Виртуальные связи - Татьяна Веденская

– И что ты думаешь делать? Это же все-таки ребенок!

– Ну нет, пока что это только какое-то временное желудочное расстройство, не больше. Я могу выпить таблетку, практически так же, как «Маалокс», чтобы не было изжоги. – Слова звучали жестко, даже грубо. Яна никогда не видела Ирину такой. Бледное, без косметики, ее лицо было перекошено от ярости и паники одновременно. Она держала в руке банку с каким-то алкогольным коктейлем – в ее-то положении. Иногда Иринино лицо пропадало с экрана, и тогда было видно, что в ее кухне ужасный бардак, а в раковине полно посуды.

– Нельзя так говорить! – покачала головой Яна, разворачивая компьютер от окна – блики мешали.

За зиму Яна отвыкла от яркого солнца и теперь, когда оно вдруг неожиданно выкарабкалось из-под бесконечного неба цвета «серебристый металлик», глаза начали болеть и слезиться. Так, наверное, чувствует себя крот, вылезая из норы на свет божий. Закопайте меня обратно! Дайте темные очки, желательно от Prada. Желательно с семидесятипроцентной скидкой.

– Да что ты! А что я должна делать? Бежать в женскую консультацию и вставать в очередь на материнский капитал? Ты что же, считаешь, я мечтаю стать матерью-одиночкой?

– Ты же знала, что он женат?!

– И что! Я не планировала залетать. И вообще, почему ты тут меня учишь морали? С каких пор ты стала такая правильная? – Ирина билась в истерике.

Она уже жалела, что вообще рассказала о «ситуации» Янке. Надеялась, дура, на поддержку. Вот и поддержала Яночка. Хороша подруга. У нее самой, главное, в голове только одно – как бы выселить из квартиры своего муженька. Но советы-то – вот, раздает же. Что может быть проще, чем дать такой совет? Через Skype Янкино лицо было видно даже слишком хорошо. Она смотрела осуждающе. У, змея.

– Ты успокойся, Ириш. Никто ничего не планирует, само все происходит. Просто мы должны принимать правильные решения.

– И ты знаешь, какие решения правильные, а какие нет?

– Иногда это очевидно.

– Ну, знаешь, – возмутилась Ира.

– Ой, Ирка, я не о тебе, – всполошилась Яна.

– Да что ты? А о ком? О Пушкине? Зря он с Дантесом дрался? Лучше бы пошел в ментовку да заявление написал?

– Ох, Ирка. Какая ты нервная. Точно, беременность – это как детонатор. Подрывает в человеке все нервы. Я вообще говорила о Машке. Сестра у меня вообще свихнулась. Ее же муж бросил…

– Беременную? – тут же заинтересовалась Ира.

– Нет. Просто бросил. Без денег, без квартиры, а ее еще с работы выгоняют. А он ей еще машину оставил вместе с недоплаченным кредитом. А она его еще и защищает. Говорит, что не хочет его тревожить, что у него какие-то проблемы. Да у нее самой полно проблем.

– А, ну это как-то скучно и банально. Проблемы у всех. Но не все беременные. Слушай, ты можешь сесть чуть более в центр, а то у меня половина твоего лица съехала?

Яна бросила короткий взгляд на экран и передвинулась.

– Просто… если и есть в жизни что-то хорошее, так это дети. Жалко же вот так…

– И твой сынок – это просто лучезарное счастье, да? Лучшее, что у тебя есть в жизни? – моментально отреагировала Ирина.

Яна зло поджала губы и замолчала. Ей, конечно, было что сказать. Когда ее сын был еще маленьким, он хохотал, если его щекотали, целовался без устали и рыдал, если папа приходил пьяным. А папа приходил. И скандалы были спутниками всей Яниной жизни. Ее муж только на людях умел ласково улыбаться и произносить тосты «за любимую подругу жизни, мою дорогую жену Яночку». На деле все же Ирина была права, чтоб ей пусто было. Сын вырос, орал, отращивал патлы, не учился совершенно и уже, кажется, курил. В открытую не решался после того, как Яна однажды залепила ему пощечину – поймала с сигаретой на кухне. Ну а как обязана мать реагировать на такое? С другой стороны, потом долго мучилась угрызениями совести. Сама-то курит ведь. Какой пример ребенку? Теперь бы она его и пальцем не тронула, но он если и курил, то по-тихому, на улицах, у друзей. В общем, вырос теленок, и все счастье. Любила ли его Яна? Да, наверное, любила. Свое же, родное. Обнимала же, теплого, прижимала к себе. Сказки читала. Но Ирина права, она должна решить. Может, оно и не стоит того. Такие мысли, страшные, Яна старалась от себя гнать. Она прикурила сигарету, посмотрела на Ирину и другим тоном, мягко спросила: