Хоттабыч под прикрытием - Татьяна Богатырева

А русский, получается, ушел из Аквариума в тот же год. Без медали и звания, за три года до законных сорока пяти. На этот раз Грег пробил его за пять минут, с именем и званием это не проблема. Конечно, если бывший начальник желает сохранить дружбу с бывшими подчиненными, ныне личной СБ лорда Говарда. А он желает. И даже интересуется, не требуются ли корпорации «Драккар» полковники в отставке.

Полковники, может быть, и не помешали бы. А действующие ублюдки по душевному призванию — нет. Что Грег озвучивать вот так в лоб не стал. Бывшее начальство, еще не вышедшее в отставку — знакомство очень полезное. Даже если ублюдок.

А вот с экс-майор Саргисяном, уроженец города Энска, друг и помощник депутата Дмитрия Нагого — похоже, что нет. Не дерьмо.

— Я знаю ребят, которые тебя не добили, — продолжил разговор майор, едва фура проехала. — Везучий ты, Аравийский, сил нет.

— Везучий, — согласился Лоуренс.

— Эти четверо полные отморозки. Диктуй мыло, скину досье.

Лоуренс продиктовал, майор что-то набрал в своем смартфоне — и через мгновение планшет Лоуренса пикнул, принимая данные.

— Конкуренты?

— Люди мэра. У них тут наркотрафик, ну ты сам видел.

— А у вас — нет?

— У нас — нет. И не будет. Это мой город, Аравийский.

— И твое бывшее начальство их покрывает, — предположил Лоуренс.

— Моему бывшему начальству насрать. Тут другая контора. «Дружественная».

Это было сказано с такими матерными интонациями, что сразу стало понятно — достать «дружественную» контору у местного депутата и экс-майора руки коротки. Даже название вслух произнести — и то как-то…

Поэтому аббревиатуру майор написал ногой в пыли и тут же затер.

Лоуренс понимающе кивнул: против такого монстра идти — верное самоубийство. В смысле, для майора. Совсем другое дело, если одного монстра вытеснит другой. Не питающий симпатии к наркоторговцам и не настолько остро нуждающийся в следующем миллиарде, чтобы «только бизнес, ничего личного».

— Рисковый ты парень, майор. Наркоторговцы тебе не исламисты.

Майор только пожал плечами и повторил:

— Это мой город. А ты поднял тут знатную шумиху. Есть шансы проскочить. Если не сдашь.

— Смотря кому. Сами вы тут долго не продержитесь, если уж наркотрафик.

— Найдем, с кем скорешиться. Чтоб без вот этого всего дерьма. Аравийский, кроме шуры-муры, какой у тебя интерес к девчонке?

— А у тебя?

— К младшей никакого, а на старшей шеф задумал жениться. Любовь у него. Так что ты это, не обижай обеих. Зачем они сюда вообще явились, неужто верят в бредни про клад?

— Откуда ты знаешь про клад?

— Тоже мне тайна, — хмыкнул майор. — Да все знают. У нас детишки про это страшилки в пионерских лагерях рассказывают. Только чушь все это, нет никакого клада. А вот наркота… — Он махнул рукой. — Так что в усадьбу девок никто не пустит. И ты первый, если они нужны тебе живыми. Усек?

— А то ж, — ответил Лоуренс с интонациями старой партизанки.

— И другу своему скажи, чтоб в усадьбу без взвода и поддержки авиации не совался. Мэр и так бесится, все на нервах. Пристрелят еще. Я тебе скину достаточно видеоматериалов, Интерполу хватит.

— Срать Интерпол хотел на ваш Энск. Они с «дружественными» конторами не ссорятся.

Майор выругался куда-то под ноги, но тут же поднял взгляд на Лоуренса:

— Твоя контора вмешается?

— Вмешается. Вопрос масштаба вмешательства. Надо посоветоваться.

— Ага. Советуйся. — Майор бросил окурок под ноги, затоптал. — Пойду гляну, как там девочки.