Обещание Габриеля - Сильвейн Рейнард

Глава 40

Джулия проснулась. Лодыжка ныла, и ныло сердце.

Посещение больницы стало для нее откровением. Лодыжка не сломана, но есть побочный эффект эпидуралки, который может остаться навсегда. А Габриель на нее рассердился. Так рассердился, что даже выговаривать не стал. Отвез ее домой, помог выйти, внес ребенка в дверь, а потом сел в машину и стал звонить по телефону.

Вернувшись в дом, он долго принимал душ, а потом скрылся у себя в кабинете. Сейчас вот пришел к ней.

Габриель положил очки и телефон на ночной столик, как привык, откинул одеяло. Увидев, что Джулия не спит, остановился.

Потом, через несколько секунд, влез под одеяло и перевернулся на спину, закрыв глаза. Расстояние между ним и Джулией казалось ей непреодолимым.

Она поудобнее пристроила травмированную ногу на подложенную подушку и закрыла глаза. Это ей напомнило ту давнюю-давнюю ночь, когда она пробралась в комнату Габриеля после нападения. Когда на нее напал он. Тогда Габриель обошелся с ней очень по-доброму. Тогда он все понимал.

К ней протянулась сильная рука и привлекла ее к теплой голой груди.

– Прости, что я тебе не сказала, – прошептала она.

– Мы квиты, Джулия. Я тебе тоже не сказал про незнакомую машину, которая наблюдает за нашим домом.

– Я не думаю, что это Саймон. Он не станет терять время, болтаясь по Селинсгроуву на День благодарения. И он очень придирчиво выбирает машины. Ни за что на свете не стал бы ездить на «Ниссане».

– Твой дядя Джек ищет эту машину. Я в нее швырнул камень и разбил заднее стекло, это должно облегчить поиски.

Джулия подняла голову с подушки:

– Разбил стекло?

– Да. – В голосе Габриеля звучала некоторая гордость собой. – Я в школе в бейсбол играл. Ты не знала?

– Нет.

– Джулианна, проблемы со здоровьем от меня скрывать нельзя, особенно сейчас. Надо же думать о Клэр.

Голос Габриеля был тих и зловеще спокоен.

– Я надеялась, что это само пройдет.

– И почти три месяца никому не говорила, – укорил он ее. – Больше никогда так не делай.

– Не буду.

Габриель погладил ее по волосам.

– Ты нам нужна. Мне нужна.

У нее выступила слеза, скатилась на щеку.

– И ты мне нужен. Больше не бегай по лесу один.

– Это я учту. Но я хочу, чтобы ты мне рассказала подробно обо всех проблемах со здоровьем, что у тебя есть сейчас или были недавно.

Джулия улыбнулась его профессиональной интонации.

– Хорошо, доктор Эмерсон.

Он зарычал.

– То есть профессор Эмерсон.

– Продолжайте.

– Я вполне здорова, за исключением онемения в ноге и сейчас – растяжения на другой ноге. Которая болит как черт знает что.

– Я тебе что-нибудь сейчас дам от боли.

Он откинул одеяло.

– Вон лежит, – показала она на ночной столик.

Габриель обошел кровать и взял пару таблеток из флакончика, протянул их Джулии. Потом поднес ей стакан воды. Она приняла таблетки, запила водой.

– Что-нибудь еще, связанное со здоровьем? – спросил он, забираясь обратно в кровать.

Притянул к себе Джулию, стараясь не потревожить больную ногу, и помог ей устроить голову у себя на груди.

– Есть миомы, но доктор Рубио говорила, что они за время беременности уменьшились. Я принимала препараты железа, но думаю, что больше они не нужны. В сентябре следующего года мне нужно будет пройти осмотр. Вероятно, доктор Рубио будет делать УЗИ.

– Что еще?

– Больше ничего. А у тебя?

– Я лечусь от химической зависимости. У меня бывают приступы гнева, которые мне трудно контролировать, тревожность по поводу безопасности моей семьи, и есть одна заведующая именной кафедрой в Гарварде, с которой мне хочется поругаться. И еще есть водитель черного «Ниссана», которому я хотел бы набить морду.

Джулия вздрогнула:

– Еще что?

– Я буду спать лучше, когда буду знать, кто за нами следил.

Джулия уткнулась лицом ему в плечо.

– Отчасти мне и знать не хочется ни о чем подобном. Но надо, чтобы ты делился со мной этой информацией – чтобы я не сделала такого, что подвергло бы нас опасности. Несколько раз я без тебя вывозила Клэр погулять в коляске. Что, если этот автомобиль следовал за нами?

– Ты права. Несправедливо с моей стороны на тебя сердиться за то, что ты что-то скрывала от меня, когда я сам поступал точно так же.

Он поцеловал ее волосы.

– А сейчас ты на меня не сердишься?

– Я в ярости. Меня чертовски напугало, когда мне сестра сказала, что ты на осмотре у невролога. У меня все сценарии пронеслись в голове: рак, инсульт, рассеянный склероз. – Габриель выругался. – Мы с тобой – семья. А семья – это все.

– Окей, – сказала Джулия, но интонация не подразумевала согласия. – Я хочу сказать одну вещь. Знаю, что ты не хочешь этого слышать, но я надеюсь, что когда Сесилия переступит через свою зависть, она мне подпишет осенний семестр в Эдинбурге.

– Рискованная тактика. Лучше разобраться с ней прямо сейчас.

– Может быть, оказавшись на симпозиуме рядом с Грэхемом Тоддом, она передумает.

– Это через несколько месяцев! – Габриель начал горячиться. – Если она тогда не смягчится, будет уже поздно.

– Я хочу попробовать. Я хочу, чтобы ты мне позволил попробовать.

– Ладно, – сдался Габриель. – Если Сесилия откажется, в дело вступлю я.

– Габриель, ты знаешь…

– Я даю твоему методу шанс, но хочу иметь возможность применить свой метод.

– А твой метод – ее запугать.

– Чушь!

– Ручаешься?

– На сто процентов.

– Хорошо.

Джулия крепко его поцеловала и устроилась у него на груди. Вскоре она заснула.

А Габриель несколько часов лежал без сна, обдумывая сценарии с цивилизованными обсуждениями и убеждениями. Но когда его мысли обращались к водителю черного «Ниссана», он рассматривал альтернативы радикально иной природы.

Глава 41

1 декабря 2012 года

Кембридж, Массачусетс

– Ничего не налазит, – сказал Габриель в телефон.

Он находился в детской с Клэр, только что ее перепеленал и пытался одеть в дневную одежду. На пеленальном столе валялась куча разбросанных и отвергнутых вещей. Звонил он Джулии на сотовый, потому что сейчас она, давая покой ноге, наслаждалась завтраком в кровати.

– Кто говорит? – спросила Джулия, сдерживая смех.

– Я все пробовал: комбинезоны, платьица – все. Все слишком мало.

– В верхнем ящике комода должна быть одежда на возраст от трех до шести месяцев.

Габриель открыл ящик, поворошил содержимое.

– Это все совершенно не подходит. Летняя одежда, девочка пневмонию подхватит. – Он вытащил розовое платье с вышивкой и пару чего-то белого, похожего на штаны, но с носками на концах штанин. – Я нашел