Осознанный риск - Робин Карр

— Похоже, мне опять что-то не удалось, — вздохнула Фло.

— Когда тебе что-то не удавалось? На самом деле ты предлагаешь мне так много, что я просто не способна все это принять.

— Кристин, давай не будем…

— Но это правда! Ты хочешь так много для меня, что мне становится трудно хотеть что-то для себя! Ты можешь одеть меня, уложить мои волосы, обсуждать мое будущее, баловать детей. Мы почти не разговаривали семь лет. Ты вообще знаешь меня, Фло? Или ты пытаешься создать меня? — Крис почувствовала, как ее глаза наполнились слезами. — Извини, я не хотела плакать.

— Ты переволновалась. Тебе нужно… — Фло замолчала.

Крис протерла глаза.

— Видишь? Если ты будешь продолжать так поступать, мы будем ссориться. Я хочу вернуть нашу дружбу, но на равных правах. Пока я могу дать тебе только одно — послушание, но я слишком стара, чтобы радоваться этому.

Фло прикусила губу, и когда она заговорила, ее голос дрожал. Впервые Крис увидела, что та готова заплакать.

— Я просто не хочу, чтобы тебе причинили боль. Не хочу потерять тебя. Опять.

— Я собираюсь вырезать нишу для себя в этом мире, которая будет только моей. Лишь маленькую нишу. Я всего лишь хочу заботиться о моих детях и стать лучшим из того, кем я могу быть. Я больше чем просто твой ребенок, последняя дурочка Стива или предмет благотворительности Майка. Вот над чем я работала, Фло, когда сгорел дом.

— Это как-то связано с твоей затеей писать? — спросила Фло. — Потому что если все, что ты хочешь, — это быть независимой, писать…

— Я хочу сказать, я писала и планирую продолжать писать — мне даже приходит в голову сумасшедшая идея, что я преуспею в этом. Мне лишь нужно убедиться, что мои решения принадлежат мне. Я хочу сама заплатить за собственные ошибки. Хочу взять кредит для своих достижений. Не хочу, чтобы обо мне снова заботились.

— Я хочу знать, — медленно проговорила Фло, — почему ты считаешь разумным жить в доме этого пожарного, есть его еду и принимать его подарки, но думаешь, что для тебя неправильно…

Крис покачала головой:

— Ты ведь не понимаешь, правда? Я не собираюсь отдавать ему свою жизнь так, как это было со Стивом, и не собираюсь брать его. Я хочу разделить свою жизнь, свое пространство, все, что у меня есть. Но только разделить, Фло. С тобой, с ним и, надеюсь, с другими, потому что я слишком долго была одна.

— И ты не можешь уехать со мной и разделить свою жизнь с ним по-другому, так? Знаешь, он тоже высказывался решительно, как и я, когда мы говорили о том, что тебе нужно.

— Если это окажется правдой, тогда ничего не сработает.

— Зачем рисковать? Почему бы просто не…

— Потому что я люблю его.

Вот. Она сказала это. Жаль, не гремит молния или не взрывают фейерверк.

— Это смешно, — пожала плечами Фло.

— Но это правда, — ответила Крис устало.

— У тебя будут большие неприятности, Крис, — торжественно предсказала Фло. — Тебе снова причинят боль. Ты почти не знаешь этого…

— Нет. Ничего не будет. Только если я сдамся и позволю другим людям руководить собой. Может быть, я импульсивна, идеалистична, даже глупа, но, черт возьми, я собираюсь проверить, так ли это. И если нет, я поплачу и покончу с этим. Я не потеряю четыре миллиона долларов, не забеременею, не забуду, чего хочу от жизни. Я просто заплачу. Есть вещи и похуже.

— А как же дети? Ты подумала о том, что они будут…

— Дети, — произнесла она, — уже любят вас обоих.

Кэрри взглянула на нее. Ее глаза округлились. Она чувствовала: происходит что-то серьезное, по не понимала, что именно.

— Они не должны бросать Майка ради тебя.

— Он ужасный собственник.

— Кто бы говорил, — усмехнулась Крис.

— Крис, у нас никогда не было семейной жизни вместе. Ты ушла меньше чем через год после смерти Рэнди и Арлин. С этим…

— Я вышла замуж. Может, ты и не одобрила, но реальность такова, что я повзрослела и вышла замуж. И пойми, я рада, что сделала это, потому что у меня есть Кэрри и Кайл. И теперь я взрослая, Фло. Я не могу снова стать ребенком, которого ты будешь баловать и наказывать. Мы должны составить новые правила для нашей семейной жизни. Я не хочу быть такой, как ты. И не хочу, чтобы ты была такой, как я. Возвращайся домой, Фло, — мягко посоветовала она. — Только тогда я смогу приехать к тебе.

— Когда же это случится, Крис? Я не хочу, чтобы мы снова отдалились друг от друга.

— Это никогда не случится так, как ты планируешь. Когда приеду в Чикаго, я буду просто гостьей или буду искать себе собственное жилье. Фло, отпусти меня. Люби меня за то, что я есть, а не за то, что ты можешь сделать для меня. Пожалуйста.

Они достигли компромисса. Фло открыла расчетный счет на имя Крис — она просто не могла поступить по-другому. Она взяла с нее слово, что, если случится что-то плохое и пожарный окажется негодяем, она с детьми снимет что-то приличное, с датчиками дыма и всем остальным. И они решили, что если Крис останется в Калифорнии до Рождества, Фло и слова не скажет по этому поводу и вернется, чтобы отпраздновать с ними. Она будет мила с Майком. Крис обещала звонить Фло постоянно, чтобы убедить ее, что они больше не расстанутся. И все же Фло плакала в аэропорту.

Адрес мистера Блейкли был в телефонной книге. Крис сходила с детьми в кафе, а затем пошла к нему домой в обеденное время. Она не удивилась, обнаружив, что он и его семья живут в добротном доме, хотя сдают старые хижины, где давно не было ремонта. И все-таки она чувствовала напряжение. Хотела сразу покончить с этим.

— Здравствуйте, миссис Блейкли. Это Кристин Палмер. Скажите, ваш муж дома?

— Не думаю, что нам есть о чем с вами разговаривать. Можете нанять адвоката…

Крис развернула газету так, чтобы картинка была перед круглым румяным лицом женщины. Миссис Блейкли выглядела жалко: у нее были морщины и глубоко посаженные глазки, которые сейчас широко раскрылись. Она уже четыре недели не красила волосы — седые корни виднелись на макушке. Дом, в котором они жили, был сделан по особому проекту, и было видно, что он дорогой и в хорошем состоянии. Миссис Блейкли, женщина пятидесяти лет, совсем не сочеталась с этим домом — тучная, в небрежно запахнутом цветастом халате и с тлеющей сигаретой в желтых пальцах.

— Я «пропавшая наследница», миссис Блейкли, и если вы позволите мне увидеться с нашим мужем, мы закончим это дело через несколько минут. И тогда я оставлю вас в покое. Если же вы заставите меня звонить моему адвокату, вам это дорого обойдется, можете мне поверить.

Женщина несколько секунд стояла молча, пораженная. Затем медленно развернулась, словно вращающаяся статуя.

— Генри, — позвала она.

Он тоже не сочетался с таким приличным местом — был одет в белую майку, тапочки, брюки с вытянутыми коленками, живот нависал над ремнем; во рту у него была ужасная сигара. Владелец трущоб.