Муж на час - Ульяна Жигалова

На этом допрашиваемый значительно посмотрел на своих визави, и гордо покивал головой.

– Сообщите цель вашего визита в Лондон?

– Цель, да цель была. Где-то надо посмотреть, – он попытался похлопать себя по бокам, пьяно усмехнулся, и подмигнув, прошептал, – по-те-рял! Упс!

– Не валяйте дурака! Отвечайте по существу! Куда вы ехали, где должны были встретится с агентом?

– Я? Да никогда, – Мишка пожал плечами с искренним недоумением, – ехали мы в Лондон, да. Только ехали мы с этим, с .. забыл, да. Только он не агент, он Дима.

– Черт-те что! Это на него так сыворотка действует? Спросите что-нибудь постороннее, может выйдет из этого замкнутого круга. – Раздалась команда сзади, от невидимого собеседника.

– Что вы говорили про свою жену? Куда она вас вызвала? Это позывной?

– Да! Это такой позывной, как позовет-позовет, так я и – упс, и там уже! А куда? Ой, а куда она меня только не вызывала! – Парень махнул рукой и продолжил, – один раз помню, вызвала она меня, ну на эту… нет не помню… одним словом, там ротвейлер на меня прыг! А я в акваланге! А он за руку, ууу …

У офицеров разведки глаза съехали в кучу, шифровальщики быстро загружали в компьютер отдельные слова, в надежде взломать дикий шифр, который впечатали этому бедному русскому в подсознание. Руководство было недовольно, врач смотрел зрачки и мерял пульс, и увеличить дозу не разрешал. А уколотый агент продолжал свои излияния.

– А поч-чему? А потому что я ее люблю, мою жену. И точка. И дочек тоже. Они т-такие милые – все разные. Но ох!…

Начальство этих милых людей, скрытое в темноте за спиной, отчего-то рассердилось и велело ему заткнуться. Мишка кивнул, и показал жестом, что его рот на замке, а ключ – вот, он выкинул. Сложил руки на груди, закинул ногу на ногу и вопросительно уставился на ведущего допрос.

В это время люди за столом, далеко в Крыму, налили шампанское и хотели поднять бокалы. Вдруг Альфия сказала громко:

– Мамочка, папе плохо! Почему он не приехал! Я хочу к папе! Пусть папа будет дома!

Галина испугалась, девочки легко могли оказаться рядом с папой, и поторопилась их успокоить.

– Девочки, папа едет, он скоро будет! Я же говорила, папа на работе, его нельзя отвлекать! К папе тоже нельзя! – Она помнила – только спокойно и строго, иначе дети пойдут в разнос.

– Нет, мамочка, папа не на работе, – возразила Сонечка, – и ему правда плохо.

Девочки переглянулись, влезли из-за стола, встали в кружок и взялись за руки. Взрослые, потеряв дар речи, следили за ними. Девочки не произнесли ни слова. Просто крепко держались за руки и смотрели вниз. Напряженное молчание попыталась прервать Линда:

– А что они делают? Это игра какая-то?

Тут рядом с девочками появился Миша, и сразу кулем упал на пол. На его лице была блаженная улыбка. Все бросились к нему. Асия Руфимовна закричала:

– Сынок, ты пьян? Как ты мог? В такой день!

– Нет мама, я не пьян. Это сыворотка правды. Девочки меня спасли. Меня взяли в Лондоне. – Слова выскакивали сами, без его воли. Галина поняла, что информация для всех будет излишней, и кивнув Виктору, переключила сознание мужа:

– Расскажи лучше, как ты нас любишь с девочками. – Они вместе с подбежавшим Виктором, подняли хозяина дома и повели в спальню. Дорогой Миша продолжал свои откровения.

– Я вас очень-очень люблю. Больше жизни. Мои девочки, это мое сердце. А ты моя душа. Я без вас жить не смогу. Вы у меня самые-самые…– Бормотание стихло за закрывшимися дверьми. Чтобы спасти ситуацию, Тарас громко позвал девчонок:

– А что вам привезли в подарок тетя Вера и дядя Витя?

Девочки вопросительно уставились на Веру. Она махнула дедам, и все вместе занесли с веранды три огромные коробки. Девчонки завизжали. Взрослые начали снимать упаковку.

– Машинки! – Визжали дети. Это действительно были три одинаковых маленьких электрических автомобиля, ярко-красного цвета. Следующий час все забыли о накрытом столе – дети носились по комнатам первого этажа, натыкаясь на мебель. Дедушки бегали, помогали рулить, бабушки ахали охали.

Довольные Вера с Виктором, усевшись на ступеньках лестницы, обнялись и любовались шалманом, как все остальные с визгом уклонялись от маленьких лихачей.

– Дурдом какой-то. – Вздохнула Линда. – Откуда он взялся, этот их папаша? Почему все так спокойны?

– Это не дурдом, это теперь и твоя жизнь тоже! – поцеловал ее в ухо Тараканище. И был прав.