Нежные узы - Бобби Смит

Рейну тронула нежность Клэя. Ее захватила волнующая мысль о том, что она ему нравится. Вдруг она ощутила потребность признаться ему во всем, быть с ним совершенно открытой и честной.

– Клэй, я... – начала она.

Как раз в то самое мгновение, когда она собиралась рассказать ему правду, к ним подошли Люсьен и Дэвид.

– А! Вот вы где! – обрадовался Дэвид.

Он как мог удерживал Люсьена, пока в конце концов не согласился отправиться на поиски Клэя и Изабеллы.

– А мы-то думали, куда вы делись? – почти сердито спросил Люсьен.

– Мы просто вышли на улицу немного подышать ночным воздухом, но уже собирались возвращаться.

– Хорошо, идемте, – заявил Люсьен, быстро вклиниваясь между Клэем и Рейной, предлагая ей руку. – В этот раз мне хотелось бы завершить наш танец без чужого вмешательства, если это вообще возможно.

Рейна не могла отказать иначе, как оскорбив его, поэтому она согласилась и позволила Люсьену сопровождать себя обратно. Ей удалось последний раз оглянуться на Клэя, все еще стоявшего в тени. Их взгляды встретились на мгновение.

Клэй хмуро наблюдал за тем, как она исчезает за дверьми вместе с Люсьеном. Ему почему-то вдруг захотелось броситься вслед за ней. Он получил от нее то, что хотел – обещание встретиться завтра. Зачем же интересоваться тем, как она проведет остаток вечера?

– Клэй! Ты идешь? – поинтересовался Дэвид, ожидая его у дверей в бальный зал.

– Да, сейчас.

– Изабелла – необычная женщина, да?

– Да, – согласился Клэй.

Он не хотел признаваться в этом, не хотел верить ей в чем-либо. И все же в Рейне было нечто большее, чем прелестная внешность.

– Ты собираешься дать возможность Люсьену ухаживать за ней?

– Ну, мы уже договорились насчет пикника на завтра. Кто знает, что будет после? Давай раздобудем что-нибудь выпить. Что скажешь?

Они вошли в дом. Направляясь в кабинет через бальный зал, Клэй увидел Рейну, танцующую с Люсьеном. Он хотел внушить себе, что его не интересует, как Люсьен обнимает ее, что она смеется и явно весело проводит время. Однако, наблюдая за ними, он ощутил эмоции, которые раньше были ему неведомы. Клэй радовался, предвкушая, что сейчас виски будет иметь для него по-настоящему приятный вкус.

– Поверить не могу, Рейна! – с откровенным восхищением объявила Эмилия, сидя поздним вечером в комнате Рейны и обмениваясь с ней рассказами о вечере. – Клэй Корделл действительно пригласил тебя завтра на пикник?

– Да, – с волнением ответила та, почти готовая считать часы до того момента, когда они снова встретятся. – Ах, Эмилия, он был так чудесен...

– Это нечестно! Мы с Розой весь вечер пытались познакомиться с ним, но это нам так и не удалось. Ты ведь даже не хотела с ним знакомиться, но именно ты увидишь его снова! – добродушно возмущалась Эмилия против такой несправедливости.

– Я знаю. Кажется, Клэй думал, что нас свела судьба.

– Судьба или Рандолфы, – с усмешкой заметила подруга. – Ну что ж, по крайней мере я встречусь с ним завтра, когда он зайдет за тобой.

– Он сказал, когда мы уезжали с вечера, что, наверное, приедет чуть раньше полудня. Клэй хочет показать мне их плантацию.

– Уиндоун – красивое место. Корделлы выращивают самых лучших лошадей штата. Они состоятельные люди!

Эмилия намекнула на значительное состояние Корделлов. Потом, будучи романтичной особой, она предоставила волю фантазии.

– Нашла!

– Что нашла?

– Решение всех твоих проблем!

– Неужели? – засмеялась Рейна.

– Конечно! Тебе надо убежать с Клэем! Тогда тебе никогда больше не придется волноваться из-за отца или Натана Марлоу.

Глаза Рейны заискрились весельем, хотя в глубине сердца она не могла отрицать, что посчитала мысль о браке с Клэем довольно-таки приятной.

– Неплохая идея, Эмилия, но он должен предложить это первым.

– Кто знает? Может быть, он так и сделает.

– Что ж, если он решится, можно будет поймать его на этом!

Они рассмеялись по-дружески и занялись обсуждением остальной части вечера.

– Я должен проявить честность в этом деле и сказать тебе, что мне все это не нравится, – заявил Филипп сыну, разговаривая с ним тем же вечером в кабинете усадьбы Уиндоун.

– А мне совсем не нравится, что Дейв заперт в проклятой тюремной камере Монтерея! – огрызнулся Клэй.

Филипп не ответил. Что бы он ни сказал, сына не переубедишь.

– Завтра я уеду, – наконец снова заговорил Клэй.

– Когда вернешься?

Филипп сменил тему, желая избежать дальнейших споров в этот последний вечер, который они проведут вместе.

Клэй был ему благодарен, что он не говорит больше о Рейне и о предстоящей работе. Он смягчился, заметно расслабившись.

– Точно не знаю. Но я обещаю, что постараюсь вернуться побыстрее.

Филипп выдавил из себя горько-сладкую улыбку, рассматривая сына. Он гордился Клэем. Тот превратился в прекрасного сильного мужчину.

– Не могу просить большего. Но когда вернешься, сделай для меня одно одолжение.

– Какое?

– Привези с собой Дейва.

Клэй весело улыбнулся:

– Привезу.

– Пойду спать. День был трудный.

– Я лягу попозже. Еще нужно приготовить кое-что на завтра.

Клэй не захотел подробнее рассказывать о своих планах, чтобы не вовлекать в них отца.

– Тогда увидимся за завтраком.

Когда Филипп удалился, Клэй присел к столу, достал перо и бумагу.

Чуть позже он позвал Джекоба – одного из тех людей, кто служил их семье уже много лет. Ему можно было абсолютно доверять.

– Да, мастер Клэй?

– У меня для тебя поручение, Джекоб. Мне нужно, чтобы ты поехал в Новый Орлеан.

– Прямо сейчас? Ночью? Неожиданное поручение.

– Именно. Это очень важно. А теперь слушай...

Клэй быстро и точно объяснил, что нужно сделать. Потом слуге были вручены два конверта: один с письмом, другой с большой суммой денег.

– Думаешь, справишься?

– Да, сэр. Я сделаю все в точности так, как вы сказали, мастер Клэй. Прослежу, чтобы все было готово, когда вы туда прибудете.

– Хорошо, я рассчитываю на тебя.

Клэй проследил, как Джекоб покинул дом, потом снова вернулся к столу и написал еще одну записку. Сделав это, он сложил послание и спрятал его в карман. Клэй знал, что ему нужна лишь еще одна вещь. Выйдя из кабинета, он открыл стенной шкаф, в котором отец хранил лекарства, и достал оттуда бутылочку с настойкой опия.