Ненужная невеста - Дарья Верескова

— Вы свободны, — он кивнул никому и всем одновременно, после чего мама первой решила покинуть комнату. Я видела, что происходящее шокировало ее, матушка безумно боялась молодого короля, который, казалось, совершенно не делал скидки на то тяжелое время, через которое проходила наша семья.

Оливер выходил предпоследним и задержался в дверях, оглядываясь на графа Лойта и короля.

— Я надеюсь, что мы сможем вернуться к прежним приятельским отношениям, Феликс. Я знаю, что подвел тебя. Мне жаль. До скорого, — он коротко кивнул и покинул комнату, после чего граф также вышел.

Значит, они все же общались ближе, чем большая часть лордов с королем. Я подозревала, что такое может быть, с учетом того, что они оба провели огромное количество времени вместе при дворе, а их отцы считались лучшими друзьями, и сейчас я получила этому подтверждение. Уже собираясь отправляться назад, внезапно услышала короля:

— Кем бы ты не был, не думай, что ты можешь использовать то, что услышал, во вред короне.

Я замерла в недоумении. В комнате никого не было, это означало, что король обращался… ко мне. Спрятанная за панелью, я точно знала, что меня не было видно. Голос короля звучал безэмоционально и почти скучающе.

— Я чувствую вкус твоих эмоций. Гнева, решительности, уверенности, спокойствия. Их очень много, их невозможно игнорировать. В твоих интересах не появляться здесь тогда, когда я буду разбираться с действительно важными вопросами, — очевидно, дела нашего баронства он не воспринимал как нечто важное, — иначе поверь, мы быстро найдем, кто ты такой, и ты будешь отвечать перед законом за шпионаж. Сейчас же покинь это место, пока я не позвал стражу.

Я не считала то, что я делаю шпионажем, и совершенно точно не собиралась вредить короне. Официально у короля не было дара, но совершенно очевидно, что это было ложью. Логично — не было никакого смысла в том, чтобы раскрывать такие секреты перед населением.

В будущем буду держаться от него подальше.

* * *

С утра в доме царил настоящий хаос: большой отряд выезжал в Мокт, где должен был произойти обмен выкупа на Доротею. Я чувствовала себя очень хорошо и мне казалось, что я иду на поправку намного быстрее, чем предсказывал мастер Торо. Поэтому я попросила Лейлу позвать маму или графа Лойта, кого угодно, кто мог дать мне "официальную" информацию.

Вообще-то я очень хотела встретиться с Милли. Знала, что верная служанка расскажет мне о всех событиях, которые произошли, пока я находилась в пустоши, но ее ко мне не пускали, считая, что то, что она расскажет, слишком сильно расстроит меня. Все в нашем доме знали, что Милли была мне предана и даже если ее попросят о чем-то не говорить, девушка не станет скрывать этого от меня.

Наконец, Адриан Лойт нашел пятнадцать минут в своем драгоценном графике для того, чтобы выдать мне минимальную информацию. Зайдя в комнату, граф обжёг мою тощую забинтованную фигуру заинтересованным мужским взглядом, из-за чего мне опять захотелось запустить в него чем-то тяжёлым, а после приблизился к креслу, в котором я отдыхала.

— Ваше Сиятельство, на каком основании мне не предоставляется никакая информация? — прямо в лоб спросила его, после чего граф вздохнул, раздраженный отсутствием моего смущения.

— Миледи, врач рекомендовал избегать сильных впечатлений из-за вашего слабого сердца. Кроме того, в поместье расследуется пять преступлений одновременно, и, к моему сожалению, вы подозреваемая или свидетель в каждом из них, также как и ваш брат и сестра, когда ее вернут в поместье.

— Но мы же уже выяснили, что за похищениями стоял Алек! — меня расстроили слова графа. Меня на самом деле считали подозреваемой, после всего того, что я прошла. День назад я представляла, что буду свободной и буду, наконец, хозяйкой своей жизни, но вместо этого мне нужно доказывать свою невиновность.

— Это просто формальность… Эллия, вы же позволите так себя называть? Никто всерьез не думает, что вы сами себя отправили в пустошь и потом довели до такого состояния. Когда вы пропали, ваш брат обвинил вас и вашу сестру в покушении и исчезновении друг друга, и, как следствие, халатности при передаче источника. Мы должны следовать протоколу. Вам рекомендуется в находиться в своей комнате до завершения расследования, но, как только вам станет чуть лучше, вы сможете посещать семейные обеды и ужины, с условием того, что на вас будут браслеты, которые будут отслеживать ваше местоположение. Никто не сомневается, что вы будете оправданы. — граф Лойт постарался максимально смягчить своим тоном смысл этого сообщения, но это мало помогало.

У меня не было слов, я буквально исходила негодованием, но не собиралась ничего высказывать — хотела, чтобы граф Лойт и король как можно быстрее убрались с наших земель и не присматривались ко мне слишком сильно. Я хотела свободы и независимости.

— Можете хотя бы держать меня в курсе событий? Что будет происходить в Мокте? Как вы вышли на контакт с похитителями?

Граф немного промедлил, но все же ответил мне. Мне казалось, что мужчина хочет поскорее убраться отсюда, но он не мог придумать вежливого повода.

— Похитители сами выдали нам единственное время для передачи миледи Доротеи. Если бы вы не подсказали нам опрашивать случайных людей в Мокте, мы бы опоздали. Местом встречи был выбран пустырь на границе с пустошью, который просматривается со всех сторон. Похитители требуют, чтобы миледи встречали только двое человек, таким образом у нас не будет возможности атаковать похитителей и выяснить больше информации.

— Риск совершенно не стоит того, Ваша Светлость. Вряд ли они отправят больше одного человека на сопровождение Доротеи, — подтвердила я мысли главного дознавателя.

Граф посмотрел на меня слегка удивленно, а после кивнул.

— Да, мы решили точно так же.

— Смогу ли я выйти встречать Доротею, когда ее привезут? — спросила я, точно зная, что мне откажут.

— Нет, — граф не медлил ни секунды с ответом. — Мы считаем, что встреча с вашей сестрой может быть опасна для вас… в вашем нынешнем состоянии.

— Мы? — переспросила я графа. — И почему вы так считаете?

Я знала, почему, но в моей голове возникла идея. Раз граф Лойт и король не торопятся уезжать до конца расследования и раз измена Оливера все равно станет достоянием общественности, мне нужно было максимально осветить его недостойное поведение. В идеале — на суде, в присутствии совета лордов. Вызвать сочувствие людей и попросить короля прилюдно отменить помолвку.

Адриан