Бестия в академии Драконов. Избавиться и не влюбиться - Татьяна Юрьевна Серганова

– Если ты не забыл, то я пострадала в Разломе, – напомнила, убирая руки за спину.

От перенапряжения магия начала выходить из-под контроля. Того и гляди начну искры пускать и проклятиями мелкими кидаться.

– А нечего было туда соваться, – отмахнулся тот. – Училась бы, как все нормальные маги, на бытовом факультете. Нет, понесло же в эту туманную гадость, кишащую всякими тварями. Так что не ной. Сама виновата.

Вот что за маг такой, а? Умеет довести до крайней степени бешенства всего за какую-то пару минут. А ведь я обещала его не проклинать. Вот как держать свое слово, когда кто-то сам нарывается?!

– У нас с тобой разные понятия о нормальности, Люцик.

– К-как ты меня назвала? – опешил бытовик, вытаращив на меня свои бледные глаза.

– Как слышал. Я как раз уверена, что большинство нормальных учится на других факультетах, обходя ваше бытовое недоразумение стороной, – огрызнулась в ответ. – И вообще, я устала, только что из лечебницы и плохо себя чувствую. Так что давай поговорим и все обсудим послезавтра.

– Послезавтра?! Почему послезавтра? – вскричал блондин.

– Потому что завтра у меня выходной.

И тогда это чудо стразовое не придумало ничего лучше, как начать меня шантажировать.

– Я могу пожаловаться декану Джин, и тогда… – многозначительно протянул Люциан.

Не люблю, когда мне угрожают или пытаются принуждать.

От скорой расплаты бытовика спасла моя усталость и разговор с Бенедиктом, после которого мне больше всего хотелось оказаться в комнате, лечь на кровать и подумать обо всем, что узнала. Разборки, проклятия, которые придется насылать сразу на троих, в мои планы сейчас не входили.

Докатилась. Мне тут угрожают, а я, вместо того чтобы наказать наглеца, настаиваю на мирном разрешении конфликта.

– И тогда лишь чудо сможет заставить меня участвовать в твоем показе. До которого, если ты вдруг забыл, осталось восемь дней, – ледяным тоном напомнила я. – Думаешь, успеешь за столь короткий срок найти новую дурочку для своего платья?

– Ты не посмеешь, – побледнел Люциан, хватаясь за сердце.

И его курицы тут же бросились к нему. У одной в руке возник флакон с нюхательной солью, у другой тут же возникло опахало, которым она затрясла.

– А ты хочешь проверить?

Ответом мне было красноречивое молчание.

– Значит, будем договариваться. Ты идешь со своими птичками к себе. А я сама прихожу к тебе послезавтра вечером. Ты не идешь к декану Джин, я тебя не проклинаю и соглашаюсь участвовать в показе. Все счастливы. Идет?

Люциан поправил свою форму, стряхнул с плеча невидимую пылинку и только потом ответил высокомерным тоном:

– Так и быть.

И ушел, задрав нос до потолка.

– Ну и отлично, – процедила в ответ, открывая дверь в комнату.

Одной проблемой меньше.

Соседок не было, что лишь обрадовало. Лишние разговоры мне сейчас точно ни к чему. Упав на кровать, убрала руки за голову и замерла, глядя в потолок и даже не мигая.

Я все ждала, что мой мир рухнет. Рассыплется на сотни осколков, обнажая старые раны. Ждала новой порции боли и отчаянья. Но ничего этого не было.

Мир остался на месте, ничего не лопнуло и не взорвалось. Боль не пришла, как и злость и отчаянье. Просто… просто тоска по тому, чего не случилось.

Я даже на мать не злилась. Хотя стоило. Вместо злости появилась пустота. Наверное, она страшнее. Потому что ненависть, злость, обида – хоть какие-то эмоции. А пустота – просто ничто. Именно ее я и чувствовала по отношению к матери. Пять лет назад она в угоду своим прихотям и желаниям сломала мою жизнь. А я позволила ей это сделать.

О том, что будет дальше, старалась не думать. Потому что дальше был только выигрыш в тотализаторе и допуск к экзаменам, после успешной сдачи которых я наконец получу заветный диплом и стану боевиком.

Найду работу и уеду. А Калеб останется здесь. Он же декан боевого факультета. Получается, наши отношения так же, как и пять лет назад, невозможны. Мы слишком разные. Он не бросит академию, я не останусь здесь. А в отношения на расстоянии я уже давно не верила.

Значит все правильно. У него своя жизнь, у меня – своя. Вот так и решим.

Правда, у золотого дракона было совершенно другое мнение. Но об этом я узнала лишь на следующий день.

Глава 13

Декан Джин отпустила меня легко и просто. Даже не стала ничего спрашивать. Кажется, она уже смирилась с моими выкрутасами и считала дни до того момента, когда чокнутая студентка наконец исчезнет с ее факультета и пойдет творить добро боевикам. Она даже перестала настаивать на обязательном посещении предметов, напомнив лишь о предстоящем показе мод, который я пропустить никак не должна.

Услышав имя Люциана, я немного напряглась. Неужели этот гений ножниц и иголок все же решил на меня настучать? Но нет, ультиматумы мне никто ставить не стал, шантажировать не пытался – и вообще Джин была больше занята написанием какого-то отчета ревизору.

Я радовалась тому, что лорд Сиер, появившись в академии Драка, перетянул все внимание на себя. Он так всех достал своими проверками, что профессора мечтали как можно скорее хотя бы от меня избавиться.

Нарядившись в любимые черные брюки и алую рубашку с темной курткой, я уложила волосы мягкими волнами, нанесла легкий макияж, не забыв про алую помаду. Нацепила любимый кулон с черепом и браслет со змейкой, который еще не до конца восстановился после боя на дне чаши Разлома. Отражение в зеркале очень понравилось. Все-таки приятно хоть иногда вспоминать, что я девушка, а не просто боевик со стажем.

Итак, я отправилась в Родрик. Судя по буклетам, этот городок располагался рядом с академией магии.

Домики в нем оказались невысокими, всего в два или три этажа, не больше, но зато раскрашенные во все цвета радуги. Уютные дворики за белым штакетником засажены самыми невероятными и прекрасными растениями, запах которых был невероятно приятным, но при этом не казался навязчивым.

Несомненным плюсом города мне показалось то, что здесь мирно сосуществовали все расы нашего мира. Ни о каком неравенстве речи не шло: драконы вполне нормально жили рядом с лепреконами и даже не думали из-за этого кривить нос. Людей не обижали, к магам относились с уважением.

А еще здесь, как и в академии, обожали держать в качестве питомцев прирученную нечисть. Это даже считалось модным. У всех свои вкусы, но