Грязное правление - Кей Рилэй

— Нет, нет, — торопливо произнес Дженнингс, покраснев. — Мне жаль.

Кайен вышел из кабинета, я следовал за ним, и, проходя мимо секретарши, бросил ей бодрую улыбку. Она нахмурилась, но ничего не сказала, даже когда ее взгляд упал на кровь на костяшках пальцев Кайена.

— Думаешь, Тайлер говорил правду о сделке с нашими бандами? — спросил Кайен, как только мы оказались в холле.

— Уверен, мы скоро узнаем, — я потер рукой подбородок. — В любом случае, это не имеет значения. Если Крис об этом услышит, я скажу ему, что сделал это, чтобы Ринн поверила, что я о ней забочусь. Он тот, кто хочет, чтобы я был рядом с ней. Чтобы я притворялся, будто она мне небезразлична.

Кайен усмехнулся.

— Верно. Только это не притворство. Мы оба это знаем.

— Пока не знает Крис, все в порядке.

— Мы не сможем долго это скрывать, — пробормотал он, бросив на меня многозначительный взгляд. — Рано или поздно Крис пойдет за ней, и когда ты защитишь ее, он поймет.

— Я разберусь с этим, когда это произойдет, — пробормотал я.

— Нам нужно подготовиться. Потому что у меня такое чувство, что это случится совсем скоро.

Я не упустил, как он сказал "мы". Он делал это, чтобы защитить Ринн? Или потому, что ему было небезразлично, что случится со мной? Может быть, и то, и другое. В любом случае, это было странное чувство — иметь кого-то, с кем можно поговорить о своих проблемах. На кого можно положиться. Я только надеялся, что довериться ему не было ошибкой.

Глава 16

Гейдж

Я снова посмотрел на сумку, и мое сердце бешено заколотилось о ребра, когда я заерзал на кровати. Прошло больше недели с тех пор, как я застрял здесь. Либо Джейс, либо Кайен были рядом большую часть времени с тех пор, как пару дней назад вернулись после разборок с Тайлером. Но сейчас их здесь не было. У меня было чувство, что Кинг теряет терпение, и мне нужно уйти, чтобы с ним встретиться. Моя семья не бросалась пустыми угрозами, и если я не буду поддерживать с ними контакт, как они хотели, Антонио в какой-то момент придет за Ринн.

Джейс перенес сюда все мои вещи из моей комнаты напротив, и в черной сумке был телефон. Они еще не нашли его, но даже если бы сделали это, у них не было пароля, чтобы включить его.

Я наклонился вперед, и мое дыхание сбилось от резкой боли. Мои ребра все еще болели. Каждое движение, которое я делал, было жалким и муторным. Мое лицо понемногу заживало. Синяки были не такими темными, но все равно выглядели ужасно. Все это было не важно, поскольку я не мог больше ждать, и прямо сейчас была прекрасная возможность.

Мой взгляд метнулся к открытому дверному проему, и я заметил Ринн, сидящую за кухонной барной стойкой и перекусывающую чипсами. Она была поглощена своим телефоном, явно убежденная, что я не выйду из спальни. Она ошибалась, но не осознает этого до тех пор, пока не будет слишком поздно. Даже несмотря на боль, я все еще мог передвигаться. Я преувеличивал свою боль рядом с ней, но особенно перед Джейсом и Кайеном.

Конечно, было нескончаемое ноющее чувство вины, но я не изменю своего решения. Ринн не нужно быть частью того, что я делал со своей семьей. Я не вернусь, как только выйду из этой комнаты, и постараюсь убедить Кинга, что в кампусе мне делать нечего. Если семья захочет, чтобы я вернулся в Нью-Йорк, я поеду без сопротивления. Главное, чтобы Ринн оставили в покое.

Джейс и Кайен ушли час назад, не объяснив, куда направляются, и мне нужно было поторопиться, пока они не вернулись. Если бы я все еще не был травмирован, это был бы честный бой против них, но прямо сейчас они могли бы легко надрать мне задницу. Кое-что, о чем они не давали мне забыть с тех пор, как затащили меня сюда. Гребаные мудаки.

Затаив дыхание, я сполз на край кровати, прикусив язык, когда, наконец, встал. Мои ребра обжигала боль, с каждым шагом напоминая мне о том, как сильно я хотел убить придурка, который использовал против меня свой кастет.

— Что ты делаешь? — крикнула Ринн из другой комнаты.

Я оглянулся на нее через плечо.

— Не знал, что мне нужно разрешение, чтобы встать с кровати.

В ее глазах мелькнуло подозрение, и она повернулась лицом к спальне, забыв о своих чипсах.

— Ты всю неделю почти не двигался.

— Да, — пробормотал я. — И я схожу с ума, черт возьми.

Я остановился перед сумкой, когда она вошла в комнату, скрестив руки на груди.

— Хочешь поесть?

— Нет.

Она вздохнула.

— Ты собираешься быть ворчливым придурком все время, пока будешь выздоравливать?

— Я не просил быть здесь, Ринн.

В ее глазах промелькнула обида, прежде чем она нахмурилась.

— Тогда определись, черт возьми. Ты наговорил всю эту чушь в комнате Кайена, но потом сказал мне, что никогда не переставал заботиться обо мне через пару дней после этого. Затем ты удерживал меня, пока Джейс и Кайена ушли делать что-то, чтобы выгнать Тайлера с кампуса. Твои действия противоречат твоим словам, Гейдж.

Я играл пирсингом на языке, раздумывая, что сказать. Она была права. Неважно, как сильно я старался вести себя так, будто мне все равно, поскольку застрял в ее комнате, я не мог удержаться от вмешательства. Тот факт, что я не смог пойти с Джейсом и Кайеном, чтобы разобраться с Тайлером, все еще раздражал меня. Осознание того, что он причинил боль Ринн, заставило меня пылать яростью.

— Прошлой ночью я рылась в одной из твоих сумок, — тихо сказала она.

Мое сердце сжалось, но постепенно успокоилось, когда ее взгляд упал на сумку, в которой не было телефона. Когда я понял, какие предметы были в сумке, в которой она рылась, улыбка тронула мои губы, прежде чем я смог ее подавить.

— Я же говорил тебе, что купил игрушки, — пробормотал я. — Ты видела только пару из них в тот вечер, когда мы играли в покер.

Она с любопытством наклонила голову.

— Но ты больше не хочешь использовать на мне эти игрушки? Потому что брак с Кайеном разрушил наши отношения. Верно?

Нет. Я бы столкнулся и с Кайеном, и с Джейсом ради нее. Но черт бы меня побрал за то, что у меня