Мятежный - Кэти Эванс

— Мне нравится, это так волнующе, но я не знаю… Грейсон…

— Тсс, — прикоснулся Грейсон своими губами к моим, чтобы успокоить. Он уже был твёрд. Ему нравилось прикасаться ко мне, шептать, и целовать меня, и я медленно расслабилась. Он погрузил свой большой палец в мою попку, а когда я застонала, наклонил мою голову назад и медленно поцеловал ещё раз. — Просто расслабься, впусти меня. — Грейсон дразнил меня, двигая большим пальцем, очень медленно, внутрь и наружу, и я начала дрожать ещё сильнее, двигаясь по нему, пока не почувствовала влагу, выступившую из кончика его члена и попавшую на мой живот.

Грейсон перевернул меня на живот. Молча наклонился и прикусил одну ягодицу, обхватив другую рукой, его большой палец снова скользнул по моей заднице.

— Встань на колени, Мелани.

Тихо всхлипывая, я сделала как он велел, тогда Грейсон провёл рукой по моей спине.

— Грейсон, это такие сильные ощущения…

— Отпусти себя, принцесса. Покажи мне. Чёрт, дай мне посмотреть, как ты разлетаешься на части.

Одной рукой Грейсон гладил мою спину, а другой в это время продолжал меня ласкать. Чувства поглотили меня. Я захныкала, закрыв глаза, когда его пьянящие прикосновения стали дарить мне новые и глубокие ощущения. Грейсон укусил меня за ягодицу и не переставая трахал большим пальцем, а когда ввёл в мою киску средний палец, я перешагнула за грань. Оргазм всё длился и длился.

Когда я кончила, Грейсон прижался ко мне, искушая, своим членом, твёрдым и пульсирующим, так что я могла хорошо это почувствовать, и отодвинул в сторону косу, оголяя заднюю часть шеи, его хриплый от возбуждения голос горячил мой затылок.

— Вот умница, — промурлыкал он, пощипывая мои соски, потирая внешнее колечко моей попки, пока сокращения внутренних мышц не ослабли.

— Это было… невероятно.

Я повернулась и пока пыталась отдышаться, он перекатился на спину и закинул руки за голову. Было трудно дышать, когда воздух насыщен похотью, желанием, животным, первобытным влечением, которое мне никогда раньше не доводилось испытывать. Я хотела, почувствовать в себе его член, хотела с ним делать всё, но будет ли он со мной нежен?

Его тело источало напряжение, мышцы туго натянуты, член снова стоял на изготовку.

— У тебя было много любовниц? — прошептала я, сжимая его в своей руке, и чувствуя беспричинную ревность.

— Любовниц? Нет, вообще-то. Секс-партнёрш - да. — Грейсон обхватил моё лицо рукой и крепко сжал щёки. — Но я никогда не трахал такой ротик, как твой. А теперь открой его пошире, принцесса.

Он встал на колени и потянул меня за косу, и я уже снова была мокрой. Когда он наполнил мой рот, я подняла на него взгляд, он не сводил с меня глаз, следя за каждым движением моего языка, за каждым миллиметром плоти, который я облизывала, за каждым вздохом, который я позволяла себе, лаская его длину.

— Блядь, — прохрипел Грейсон, ритмично вдалбливаясь и мучительно растягивая удовольствие. Я провела по нему языком, наши глаза не могли оторваться друг от друга, словно притянутые магнитом. — Тебе нравится, да? — заурчал он. Меня возбуждало то, как Грейсон со мной говорил. Если бы он сейчас прикоснулся ко мне, я бы кончила. Я намеревалась просунуть руку между ног и поласкать себя. Но вместо этого сжала основание его члена, потому что хотела, чтобы всякий раз, когда у него возникнет желание уйти, он представлял в воображении этот минет…

Я, как правило, отстраняюсь, когда мужчина кончает, и почувствовав, что он напрягся, уже собиралась отодвинуться, но он промурлыкал:

— Всё до последней капли – твоё.

Грейсон сжал в кулаке мою косу, его глаза были требовательны и неумолимы, и мне вдруг захотелось доставить ему удовольствие, попробовать его на вкус, и я это сделала.

Я на мгновение закрываю глаза и позволяю воспоминаниям о вчерашнем дне растаять в воздухе. Открыв глаза, вижу, что Грейсон на балконе всё ещё разговаривает по телефону. Его ноги, крепкие, как стволы деревьев, длинные, мускулистые и волосатые широко расставлены. Икры стройные и сильные, тело покрыто золотистым загаром, его задница совершенна, мускулистая, идеально вылепленная, как и перевёрнутый треугольник его спины от широких плеч до узкого таза. И он там, чтобы любой, у кого есть бинокль, мог видеть абсолютно голого. Стоящего прямо там.

Грёбаного бога секса.

Грейсон открывает стеклянную дверь, продолжая говорить по телефону. Он возвращается в комнату, отключает сотовый, и я замечаю, что у него на предплечье наложена широкая повязка.

Как только он приближается, я поднимаю простыни, потому что жажду его тепла, его близости, его запаха на моей коже.

— Работа? — спрашиваю я.

— Можно сказать и так, — говорит Грейсон, забираясь ко мне под одеяло. Я задерживаю дыхание, потому что его твёрдый член ясно говорит мне, что он тоже жаждет меня. Целую шею Грейсона и сжимаю пальцами его ствол, безуспешно пытаясь их сомкнуть вокруг члена, наслаждаясь тем, как быстро он стал твёрдым. К тому времени, как Грейсон закончил разговор, его член уже был наполовину эрегированным, но теперь он снова полностью встал. О, чёрт, я действительно возбуждаю этого парня. Что он там нашёптывает мне, когда мы трахаемся?

Воспоминания заставляют кожу везде покрыться мурашками.

Он смотрит на меня сонными глазами, и у меня резко сводит пальцы ног. А когда он улыбается своей чувственной улыбкой, я просто умираю от желания.

Вдруг он начинает медленно стягивать простыню с моего тела. Через окно струится яркий солнечный свет, и когда Грейсон откидывает простыню, чтобы посмотреть на меня, я в замешательстве ёрзаю на кровати.

— Не надо, — смущённо пищу я, протестуя, и пытаюсь натянуть простыню.

— Надо, — сурово возражает он, хватает ткань в кулак и снова отбрасывает её в сторону, прижимая меня вниз спиной.

Я тут же вспоминаю о своих шрамах после операции на почках.

— Я не привыкла, чтобы меня видели в таком виде.

— Привыкай к тому, что я всегда буду на тебя смотреть, — мягко говорит Грейсон.

Хотя от его слов лицо залило ярким румянцем, он настолько меня загипнотизировал, что я совершенно неподвижно замираю на кровати, и только грудь вздымается вверх и вниз. ВЗГЛЯД, которым он одаривает меня, ощущается словно реальное, физическое прикосновение. Он пронизывает каждую клеточку моего тела, как будто дрожь пробегает от макушки до кончиков пальцев