Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть 4 - Екатерина Александровна Боброва

Королевская академия Пламени. Приемная декана факультета менталистики

- Что это? – на него строго глянули карие глаза. Губы неодобрительно поджались и Кайлес ощутил себя преступником, похитившим кошель у бедной старушки.

- Небольшой подарок, - улыбнулся он, очаровывая, но помощница, похоже, имела иммунитет на мужское очарование, потому как поморщилась, точно он ей дохлую жабу подсовывал.

- Духи, - сделал еще одну попытку Кайлес.

- Вам не нравится мой запах? – вскинула брови Беллара, и Кайлес мысленно застонал – что за прямота? Где флирт? Игра? Где хотя бы вежливое спасибо?

Вздохнул. Придется идти по плохому пути.

- Как вы знаете, у нас не обычный факультет, - прошелся по приемной. Выглянул в коридор – нет ли там свидетелей его позора. Дожил – обманом уговаривать женщину. Раньше хватало улыбки, пары ласковых фраз. Стареет что ли? Впрочем, помощница - крепкий орешек.

Обернулся, оценивая поле битвы. Если распустить волосы. Добавить живости красок на лицо. Стереть настороженное выражение и вернуть улыбку. Потрясающая женщина выйдет. А так… Кашлянул, ощущая себя неуютно перед этой ледяной королевой.

- Мы подчиняемся напрямую короне.

И только корона может его пороть, что несказанно радует.

- Знаю, меня просветил Четвертое высочество, когда нанимал на работу, - сухо проинформировала Беллара.

Кайлес на мгновение задумался о том, что сказал бы братец, узнав, кого именно он устроил в стены столь любимой им академии. Улыбнулся, предвкушая… и продолжил:

- Все девочки носят форму. Это не прихоть. С их опасным даром я хочу, чтобы все в академии понимали, с кем имеют дело.

Беллара кивнула. Вопросительно покосилась на коробку, оставленную на краю стола. Мол, духи тут при чем?

- Но в наших силах сделать так, чтобы учеба для девочек была праздником.

Он держался строго в рамках логики.

- Мне так же хотелось бы, чтобы вы были не только моей помощницей, но частью нашей дружной семьи. Конечно, я уважаю ваш выбор, - и он указал взглядом на черные – как же они ему надоели за эти дни – блузку с юбкой.

Слава Девятиликому, что Беллара не носила траур – белые одежды, но черный означал выбор личного одиночества. Никто больше не зажжет пламя для этой женщины. Фильярг, зараза, знал, кого подсылать. У Кайлеса уже аллергия на черный цвет, строгое лицо и дурацкий пучок на голове. Руки так и чешутся содрать это убожество и заменить на что-то более…

- Черный – плохой для менталистики цвет. Одним своим видом вы внушаете тревогу нашим подопечным, а им сейчас важны стабильно хорошие эмоции.

Суженные глаза, стиснутые пальцы подсказали, что в его словах пытались найти иной смысл…

- Потому я взял на себя смелость заказать вам несколько нарядов.

Он прошел в свой кабинет. Взял фирменные пакеты. Водрузил их на стол перед носом растерянной Беллары. Стильные пакеты из дорогих земных магазинов – если нынешний хранитель напутал размеры, Кайлес заставит его лично их носить – вызывающе смотрелись среди ровных стопок бумаг. Точно кружевное белье на финансовом отчете.

На ошарашенное лицо помощницы было приятно смотреть. Хоть какие-то эмоции прорвались сквозь броню.

- Я… – она попыталась возразить, но не успела

- Вы можете, Беллара, - оборвал возражение Кайлес, - считайте это приказом. Ничего черного или белого. Запрещаю травмировать психику девочек. Это понятно?

Он навис над столом, давя начальственным авторитетом. Пакеты тоже давили, потому что в них очень хотелось заглянуть.

Дождался неуверенного кивка.

- А духи – на ваше усмотрение, - дал возможность для маневра, - мне хотелось проверить, насколько мое восприятие совпадает с вашим.

Вот так. Намек на то, что он не совсем дурак. Нет, конечно, он дурак, раз держит предполагаемого убийцу рядом. Еще и намекает, что знает о ее истинной личности. Но какой интерес без риска?

Беллара вздохнула. Покосилась на сложенные на кровати пакеты.

В скромной комнате общежития, среди удобной, но простой мебели подарки смотрелись… вызывающе.

Обязательно нужно было найти приличный повод и отказаться, но она растерялась… И вот теперь они остались наедине: она и ее искушение.

Прикусила губу. Все же декан… это нечто. Ведет себя, точно муж. Указывает, что носить. Чем пахнуть. И какое ему дело до ее внешнего вида?

- Может, он меня узнал? – спросила она у своего отражения. Покачала головой. Нет, не должен. У фонтана было темно, да и выглядела она иначе. Раздраженно поморщилась – идиотская привычка влипать в неприятности и оказываться в ненужном месте так и преследует ее. Пламя точно испытывает, подкидывая дрова в огонь.

Но ей нужна эта работа.

А наряды… Лорд Кайлес менталист.

ОН как-то рассказывал ей о своей учебе в Лифгане. О том, что мужчинам там незазорно щеголять красивыми нарядами, благоухать, укладывать волосы, потому как учеба не требует от них ползания в грязи, таскания камней. Там не получишь в лицо порцию гари или прожжешь одежду.

- Это не огонь, дорогая. Менталистика – высшая степень магии, она не нуждается в грязном труде.

Девушка тряхнула головой, прогоняя чужой голос. Подцепила краешек ткани из первого пакета. Потянула. Фасон, материал – все было незнакомым. Иномирное, - догадалась.

Она знала, что до назначения на должность декана, лорд Кайлес был хранителем мира ассары. Говорили, он был одним из тех, кто помог ассаре закрепиться в их мире и что они дружны. Некоторые утверждали, что все это время лорд искал ассару по заданию короны. Беллара этому не верила - найти ассара может лишь его подопечный, но и без поисков он наверняка сыграл значимую роль в ее судьбе.

Приложила платье к себе. Округлила глаза. Охнула.

Он хочет, чтобы она носила вот это?! Длина до щиколотки, цвет насыщенной синевы, широкий пояс и такой вырез, что наружу все.

Потрогала щеки – так и есть - горят.

Когда Девятиликий смилостивился и отправил ее сюда, она не могла поверить своему счастью. Работать с тем, чей дар считался сильнейшим в Асмасе. Кто рискнул пойти против старых семей и спас восьмерых девочек от блокировки дара. Даже корона оценила его усилия, назначив деканом. Вдобавок и принц, пусть и боковой ветви. Красивый, умный, добрый…

На собеседование Беллара шла с чувством, что устраивается работать к божеству.

Четвертое высочество сразу же охладил ее