрую, заплаканную, трусливо убегающую!..

На бульваре Варя пробежала по газону и, как вор, нырнула в проход между пышно разросшимися мокрыми кустами. Она мчалась по сырой дорожке, пока пропитанный влагой зеленый коридор не вывернул на широкий проспект в сотне метров от дома. Только тогда девушка замедлила шаг и перевела дух.

Тучные темные облака нависали над городом, но дождь прекратился.

Варя оглядела могучие, как стены римского дворца, дома: с башнями, сводчатыми окнами, эркерами, каменными колосьями и огромными фигурами созидателей, творцов и победителей. Надпись «СССР» на фронтоне одного из домов только подчеркивала респектабельность и благополучие.

Девушка прошла вдоль гранитного цоколя, глазея на витрины.

Через полсотни метров здание изогнулось, обтекая скверик с цветником и каштанами. К нежному аромату синих и желтых ирисов примешался бодрый запах свежесваренного кофе. Ароматерапия подействовала живительно: Варя алчно втянула кофейный ветерок, позабыла про свою горькую судьбу и бодро вошла в магазин подарков, за стеклом которого расположилось маленькое кафе.

Через полчаса она появилась на крыльце, веселая, сияющая: пирожное тирамису, чашечка кофе с корицей и комплект белья – маечка с трусиками цвета шампанского – сделали свое дело: Варя заперла на ключ альбом воспоминаний о брате и отправилась гулять по Москве!

* * *

Мобильник запел, когда Варя стояла под прозрачным сводом пешеходного моста и с восторгом смотрела на синие небоскребы Москва-Сити.

– Это Вика, – послышалось в трубке.

– Да, Вика, слушаю, – удивленно ответила Варя.

– У тебя ребенку сколько?

Варя запнулась и судорожно прикинула возраст Джульетты:

– Скоро три месяца, а что?

– Нормально, подходит.

– В смысле?

– Сейчас режиссер звонил, напарник твой заболел, меняем эпизоды: снимаем сцену, в которой ты приносишь из роддома ребенка. Через базу искать некогда, да там еще будет геморрой с договором, правами – когда артист несовершеннолетний, одна маета. Поэтому я предложила твою дочку. Оплата за грудного ребенка повышенная. Так что давай готовься, через час машина за вами заедет.

– А, это… – начала Варя.

– Ты что, хочешь, чтоб вся группа простаивала? – возмутилась Вика.

– Да нет, я не против, просто я не дома, мне еще добраться нужно, минут сорок. И я не знаю, вернулась Маргарита с Джулькой с дачи или они еще в дороге?

– Хорошо, сейчас перезвоню водителю, через полтора часа подъедет, – сориентировалась Вика.

Варя помчалась к метро.

Рискуя свалиться, сбежала по ступенькам эскалатора, заскочила в закрывающиеся двери вагона, из последних сил вновь пробежала по эскалатору, теперь уже вверх, прошлепала до дома по лужам, на подгибающихся ногах добралась до подъезда, ввалилась в квартиру и замерла в дверях.

В прихожей стояли растерянная мама с Джульеттой на руках, удивленная Маргарита Святославовна и очень радостный Николай.

– Варвара, что все это значит? – вскрикнула Людмила Анатольевна, возбужденно подкидывая малышку. – Откуда у тебя ребенок?

– В самом деле, детка, чей это ребенок? – поддержала маму Маргарита Святославовна. – Да не трясите же вы так, Людмила Анатольевна.