Полное погружение - Эрин Даттон

Рид пожала плечами.

– Женщины, с которыми я была, не интересовались подобными вещами… вроде танцев.

– Им не нужна была романтика? – спросила Изабелл, легонько проведя рукой по плечу Рид.

Рид покачала головой. Женщины, с которыми она встречалась, были милыми, но не воодушевляли на романтику, и, кажется, не сильно нуждались в ней. До настоящего момента Рид не находила странным, что ни за одной из женщин она по-настоящему не ухаживала. Внезапно, она задумалась всерьёз, каково это будет дарить женщине цветы, устраивать романтические ужины и удивлять плавающими свечами в ванной.

– Давай, это не сложно. Я тебе покажу. – Изабелл взяла ладони Рид и положила себе на талию, а сама обвила руками её шею.

– Я…

Изабелл приложила палец к губам Рид. – Ш-ш. Просто наслаждайся.

И Рид действительно наслаждалась. В этом и заключалась проблема. Происходящее сводило ее с ума. Рид переместила руки на спину, закрыла глаза и позволила Изабелл кружить её в танце. Тяжёлые доски мягко скрипели под их ногами. Вокруг царило интимное настроение – свечи, музыка, голос певицы, плавный, но с хрипотцой. Рид никогда раньше не чувствовала подобного блаженства рядом с Изабелл, обычно она испытывала острое, почти болезненное возбуждение, совсем не такое нарастающее и глубокое как сейчас. Аромат духов Изабелл дурманил словно наркотик, Рид парила на высоте, такой ровной и сладкой, что постепенно возрастало нестерпимое желание продолжения, ей хотелось большего. Рид начинала по достоинству оценивать талант Норы Джонс.

– Я думала, ты позволишь мне вести, – прошептала она на ухо Изабелл.

Пальцы Изабелл вплелись в волосы Рид на затылке.

– Я солгала. – Лёгкие прикосновения кончиками пальцев гипнотизировали Рид, вводили в транс.

Изабелл прижалась сильнее, её бедра двигались в такт музыки с бёдрами Рид. Обнимать Изабелл было сущей пыткой, к тому же невероятно изощрённой пыткой. Рид провела руками вдоль спины Изабелл, борясь с искушением забраться под футболку. Подавив стон, она немного отстранилась.

– Что-то не так? – Во взгляде Изабелл читалось явное беспокойство, она провела пальцами по щеке Рид.

От этого прикосновения по телу Рид пробежала дрожь.

Мне всегда придётся бороться со своими чувствами к Изабелл? Забавно, но именно я каждый раз разрушаю интимную обстановку между нами.

– Изабелл, я всего лишь человек. – Весь вечер походил на бесконечную прелюдию. К моменту, когда Изабелл уговорила ее на танец, Рид уже пребывала в состоянии возбуждения, а прикосновения Изабелл заставили ее трепетать от желания.

– О чём ты говоришь?

Рид попробовала отстраниться, но руки Изабелл на её плечах крепко держали, не позволяя увеличить расстояние.

– Не секрет, что ты мне очень нравишься. Я могу справиться с собой, своими чувствами, но не когда ты так себя ведёшь. – Она начала снимать руки Изабелл со своих плеч.

– Прости. Я не справедлива по отношению к тебе. – Изабелл опустила руки.

Рид следовало оставить всё как есть. Она раскрыла карты, и теперь нужно было искать путь к отступлению. Но вопрос, крутившийся у неё в голове, невольно вырвался наружу.

– Почему?

– Я не знаю, что происходит, Рид. Я думаю о тебе… о вещах, о которых думать не следует.

– Вот чёрт, – выдохнула Рид. Ей потребовалось собрать всю силу воли, чтобы не притянуть Изабелл к себе, и не начать целовать до беспамятства.

– Я не хочу думать о всех тех причинах, почему отношения между нами не очень хорошая идея. – Она мягко откинула прядь со лба Рид. – Я не хочу думать, что будет с Чейзом, если у нас с тобой ничего не получится, и мы расстанемся. Или о том, как тяжело будет жить по соседству, после всего этого.

Рид перехватила её опускающуюся руку. Кожа под её пальцами оказалась нежной, как шёлк, и это стало последней каплей. Самообладание покинуло её, и Рид поцеловала кончики пальцев Изабелл.

– Неужели тогда будет тяжелее, чем каждый вечер, ложась в постель в соседнем доме, думать, как бы у нас всё могло сложиться? – Изабелл резко втянула воздух, почувствовав прикосновение губ Рид к своей коже, и последние слова вышли неразборчивыми. Внезапно стало жарко от разыгравшегося воображения, как эти губы могут дотрагиваться до других частей тела. – Если бы я только могла забыть, кто мы, что ты сделала…

– Ты хочешь забыть, что на мне ответственность за смерть Джимми, – с грустной улыбкой Рид отпустила ладонь Изабелл и погладила ее по щеке. – Но не можешь. Ты думаешь об этом каждый раз, когда видишь меня.

– Нет, я…

– Я знаю, Изабелл. Потому что, когда я смотрю на своё отражение в зеркале, меня посещают такие же мысли.

– Нет, Рид, я так не думаю. – От горечи в голосе Рид, у Изабелл оборвалось сердце. Когда-то она винила в случившемся только её, и не хотела даже думать о других вариантах. Было так легко возложить всю ответственность на Рид, рассматривая ее в качестве пожарной. Но проблема заключается в том, что теперь Изабелл видела в ней не только пожарную.

– Прости, Изабелл. Я устала и не совсем ясно мыслю. Поговорим завтра. – И Рид ушла.

В отсутствие Рид Изабелл мучительно остро ощущала пустоту. Она упала на диван и опустила голову на руки.

Я сошла с ума. Медленная музыка, свечи. Проклятье, я создала практически всё, что нужно для соблазнения, пока она спала. Конечно, я не хотела соблазнять Рид. Или хотела?

Неудивительно, почему Рид так смутилась. Сначала Изабелл обвиняет её в смерти брата, затем внезапно целует. А теперь Изабелл, всегда считавшаяся натуралкой, практически заставила Рид танцевать с ней и чуть ли не соблазнила ее в процессе. И неудивительно, почему ни одна из них не имеет ни малейшего представления, что они делают.

* * *

Рид зашла домой через заднюю дверь и тихо закрыла её за собой, затем выскользнула из обуви и, не включив свет, пошла в сторону кухни. Она уже прошла половину гостиной, когда вздрогнула от неожиданности, услышав голос матери.

– Незачем бояться разбудить меня. – Мередит сидела на диване, обхватив руками кружку.

– Что ты здесь делаешь в темноте? – Рид присела рядом.

– Не могла уснуть. Приготовила себе какао.

– Мам, прости, я не должна была так сбегать. – Рид решила загладить свою вину. Она не хотела, чтобы мама переживала, ей просто нужно было побыть одной.

– Ты так похожа на своего отца.

Обычно Рид пропускала мимо ушей подобные замечания. Но после откровений с Изабелл она была взвинчена, и ей тяжело было контролировать себя.

– Знаешь, мама, мне бы очень хотелось, чтобы хоть раз ты сказала эти слова без сожаления в голосе.