Фурия - Вийя Шефф

Вынимаю один из дисков, читаю имя исполнителя. Мне оно не известно… Ставлю на место. Имя второго мне тоже ничего не говорит.

— Это альбомы исполнителей кантри, ты вряд ли их знаешь, — раздаётся голос сзади.

Развернувшись, я вижу Тома, прислонившегося боком о стену в нескольких метрах от меня.

— Ты думаешь, я не слушаю кантри?

— Я этого не сказал, — улыбается он. — Просто это почти всё местные музыканты, из Техаса, не широко известные, — отступает от стены, медленно и вальяжно подходит ко мне. — Родители любят слушать такое…

— А ты?

— Я?

— Что слушаешь ты?

— То же, что и все подростки. Ещё люблю рэп… Старую школу…

— О, как! — удивляет мальчишка.

Он смотрит на меня прямо, не отрывая взгляд. Даже как-то нагло и самоуверенно.

Мне становится не по себе от близости этого подростка. Кот в моих руках урчит ещё громче, так как я начала его интенсивно гладить.

— Это мой кот, — указывает он глазами. — И очень странно…

— Что?

— Он женоненавистник.

— То есть? — гляжу на кота, который от удовольствия закатил глаза.

— Он женщин терпеть не может. А у тебя так мирно сидит на руках.

— Кот — женоненавистник? — решаю пошутить. — Я думаю, это из-за того, что он девственник, — стреляю глазами на хвост.

Том громко смеётся.

— Да, он кастрированный.

— Я заметила, что бубенчики у него только на ошейнике.

Он опять заливается смехом, чем вызывает и у меня улыбку.

— Смотрю, вы уже познакомились, — входит в гостиную Дэн.

— Да, — отдаю кота Тому, он треплет его за ушами.

— Джед с семьёй приехал, так что пока готовится барбекю, можем обсудить наши вопросы.

— Отлично. Идём, — направляюсь следом за ним.

Затылком чувствую тяжёлый взгляд Тома. Между лопаток проходит холод.

Поворачиваюсь, прежде чем уйти и вижу хищную полуубочку на его лице. Прям как в торговом центре.

Странный мальчишка…

***

Мы довольно быстро успели обсудить все вопросы, которые у меня были по фильму и его продюсированию. Джед отлично подготовился перед нашей встречей.

Сейчас мы расположились в большой столовой за столом. Семейства Гарнер, Риан и я.

— Сэл, Дэн сказал, что вы тут фильм снимаете, какой-то ремейк? — спрашивает Джед.

— Да. Новая версия фильма начала двухтысячных.

— И кого ты играешь?

— По сути, саму себя… — отвечаю ему.

— Не понимаю, зачем переснимать старые фильмы? — подаёт голос Том.

Все уставились на него. Он влез в разговор взрослых, но видимо ему наплевать.

— Понятно, когда переснимают каких-нибудь Кинг-Конга или Годзиллу. Компьютерная графика совершенствуется и сейчас искусственный интеллект рисует так, что от настоящих трудно отличить. Но фильм о музыке?! — продолжает он.

— Может быть, это делают, потому что молодое поколение не смотрит старые фильмы? — начинаю ему парировать.

Джед довольно откидывается на стуле и скрещивает руки на груди, на лице плывёт ухмылка. Он ждёт шоу.

— Не соглашусь. Современные фильмы не сравнятся с той атмосферой, что была в старых, — пилит меня взглядом Том, холодным и колючим.

— В этом ты прав… В старом кино любовь играли одними глазами и им верили, — соглашаюсь с ним. — Но… Возьмём, например, Титаник. Было снято множество вариантов этого фильма. Даже сюжеты есть похожие. Но самым лучшим оказался с участием Лео.

Видимо наши прения вызвали интерес у всех, они притихли и внимательно наблюдают за нами.

— Не думаю, что этот фильм был бы настолько удачен, если бы там не показали голую грудь главной героини, — растягивает ухмылку Том.

Интересно, родители знаю, что они вырастили дьяволёнка?

Я опускаю глаза в тарелку и усмехаюсь.

— Ты, наверное, смотрел фильм только из-за этого? — произношу, не поднимая глаз и отрезая с ледяным равнодушием кусочек мяса на блюде.

Девчонки за столом прыскают от смеха, прикрывая рот ладошками.

Парень теряется. Он не знает что ответить, только злится и краснеет.

— Раунд! — хлопает рукой по столу Джед. — О, боги! Хоть кто-то его уделал.

Том сжимает челюсти так, что слышится скрип зубов, встаёт из-за стола и убегает к себе в комнату на второй этаж.

— Том! — пробует его остановить Гвен.

— Пусть идёт… Прости его, Сэл, — извиняется Дэн. — Иногда его заносит. Любит поспорить…

— Да ничего страшного! — пожимаю плечами. — Он подросток. В его возрасте я была гораздо хуже.

Мы ещё около часа просидели за столом, разговаривая на разные темы. Потом я засобиралась домой. У меня завтра смена на площадке.

— Встретимся в Лос-Анджелесе, — прощается со мной Джед.

— Да, я попрошу, что бы подготовили все документы, — обещаю ему.

Он качает в согласии головой и возвращается к жене и Гвен.

Дэн провожает меня до машины.

— Извини ещё раз за Тома. Он иногда перегибает палку…

— Успокойся, Дэн! Я уже давно забыла. Это нормально в его возрасте. Желает показать, что он умнее, чем другие.

— Он и, правда, умный. Иногда, даже слишком… Я и половины не знаю того, что знает он.

— Ну, значит, он без комплексов.

— Это точно! — улыбается.

Мы подходим к моей машине.

— Доброй ночи! Спасибо за ужин. Стейк был отличный, — открываю дверь автомобиля.

— Слушай, я знаю, что ты лошадей любишь. Будем рады видеть тебя на нашей конюшне, — предлагает он.

— Спасибо… — смущаюсь. — Думала, вы уже не занимаетесь коневодством.

— Нет, занимаемся.

— У меня в субботу выходной, так что смогу приехать.

— Всегда рады.

— Хорошо… До субботы! — прощаюсь с ним.

Сажусь в машину и бросаю взгляд на окна второго этажа. Там на балконе, облокотившись на перила, стоит Том и смотрит на меня.

Он реально странноватый. От его взгляда в дрожь и холодный пот бросает.

Глава 32

Как и собиралась, в субботу отправилась на конюшню Гарнеров. Добираться пришлось больше часа — пробки выходного дня, да и само ранчо находится за городом.

Красивое место. Если бы я здесь, в Техасе, снимала фильм, то наверняка выбрала бы именно его. Один минус — дорога от шоссе не асфальтирована, но мой джип легко справляется с этой неприятностью.

Выйдя из машины, иду к самой большой постройке, возле которой в загоне на выгуле кони.

Глаза сразу выхватывают из десятка лошадей чёрного красавца с блестящей, как бриллиант, шерстью.

Поблизости никого нет, и решаю войти внутрь, поискать кого-нибудь там.

Из одного из стойл доносится девичий звонкий смех. Отправляюсь по звуку голоса.

Это скорее сеновал, забитый сеном, на котором расположились Том с девушкой его возраста. Они целуются.

Неловко становиться свидетельницей подобной сцены… Тем более что парень начал проявлять активность и полез девчонке под рубашку.

— Кхе-кхе… — демонстративно кашляю в кулак.

Видели бы они себя со стороны, когда отскочили друг от друга, как будто