Леди из Уотерхолла - Надежда Игоревна Соколова

Я легла спать в отличном настроении. Что бы ни случилось завтра, нужно было сейчас хорошенько выспаться. Мне понадобятся все силы, чтобы противостоять объединенному напору отца и Алексиса. А если еще и Витор появится… В общем, спать мне пора. Спать. И молчать, сердце! Молчать, я сказала! Не время сейчас думать об истинности и предстоящем браке!

Снились мне Витор и Алексис. Они стояли друг напротив друга, махали мечами, как актеры на репетиции, и не делали ни малейшей попытки приблизиться друг к другу и наконец-то выяснить отношения.

— Детский сад, ясельная группа, — проворчала я, проснувшись утром. Солнце уже ярко светило сквозь неплотно занавешенные шторы — снова Дарна не уследила. А значит, скоро должны были появиться родители. Пора вставать. — Что в реальности, что во сне. Только огрызаются и хвост распускают друг перед другом. Ни один, ни второй не пытаются добиться меня. Вот так я им, умникам, нужна.

Продолжая ворчать, я вызвала Дарну и отправилась в мыльню — принимать ванну. Следовало поторопиться. Иначе родители появятся в замке без меня.

Дарна споро вымыла и мое тело, и голову, помогла переодеться в одно из платьев, сшитых еще в столице. И я внимательно оглядела себя в зеркало. Эпатировать родителей я не стала, а потому платье на мне было темно-синего цвета. Скромное, закрытое, с рукавами до кистей рук и полным отсутствием декольте, на Земле оно могло бы принадлежать монашке.

Здесь же так одевалась одна старая дева, которую родители еще надеялись выдать замуж.

Оба они, и мать, и отец, появились порталом в холле, не успела я сойти вниз. Оба выглядели модно и элегантно. По их одежде и драгоценностям, которые они носили, сразу можно было сделать правильный вывод, что они далеко не бедствуют. А значит, способны дать за дочерями богатое приданое. В принципе, то, что надо Алексису, если я правильно разгадала его мотивы. Ну, хотя бы часть из них.

— Детка! — мать эмоционально обняла меня, прижала к себе. — Как ты тут живешь, родная? Тут же ужасные условия!

— Нормальные тут условия, — проворчал отец, тоже обнимая меня, — для жизни вполне пригодные. У нее есть и слуги, и магия, и деньги. Так что ничего страшного с ней не случится.

Мать недовольно поджала губы, но здесь и сейчас спорить с отцом не стала. Хотя я не сомневалась, что она все ему выскажет, когда они останутся наедине.

Глава 42

Слуги уже накрыли на стол, постелив всю ту же льняную скатерть. И мы втроем проследовали в обеденный зал. Сначала следовало плотно позавтракать и только потом заниматься делами. Впрочем, делами как раз станет заниматься отец. Нам с матерью предстоит участь двух болтушек. Действительно, зачем еще рождена женщина, как не затем, чтобы болтать и сплетничать?

Я не спорила с таким положением дел. Моей целью было поскорей заполучить себе замок. И если для этого нужно притвориться пай-девочкой и сыграть роль сплетницы, я так и сделаю. И даже полюбезничаю с Алексисом на глазах у родителей. Все ради заманчивого приданого.

С другой стороны, именно тяжелая мужская рука мне здесь и сейчас и нужна. Отец, скорее всего, после еды сразу же отправится проконтролировать работу нанятых мужиков. Они удостоверятся, что меня есть кому защитить, и станут трудиться в разы качественней. По крайней мере, я на это рассчитывала.

С такими мыслями я села за стол. Отец занял место во главе, как самый старший.

— Кухарка, конечно же, из местных, — недовольно заметил он, орлиным взором обозревая то, что стояло на скатерти. — Какие пироги с самого утра? Вильгельмина, тебе следует дать ей четкие распоряжения.

— Конечно, батюшка, — послушно кивнула я.

Распоряжения, да-да. Аж три раза. Пусть Инга готовит все, что захочет, в любое время суток. Лишь бы еда в доме была. Сегодня, после отъезда родителей, я действительно зайду на кухню, но лишь затем, чтобы наконец-то поговорить со служанками о возвращении в деревни мужчин. Давно хотела и все время забывала это сделать. Пора, пора возвращать крестьян на место. Пора заниматься не только замком, но и округой, деревнями. Иначе скоро тут совсем людей не останется.

А еда… Да кому, кроме отца, интересно, что там на столе стоит? Мне уж точно нет.

— Тут, конечно, полное запустение, — вздохнула мать. — И семьей тут точно жить невозможно.

Я благоразумно промолчала. Нормальная тут обстановка уже сейчас. А после ремонта станет только лучше. Но мать привыкла к безмерной роскоши, и спорить с ней попросту бесполезно.

— Я все осмотрю после завтрака и дам четкие инструкции управляющему, — сообщил отец. — Не дело это — молодой незамужней леди общаться с деревенскими мужиками.

А вот тут я едва не прыснула от смеха. Что я слышу? Отец блюдет мои честь и достоинство? То есть отправлять меня одну в эту глушь можно? А допускать к общению с мужиками — нет? Ну-ну.

— Здесь кто-нибудь за это время появлялся? Кроме управляющего? — поинтересовался отец через несколько минут, приканчивая уже второй кусок пирога.

Я подавила улыбку, так и норовившую выползти на губы. Пироги с утра есть нельзя, а сам жует так, что за ушами трещит.

— Да, батюшка, — ответила я, доедая свой кусок пирога. — Буквально сразу же. Соседи из окрестных замков. Они не представились, но приехали всеми семьями, вместе с холостыми сыновьями.

Родители многозначительно переглянулись. Да-да, у Алексиса внезапно появились конкуренты, хоть и бедные, и незнатные. Но кто ее, эту дочь, знает. Вдруг ей придется по душе кто-то из сыночков местного барона или захудалого графа.

— Я позвоню все же Алексису, пообедаем вместе, — решил отец.

Мать снова поджала губы. Похоже, ее кандидатура жениха чем-то не устраивала. И хотя бы в этом мы с ней были солидарны. Я тоже держалась бы подальше от него.

Отец на мимику супруги не обратил