Дыхание магии - Анна Валерьевна Минаева

– Категория первая – поиск предметов в радиусе десяти метров. Категория вторая – поиск предметов в радиусе одного километра с возможностью увидеть невидимое или скрытое от человеческого глаза. Категория третья – поиск по местности взглядом «птицы». Категория четвёртая – поиск по карте. Третья и четвёртая ступени под силу только чародеям с двумя искрами, так как на такое колдовство тратится слишком много сил и энергии. В принципе-то, разделение заклинания на ступени весьма условное, все зависит от количества влитой энергии. Ваша сокурсница только что использовала вторую ступень. Как вы себя чувствуете после этого?

Я повернулась, чтобы посмотреть на чародейку, способную сотворить заклинание, которое мне пока было не по силам, а девушка вздрогнула от вопроса и тихо ответила:

– Голова немного кружится, но чувствую себя нормально. Моя цель – стать членом Великой Ложи, потому такие мелочи не смогут меня выбить из равновесия.

– Выскочка, – прошипела Фелия, сминая лист бумаги, на котором до этого старательно записывала сказанное мастером.

– Ты её знаешь? – удивилась я.

– Да, – передёрнула плечами соседка, – как же она меня раздражала в школе! Вечно вылезет вперёд, вечно выпендрится чем-то. А ведь это не её заслуга, а папочки, который платил наёмным магам за обучение прелестной дочурки.

– Так ты окончила Королевскую школу шести стихий?

– Да, – нехотя отозвалась Фелия.

– Я вам не мешаю? – усмехнулась мастер Гимли, возвышаясь над нашей первой партой. – Хотите показать своё мастерство, студентка Фелия? Тогда вперёд. Я хочу, чтобы вы отыскали в аудитории позолоченное перо.

– Отыскать книгу по названию намного проще, чем предмет по его описанию, – буркнула она, вставая с места.

– Не соглашусь с вашим заявлением, – хмыкнула преподаватель. – Думаю, что и ваша сокурсница сможет его оспорить. Ведь так, Рила?

– Конечно, – незамедлительно отозвалась отличившаяся ученица, – ведь по форме предмет ищется проще, чем по какому-то элементу. Книга могла быть как однотомником, так и десятком книг, разбросанных по всему помещению. Но если Фелия не в состоянии выполнить вашу просьбу, мастер, я могу её заменить.

– Затычку в заднице замени, – прошептала моя соседка, отходя от парты. Она замерла всего на секунду, а потом протянула заклинание медленно и по слогам. – Инвениент.

Поправив длинные волосы, словно успокаивая себя этим движением, Фелия направилась к учительскому столу. Замерла возле него на мгновение, а потом сменила маршрут и двинулась в сторону того же шкафа, из которого Рила вытащила книгу.

Постояв возле него с мгновение, чародейка встала на носочки и потянулась к четвёртой полке, которая была вне зоны её видимости. Пошарив по деревянному стеллажу, девушка вытащила длинное белоснежное перо, стержень которого блестел золотом в лучах садящегося солнца.

– Очень хорошо, – похвалила Фелию преподаватель. – Можете объяснить мне и своим сокурсникам, почему вначале направились к моему столу?

– Конечно, – обезоруживающе улыбнулась она, – перед нашим занятием вы достали перо, которое хранилось в верхнем ящике стола, и переложили в шкаф. Скорее всего, это было сделано для того, чтобы запутать студента, которому выпадет это задание.

– Вы правы, студента Фелия, – кивнула головой женщина. – Можете вернуться на место. Что же, обе девушки великолепно справились с поставленной перед ними задачей. Время занятия подходит к концу, увы, я не успею проверить вас всех на понятие этого материала, но думаю, что экзамены это сделают за меня. Изучение и закрепление заклинания поиска я задаю вам до следующей пары.

– Герминат! – выкрикнули все студенты, поднимая руки вверх и выпуская стихийные искры в потолок, тем самым прощаясь с преподавателем.

Я встала из-за стола и потянулась, чувствуя, как затекла спина. Фелия проводила полным неприязни взглядом светловолосую Рилу и громко фыркнула.

– Эмоции – плохой советчик, – осадила я подругу. – Это тебе ничего не даст. А вот если получишь больше баллов за семестр…

Чародейка усмехнулась мне, не скрываясь за той самой милой и обезоруживающей улыбкой, которую использовала практически всегда:

– Хорошая мысль, Шер. А ещё знаешь что: будет просто великолепно, когда ты получишь вторую искру, обогнав эту выскочку.

– Она примет участие в Состязании?

– Она только для этого сюда и поступила, – пожала плечами соседка, – как и большинство ребят с нашего потока. Ты разве не знала?

Удивление чародейки было слишком искренним, но я ему не поверила. За последнее время я успела понять одно: Фелия очень хорошо умеет менять маски и притворятся тем, кем не является. Искра воздуха частенько улучала её во лжи.

– Давай начистоту, – сложив руки на груди, проговорила я. – Ты мне нравишься как человек, Фелия. Но ложь я на дух не переношу. Возможно, у тебя есть причины так себя вести, но я тебе не враг и никогда им не стану. Если не хочешь рассказывать о себе правду, я настаивать не буду. Но не лги, моя искра это чувствует.

Милое лицо исказилось в гримасе. Девушка обернулась и, удостоверившись, что мы в аудитории остались одни, заговорила:

– Чего же ты до этого молчала? Знаешь, сколько усилий мне стоит поддержание образа?

Я пожала плечами, не зная, что на это ответить.

– Хорошо, я тебя услышала, – кивнула Фелия, расслабляясь. – Просто привыкла за свою жизнь. Постараюсь с тобой себя так не вести.

– Спасибо.

– Да не за что, – отмахнулась она. – В столовую идёшь?

– Нет, хочу кое-что поискать в библиотеке, заодно попрактикуюсь в заклинании. Передавай привет Пайбе.

Чародейка усмехнулась и, забрав тетради, направилась к выходу из аудитории. Уже возле двери она притормозила и, не оборачиваясь, кинула:

– У меня никогда не было друзей, Шерил. Я не знаю, как они между собой общаются. Надеюсь, ты меня поймёшь.

Она не ждала от меня ответа и, хлопнув дверью, ушла.

До библиотеки я добралась, когда солнце уже скрывалось за стеной леса, начинающегося недалеко от замка. И пусть солнечные лучи больше не проникали в книжное хранилище через большие витражные окна, в помещении было светло. Но ни светляков, ни факелов видно не было. Вполне возможно, что их маскировали такой же магией, как и левитирующие ступени, по которым приходилось подниматься за книгами на верхние сектора шкафов. Но если ступени после того, как мне показал их Драфок, я видела, то предметы, дарующие свет, – нет.

Решив, что не это является целью моего визита, я подошла к одному из пустующих в такой час столов и положила на него тетради и листы, с которыми ходила на занятия.

Открыв чернильницу, макнула в неё перо и размашистым почерком вывела на бумаге: «Беон Селинер».

Хорошо, первая часть задумки была выполнена, дело осталось за малым.

Прикоснувшись пальцами к ещё не высохшим чернилам, я зажмурилась, пытаясь зачерпнуть как можно больше энергии