Истинная леди - Кэтрин Грейл

– Это неправда! – возмутилась Каролина, и ее щеки залил пунцовый румянец. – Я просто хотела, чтобы Луиза сравнила твои поцелуи с поцелуями других джентльменов. Ну, а эти сравнения повлекли за собой другие... – Она замолчала, и на лице появилось выражение ученой задумчивости.

У Джеффри по спине пробежал холодок, когда в его сознание закралась тревожная мысль, что этот неуемный ум и его самого подвергал детальному препарированию, исследованию и классификации. И он совсем не был уверен в том, насколько почетным оказалось отведенное ему место.

Чувствуя себя униженным и растерянным, он ощутил приступ бешеной ярости. Он стремительно пересек комнату и схватил Каролину за руку, норовя сдернуть ее с постели.

– С меня довольно! Я сию же секунду отвезу тебя домой! Если у твоей тетки осталась хоть капля разума, она немедленно спровадит тебя на Южный полюс.

– Джеффри! – Слух графа пронзил негодующий возглас обеих женщин. Но их горячий протест не произвел на него никакого впечатления, и он продолжал тащить Каролину за руку.

– Джеффри, – повторила она тихо, но отчетливо. В голосе ее прозвучала скрытая угроза. – Немедленно отпусти меня.

– Я отпущу тебя только тогда, когда мы будем у вас дома и я передам тебя твоей тетке, а сам наконец успокоюсь. Господи, ты даже не представляешь, какому риску себя подвергла, явившись сюда! Твоя репутация под угрозой!

– О нет, – вмешалась Луиза. – Ее ни одна собака не видела. Она пришла, закутанная в плащ с головы до пят.

Джеффри устремил, на танцовщицу свирепый взгляд, и она испуганно замолчала.

– Есть вещи, – отчеканил он, обращаясь к Каролине, – которые не пристало совершать настоящей леди. В том числе коротать послеобеденные часы в обществе танцовщицы.

Ему наконец удалось заставить ее встать на ноги, но она оказалась упрямее, чем он предполагал. Упершись пятками в пол, она пронзила его испепеляющим взглядом. И только прилив собственного бешенства, не уступающего яростному темпераменту Каролины, помог Джеффри противостоять обрушившемуся на него натиску.

– Я не леди! – бросила она в лицо графу. – Я «синий чулок». И если я сказала, что хочу провести день в беседе с новой приятельницей, то будет по-моему, черт подери!

– Никогда, черт подери! – прорычал он в ответ.

– Господи, как ты похож на Гарри! – поморщилась Каролина и, внезапно вырвавшись из его цепкой хватки, повернулась к Луизе: – Луиза, ты знаешь много мужчин, кто бы попытался словами убедить женщину в своей правоте? Или они способны только бушевать и пускать в ход силу и угрозы, желая добиться от нас послушания?

– Как бы не так, мисс. Десять минут назад я бы ответила, что его сиятельство не из их числа. – Она покосилась на графа. – Но похоже, я в нем ошиблась. – В ее глазах заплясали искорки неподдельного веселья. – Не в каждом театре увидишь такое зрелище.

– Каролина, хватит с меня этих глупостей! – рявкнул Джеффри. Его властный тон заставлял подчиняться самых упрямых баранов и делал покорными даже людей. Известно, что и его мать, попадая под горячую руку сына, вытягивалась перед ним в струнку.

Но Каролина не дрогнула.

– В таком случае ступай, мне надо поговорить с Луизой, – заявила она, спокойно выдержав всплеск его ярости.

– Каролина! – проревел Джеффри, теряя самообладание, и как клещами стиснул ее руку. Конечно, ударить ее он не посмел бы, но кровь в его жилах бурлила, как магма в жерле вулкана, и искала выхода. Джеффри с трудом превозмог себя, чтобы не отыграться на ослепительно ярких диванах и креслах Луизы.

Но, поймав взгляд Каролины, он увидел, что в глазах ее пылает гнев. Боже, да она сжала кулачки, словно собиралась дать ему физический отпор, хотя была меньше и слабее и, естественно, не могла мериться силой с мужчиной! Она не собиралась сдаваться, даже если бы он пригрозил стереть ее в порошок.

Ну что за женщина! В тот момент он не знал, чего хочет больше: поцеловать ее или задушить. И только своевременное вмешательство Луизы спасло ситуацию.

– Чтоб мне пусто было! Она только хотела выяснить, как это делается. Почему бы тебе не показать ей?

От ее слов Джеффри опешил и недоуменно заморгал. Показать ей! Какое скандальное, безответственное и непристойное предложение! Показать ей?

– Давай, не дрейфь! – не унималась Луиза. – Это единственный способ положить конец ее любопытству.

Положить конец ее любопытству... Однако несмотря на ярость, одурманившую его, эта мысль почему-то не показалась ему такой уж кощунственной. Они стояли нос к носу, и только каких-то два дюйма разделяли их губы. Он приблизился еще, в одно мгновение сократив между ними расстояние до минимума.

И тут Джеффри почувствовал, что очутился в сладком плену целомудренной чувственности Каролины. Ее рот приоткрылся, а тело обмякло, и вся она стала покорной и податливой, как шоколадная конфета, таившая в тепле. Он провел рукой по горячей коже ее щеки до границы струящегося шелка волос. Вторая его рука скользнула вниз по гибкой спине, и он притиснул Каролину к себе.

Из груди ее вырвался томный вздох, эхом отозвавшийся в его сердце. Никогда прежде не испытывал он такого желания, такого голода, такого... трепета.

– О Боже, – простонал он, целуя ее.

Вдруг раздался стук в дверь, следом за которым с улицы донесся хриплый голос пьяного в стельку мужчины:

– Луиза!

– Чтоб мне провалиться, если это не Ральф!

Джеффри похолодел. С трудом оторвавшись от Каролины, но не выпуская ее из объятий, он вопросительно посмотрел на Луизу поверх прекрасной белокурой головки.

– Ральф? Барон Ральф Олдин?

– Ага, – кивнула танцовщица, и ее темные глаза расширились. – Никого лучше его нет. У него денег куры не клюют, и в городе он появляется всего несколько раз в месяц.

– Вот проклятие!

– И то правда. Он никогда не умел держать язык за зубами. Меньше всего хотелось Джеффри услышать от Луизы подтверждение своих худших опасений. Но он взял себя в руки и укротил бушевавшее в нем любовное томление.

– Отвлеки его, – хмуро бросил он лежавшей на кровати Луизе. – Мы выйдем через заднюю дверь.

– Это тебе не Букингемский дворец! Здесь нет черного хода.

– Луиза! – снова позвал с улицы пьяный барон. – Отвори, милая, твой сержант явился не запылился и при оружии!

– Иди ты! – чертыхнулась Луиза под нос и громко добавила: – Иду, любимый! Дай мне минуточку, чтобы привести себя в порядок.

Джеффри снова выругался, однако результат был тот же. Каролина в отличие от них молчала и только еще теснее прильнула к графу. Ее сладкая плоть давно занимала все его помыслы и служила источником вожделения. Джеффри продолжал сжимать ее в объятиях, не в силах расстаться с ней хоть на секунду.

– Где твой плащ? – наконец спросил он, стараясь не вдыхать нежный лавандовый аромат ее волос.