Лик короля. Перемены - Ольга Вознесенская

– С этим я сам как-нибудь разберусь.

– Давид прав, – решил вставить Рэн, – совет не разрешит вам взять и окончить отбор без твердого будущего. Что если вы закроете отбор, а Роза откажет?

Я и сам пока не знаю, что будет, но даже рассматривать кого-либо кроме нее не могу. Она единственная, кто может стать моей супругой, даже магия это подтвердила, которая уже под нее подстраивается. Я боюсь, что вскоре появлюсь перед ней, какой есть. Она увидит мой настоящий облик, и что тогда? Ведь я должен сам ей признаться, сказать о том, что я король… Не знаю, как она отреагирует, что ответит. Напугает ли ее это? Захочет ли она взять на себя груз правления?..

– Давайте пока примерно спланируем ближайшие два месяца. Я пообещал Розе, что по истечении этого срока она увидит мой облик. Тогда и будет ясно.

– Не рано ли для нее? – удивился Давид.

– Лучше не тянуть, – убеждающе ответил Рэн. – Розалиа ведь даже не знает, что шестая невеста – это она. Как бы все это не обернулось трагедией…

Глава 9

Ночь тихо склонилась над миром, всё стихло, все замерли. Даже света луны не видать – тучи заполонили небо.

Первые морозы. Время так быстро промелькнуло, кажется, только вчера я увидел Розу впервые, и вот уже более трех месяцев она живет в моем замке.

Прошло три недели с данного обещания, что через два месяца она увидит меня. Все это время я редко приходил к ней, только по ночам, словно вор, прокрадывался, чтобы увидеть мельком. Вот и сейчас, нагрянул…

Роза мирно спит в кровати. Как и обещал, не касаюсь ее, только смотрю. Во мраке ее светлая кожа кажется совсем белой, темные ресницы подрагивают – интересно, что ей снится?

Я редко навещал ее не потому, что так хочу, а из-за серьезного расследования, которое мы сейчас ведем. И мне жаль, что редко приходится видеть ее улыбку. К тому же, совет специально решил столкнуть ее с одной из невест – они думают, что Самира так быстрее определится. Но я совсем не рад, что Сион тут.

Осторожно поправил одеяло и встал с кровати. В последний раз глянул на спящую девушку: как жаль, что приходится столько врать. Переместился в родовое поместье, которое находится в пригороде.

– Тэлман.

Только семья обращается ко мне настоящем именем. Остальным запрещено, пока не открою свой лик.

– Томи, почему ты не спишь? – обернулся к младшему брату.

– Вообще-то, я ждал тебя.

– Что-то случилось? – я нахмурился и вопрошающе посмотрел брату в глаза.

– Да. Эльмире плохо.

К сестре мы пошли вместе.

– Поконкретней, что произошло?

– Лекарь сказал, что у нее лихорадка, видимо, простудилась.

В комнате младшей сестры приглушенно горит свет, у камина сидит служанка, при виде меня она тут же встает и делает реверанс. Нет, она не видит мой лик, но знает, что я король. Эта женщина служит нам на протяжении всей жизни, поэтому одна из немногих, кто знает меня.

– Можешь выйти, – приказал Томи, и она тут же удалилась.

Я принял свой обычный облик и подошел к кровати. Эмилия спала, но, услышав шаги, тут же проснулась.

– Тэлман? – сонно прошептала, присела и стала тереть глаза. А после, как очнулась окончательно, сердито посмотрела на Томи: – Зачем ты сказал?

– Глупая! – выпалил Томи. – Ты заболела!

– И что? Мне уже легче, – ответило это недоразумение сиплым голосом и поправило светлые волосы.

– Успокойтесь, – призвал я младших к благоразумию. – Эмилия, как ты себя чувствуешь?

Сестра кинулась мне на шею обняв:

– Тэлман, мне уже хорошо, честно. Ну, горло немного заболело, – я нежно потрепал ее по волосам.

– Тебе нельзя болеть, – напомнил я мягко, но строго.

– Да знаю я, – обиженно надула губы сестренка, откинулась на подушки и сложила руки. – Томи поднял лишний шум, ничего серьезного.

Младший брат за мной только обреченно вздохнул. Я усмехнулся, Томи всегда излишне переживает о своей двойняшке, и мне это на руку. Эльмира с детства была слабой и часто болела. С возрастом становилось получше – болезни приходили все реже, но мы все равно каждый раз переживаем. Однажды она серьезно слегла, боялись, что не оправится… С тех пор Томи следит за каждым ее кашлем. Неудивительно, что он так сильно к ней привязан – с пеленок везде вместе ходят.

– Лекарь, что сказал? – уточнил я.

– Что у нее лихорадка, – напомнил Томи.

– А еще, что я быстро оправлюсь, – тут же добавила Эльмира.

– Но, – поднял палец братец, – нужно быть бдительными.

– Томи, ну в самом деле, я уже не маленькая!

– Эльмира, – градус его голоса понизился, а лицо стало мрачным и по-взрослому жестким, – будешь спорить со мной?

– Тэлман, успокой его, – посмотрела на меня умоляюще сестра.

– Не могу, – улыбнулся, – Томи прав, и хорошо, что он сказал мне.

– Вы слишком меня опекаете! – возразила принцесса.

Я усмехнулся.

– Эльмира, ты делаешь трагедию из ничего. Что плохого в том, что Томи мне сказал о твоем заболевании? Вы – моя семья, и я должен знать о таких вещах.

– Но ты так занят…

– Верно, – улыбнулся, – но на вас время всегда найду. Это не мелочи…

– Вот именно, – поддакнул Томи. – И я уже помогаю Тэлману с его делами.

Это правда. Как Томи исполнилось шестнадцать лет, я стал перекидывать на него часть обязанностей, чтобы он привыкал. Вдруг со мной что-то произойдет, и он станет следующим правителем… К тому же, Томи всегда будет моей правой рукой.

– Кстати, двойняшки, – задумался я, – не хотите мне помочь?

– Смотря в чем? – сразу стала серьезной Эмилия, вызвав этим мою усмешку.

– Я помогу в чем угодно, – спокойно отозвался Томи.

Его рассудительность и преданность с детства меня удивляет – взрослый не по годам. С малых лет он несет ответственность за свои поступки и своей младшей сестры. Хоть она и младше его на каких-то несколько минут, порой кажется, что на несколько лет. Эмилия же самая настоящая девочка от макушки до кончиков пальцев. За нее я всегда переживал больше. Они ведь росли без мамы… Отец протянул лишь до моего совершеннолетия – им было всего по три года, когда он умер.

Не удивительно, у королей нашего рода есть такая особенность – мы не можем прожить без своей королевы… Это и грустно, и трагично. Наша магия принимает ее как свою, и если королева уходит из жизни, король максимум может прожить лет десять.

Мама умерла при родах – были осложнения, поэтому Эмилия так часто болела в детстве –