Уходя, не уходи - Лилия Фандеева

Стандартная процедура заняла не более пяти-семи минут.

– Я имею право на один звонок, – сказала Евгения, которая заметила, как изменилось поведение сотрудников, оказавшись на своих рабочих местах. В голосе появился металл, тактичность осталась за дверью.

– Кому будете звонить? – спросил следователь.

– Сыну, – ответила Евгения, набирая номер. – Женя, позвони дедушке Платову. Меня задержали, и мне понадобится помощь адвоката, – сказала она и назвала адрес. – Не переживай, разберутся. – Она закончила разговор, и тут же на её телефон пришло сообщение: «Сдохни на зоне». – Это тоже дело моих рук? – протягивая смартфон следователю, спросила она.

– Жертву полицейского произвола не изображай, – сказал второй. – Посажу в камеру к бомжам на сутки, и ты у меня всё вспомнишь, даже своё сопливое детство. Тебе денег мало, что взялась за распространение дури? Или ты и зарабатываешь этим?– спрашивал он, наблюдая, как снимают отпечатки пальцев.

– Вы мне не тыкайте. Решили поиграть в хорошего и плохого полицейского? Моему сыну шестнадцать лет. Я, что, по-вашему, совсем из ума выжила? Не утруждайтесь. Я расскажу всё, что произошло в последний час, а вы сами делайте выводы, – сказала Евгения и «передала» поминутно свой маршрут передвижения, не забыв рассказать о бомже. – Примите к сведению, что подобные подарки, магазин укладывает в свой фирменный пакет, а его нет. Меня смутили руки бомжа. Грязный, небритый, а запаха нет и ногти чистые – это как-то неправильно. У супермаркета на стоянке должны быть камеры. Вы можете проверить хотя бы это?– спросила она.

– Вы хотите сказать, что Вас подставили. Кто? Вам неинтересно знать, сколько стоит то, что мы обнаружили? – спросил первый.

– Меня интересует другое. Вы меня остановили и уже знали что искать. Значит между наличием наркотиков в машине и телефонным звонком в полицию должна быть связь. У меня нет врагов, нет мужа и любовника. Значит, нет ревнивых любовниц и обманутых жён, готовых мне навредить. Я работаю с разными людьми, но среди них никогда не было недовольных переводами или переговорами. А судя по тому, что Вы заговорили о стоимости, могу предположить, что моё задержание кому-то обошлось дорого.

– Вы отрицаете свою причастность к пакету? Хорошо, дождёмся результатов экспертизы. А пока познакомьтесь с теми, с кем нам приходится работать. Каждый из них считает себя жертвой, – сказал первый. – Поднимайся на выход.

Евгению провели в комнату без окон, напоминающую клетку в зоопарке. Здесь уже находились две молодые женщины.

– Слушай, Вадим, а если Полянская окажется ни при делах – мне шеф голову оторвёт, – вернувшись, спросил первый.

– Ты хочешь сказать, что сигнал поступил от него?

– Я хочу сказать, что он странным образом оказался вовремя у дежурной части.

– Вадим, пальчики с бумаги сняли, они принадлежат Сафонову Игорю Сергеевичу, тридцати шести лет, он есть у нас в базе. Проходил два года назад по одному делу. Пальцев на самой упаковке нет вообще. А с порошком не всё так просто. Он только сверху, а дальше тальк и металлическая болванка для веса, – сказал эксперт.

– Что? – в один голос спросили хозяева кабинета.

– Обычный тальк. Я проверил трижды. Меня смутил вес упаковки, и я провёл анализ послойно, пока добрался до самого дна. Такого в моей практике ещё не было.

В кабинет без стука вошли двое, один из них был в форме подполковника полиции.

– Подполковник Яковлев, а это адвокат Полянской Платов, – представился он. – Что произошло и почему задержана Полянская. Я не лезу в Ваше расследование, но я хочу помочь. Евгения Сергеевна моя соседка. Я её знаю с детства, – сказал он, выслушал короткую речь, продолжил: – Зная три языка, имея хорошую работу и знакомства со многими богатыми людьми в городе, Вы думаете, она стала бы этим заниматься? Здесь что-то не так. Мой вам совет: заказчик должен был убедиться, что Евгению арестовали, значит, её должны были со стоянки сопровождать. На её машине стоит регистратор. Проверьте, не засветились ли две-три машины, обогнавшие её после остановки, на стоянке супермаркета. Должно быть совпадение.

– Привезли запись со стоянки у торгового центра, – сказал дежурный.

– Вы позволите мне посмотреть? – спросил подполковник, а после просмотра, добавил: – Ну, что капитан? Ты видишь бомжа? Что у него в руках? Ты прав, можно предположить, что они могли работать в паре, если бы наркотик был чистым. Теперь подумай, кто кого обманул? И ещё, ребята, обратите внимание – Полянская оставляет машину на стоянке в 16:20, звонок поступает в 16:25, а пакет ей подбрасывают после посещения супермаркета и после звонка в полицию в 16:55. Ну, что, господа офицеры, отпускайте мадам. Её сын на улице ждёт, а времени уже 20:45.

Пока один отправился за Евгенией, второй обратился к Яковлеву.

– Что теперь делать?

– А что тут сделаешь? Можешь расценивать это как злую шутку или розыгрыш. Если наркотик в таком «виде» приобрели – продавца ждёт наказание, а если решили сэкономить сами – думали, что здесь сидят лохи. То, что Полянскую подставили и хотели закрыть – факт. Но что ты предъявишь этому артисту или даме в машине. Одного попросили, вторая разыграла – это их козыри, – говорил Яковлев, замечая, как Евгения входит в кабинет. – Меня другой вопрос волнует. Если один план не удался по какой-то причине, попробуют второй. – Женя, постарайся не выходить из дому пару дней.

– Павел Иванович, как вы себе это представляете? Мне завтра нужно отвезти Женьку в аэропорт, он летит к отцу.

– Евгения Сергеевна, подпишите вот здесь и Вы свободны.

– Тебя Женька ждёт у машины, поторопись, – сказал Павел Иванович. – Послушай, капитан. Ты сказал, машина принадлежит Зарайскому, который умер десять дней назад, а это значит, что его дочь может и оказаться той мадам, которая передала сувенир, – говорил подполковник задумчиво. – Я сейчас с тобой кое-чем поделюсь, а ты найди в моём рассказе слабое звено…

– Мам, ты как? – спросил сын, обнимая мать за плечи. – Ты с машиной справишься? – Дед, чего они от неё хотели? – спросил он адвоката матери.

– Мама тебе сама всё расскажет, а я поеду домой, успокою бабушку. – Женя, ты сама справишься?

– Виктор Степанович, спасибо, что приехали. Вы с женой помягче, не вдаваясь в подробности. Звоните, – сказала Евгения Платову старшему. – Всё нормально, Жень. Как там говорят: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». С одним я познакомилась. Знаешь, ощущения, как будто тебя окунули в грязь, а протереть позволили только глаза. Поехали