Мажор Vs Провинциалка - Ольга Цай

Откровенно, и сам не ожидал такой быстрой потери контроля над собой. Определенно, ее близость действовала на него, как валерьянка на кота. Окружающая действительность переставала интересовать, оставалось только одно желание — она. И вот, что интересно — для осознания этого факта не требуется ощущение тактильного контакта, достаточно всего лишь дыхания, всего лишь напряженного с поволокой взгляда этих сумасшедших глаз. А они у нее красивые, по-кошачьи красивые.

Стоп! Эй, парень, ты куда поплыл? — одернул сам себя. — Да, глаза красивые. Да, привлекает. Так это ж прекрасно! Было бы вдвойне мерзко и тяжело соблазнять ту, которая отвратительна, как жаба, а тут… ну будем считать приятный бонус в этой небольшой партии.

А то, что партия будет действительно небольшая, Богдан не сомневался. Все они падки на бабки и секс. И, если даже первое Швед не интересует — что маловероятно. То от второго она уж точно не откажется, — хмыкнул про себя. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что нравится он ей. И Макаров сделает все возможное, чтобы она не забыла об этом.

Выключил плазму, отшвырнул пульт и направился в спальню. Через десять минут размышлений писать или не писать Швед, дать время или, быть может, не стоит понижать градус, пришел к выводу, что беречь ее чувства и эмоциональное состояние — это не то, что ему интересно. Его цель другая и забота о Швед Жене уж никак не входит в его планы. А потому, открыл мессенджер, настрочил сообщение и, осознавая, что немедленного ответа ему точно не светит, поставил телефон на зарядку и лег спать.

***

Когда я двигалась в сторону общежития, единственным моим желанием было оказаться, как можно скорее в своей кровати. И, как в детстве, залезть под одеяло, чтобы все — все проблемы и неприятности оказались вне моего маленького кокона. Но увидев Зою, что сидела на своей кровати и старательно прокрашивала ноготь на ноге перламутровым лаком, я почувствовала необходимость выговориться. Пусть слушает, пусть знает к чему приводят ее добрые побуждения. Ведь не хотела же я с ним общаться! Как чувствовала, что ни к чему хорошему не приведет! Хотя… В чем она виновата? В чем конкретно ее вина?

— Жень? Что с тобой? Жееееень?

Но я молчала. Стояла прислонившись к двери и молча смотрела на нее.

— На тебе лица нет. Жень? Что случилось? На работе что?

— Нет.

Оттолкнулась от двери, протопала в комнату на ходу стаскивая куртку, небрежно швыряя на стул.

— Не хочешь поговорить?

Но я продолжала молчать. Одно дело самой понимать, что совершила глупость. А другое — дать знать кому-то еще.

— Слушай, а давай-ка чайку налью. Я тут с мятой заварила. Он оказывает успокаивающее…

— Я поцеловала Макарова, — выпалила я.

— Действие, — медленно закончила она.

Помолчала и задала самый глупый, но самый правильный вопрос:

— Зачем?

— Не знаю. Так получилось, — пожав плечами, наконец-то подняла на нее глаза.

— Так, — девушка быстро закрутила лак и встала с кровати, — пошла ставить чайник. Не дрейфь. Все решаемо. Сейчас чайку попьем. Думаю, не все так страшно.

Складывалось ощущение, что Зоя возлагала огромные надежды на чай с мятой. Хотя в данном случае только на это и оставалось возлагать надежды. Даже думать не хочу, что будет завтра. С какими словами меня встретит тот же Леснов на лестнице. А то, что Макаров ему все расскажет, я в этот момент даже не сомневалась. Было бы наивно предполагать, что он вдруг воспылал ко мне любовью. Своими умозаключениями я поделилась с Зоей.

— Понимаешь, Зой, я чувствую, что он что-то задумал. Вот прям знаю и все.

— А вдруг ты себя накручиваешь? Ведь бывает такое: сегодня ненавидит, а потом бац и влюбился.

— С кем? Ну с кем такое бывает? Не верю. Слишком резко. Слишком быстро. Он точно что-то затевает, — упорно настаивала я, прикусывая зубами нижнюю губу. И, когда у меня появилась эта привычка? Взглянула на Зою. Она точно так же, закусив губу, о чем-то размышляла. А вот и ответ. Быстро же я зеркалю людей.

Я вскочила на ноги и принялась мерить комнату шагами.

— Жень, у меня морская болезнь уже началась от твоих метаний, — спустя пять минут не выдержала подруга. — Устаканься, а?

— Устаканься? Устаканься, устаканься, — повторяла, как мантру я, продолжая пожевывать нижнюю губу. А что, мне даже понравилась эта привычка. — Точно. Ты права! Зоя, ты совершенно точно права!

— В чем? — непонимающе уставилась она на меня.

— Я устаканюсь. Я должна быть статична. Пусть думает, что я с ним соглашаюсь. Что как дура, иду на поводу. А я посмотрю, куда он клонит и, чего хочет. И, когда придет время, я прихлопну его как таракана, его же собственной идеей.

— Что-то мне не очень нравится этот план, — покачала головой Зоя, отпивая из кружки «волшебный» чай. — Жень, а вдруг там действительно нет подвоха? Да и к тому же признай — он тебе нравится. Иначе, зачем бы ты его поцеловала?

— Нервы, усталость, напряжение — выбирай. Но точно не нравится, — я издала странный звук, похожий на искусственный смешок, для большей убедительности качая головой. Замолчала, внимательно посмотрела на подругу и продолжила:

— Зой, прошу тебя, не будь наивной. Макаров хитрый. Он не хороший, не добрый — он злой и хитрый. Просто запомни. Это война. И он на все пойдет ради достижения своей цели. Он победитель по жизни. И здесь не уступит тоже. Прошу, не ведись на его уловки.

— И какая же по твоему у него цель сейчас?

— Не знаю, — задумчиво покачала головой. — Навряд ли он так резко воспылал ко мне любовью. Это исключено. Денег у меня нет — значит меркантильный мотив тоже отпадает, — засмеялась над своим же предположением. — Учеба в универе…

— Тоже мимо, — подсказала Зоя.

— Да, тоже мимо, — вздохнула я.

— Я тут видела в одном фильме, но это всего лишь фильм, — с сомнением произнесла девушка.

— Так, — в нетерпении уставилась на подругу.

— Ну я не думаю, что в жизни такое бывает.

— Зой, не томи, — нетерпеливо подтолкнула ее к продолжению.

— Там смысл такой: парень узнал, что девушка наследница большого состояния, а она была не в курсе сего дивного факта. Ну так вот. И он решил за ней приударить. Может, и у тебя в роду кто-нибудь из Рокфеллеров есть?

— Зой! — воскликнула я.

— Что? — в удивлении она вперила в меня глаза по пять рублей каждый.

— Точно! — сделав драматическую паузу, продолжила. — Именно поэтому я всю жизнь с родителями прожила в двухкомнатном особняке в Дробинске.

— Да ну тебя, — махнула рукой Зойка. — Я тебе помочь пытаюсь. Так сказать, мозговой штурм устроить.

— Прости — прости. Ты права. Надо рассматривать все варианты. Кроме этого, — тут же добавила я, усмехнувшись.