Княжна ночных воронов - Дина Сдобберг

— Леди Яромира, ваши слова не изменят ничего. Есть закон и воля цитадели. Вы обязаны подчиниться. У вас просто нет сил, чтобы что-то изменить. — Откровенно ухмылялся целитель.

— Неужели? Сразу видно, что вы не воин. — Поднялась я. — Воин никогда не стал бы судить о противнике по виду.

За моими плечами тяжело опустились на пол Тикар и Рарк, а впереди раскинул крылья Гаркар. Враны образовали треугольник, в центре которого была я. Целитель сложил руки на груди и не скрывая насмехался.

А я была в гневе. Кто-то осмелился попытаться отобрать у меня моё!

— Карлуме беааарк! — рявкнула я, с усилием отталкивая воздух от груди в сторону целителя.

Его улыбка исчезла, когда его амулеты осыпались пылью. В его взгляде успело отразиться недоумение и страх.

— Мардекартум! — вложила я в выдох все силы, без оглядки черпая из общего с вранами потока.

Целитель ничего не сделал. Он стоял молча, не моргая и даже не дыша. Как и положено каменной статуе. Гаркар тяжело взлетел, и, опустившись на плечо каменного истукана, клюнул его в висок. Гулкий звук разнёсся по залу.

— Я всегда держу своё слово. — Объявила я, прежде чем потерять сознание от истощения сил.

Глава 24

Сквозь глубокий и тяжёлый сон, после которого обычно просыпаешься разбитой, прорывался какой-то рёв и грохот. Такое ощущение, что я уснула в деревянном сундуке, а кто-то явно бессмертный топает по крышке. Ну, или необоснованно уверенный в крепости своего здоровья. Глаза я открывала с желанием срочно этого кого-то разубедить в столь досадном убеждении.

Но стоило перешагнуть границу сна, как я вспомнила всё, что предшествовало моему сну, так сказать.

— Проснулись, княжна? — тут же рядом выросла Свона.

— Да. Смотрю, из зала меня в покои перенесли, — обратила внимание я.

— Конечно. Не там же, на полу, вас было оставлять. И так шишку набили, когда упали. Лорд, хоть и в беспамятстве, и себя не помнит, а вон, чует и беснуется. — Кивнула она на потолок.

— Это дракон так? — уточнила я.

— А кто б ещё? — удивилась девчонка.

— А что с целителем? — спросила я, ощупывая шишку на собственном затылке.

— Из зала его вытащили, а куда девать никто не знает. Оставили во дворе. Там и стоит. Правда, уже весь обгаженный. — Ответила вместо Своны зашедшая в комнату Берта.

— Не поняла… В каком смысле? — я точно знала, что таких последствий от заклинания окаменения не было, не очистительный клевер, в конце концов.

— Да в самом что ни на есть прямом. — Начала делиться подробностями хихикавшая Иза, опустив рядом со мной на постель поднос с горячим ягодным отваром. — Лорд уже больше года как запретил отстреливать прилетающих птиц. Как только речь о мире начали вести. Со временем некоторые здесь осели, только прятались всё время.

— А как ваши враны появились, так смелеть начали. — Продолжила Берта. — Ну и как статую вытащили, пока отошли, пока подумали… Возвращаются, а она уже всё. Вересень сказал, что это к деньгам. Наверное, статую на монетку поставили. Но поднимать статую, чтобы эту монетку поискать, никто не стал. Что вообще с ней теперь делать?

— А ничего. — Пожала плечами я. — Разбить да любую яму на дороге замостить. Это теперь просто камень.

— Многие из слуг вспомнили старинные байки, что птицы вот так целых драконов в камни превращали. — Тихо произнесла Берта.

— Да. — Не стала отнекиваться я. — Единственную дорогу к гнездам ястребов высоко в неприступных скалах охраняют две статуи драконов. Уже неизвестно, к какому роду они принадлежали. Камень одинаково серый. И мёртвый. Но птицы помнят о том, что когда-то эти звери парили в небе.

Жизнь в замке стремилась влиться в уже привычную колею. Словно люди пытались спрятаться за обыденными делами от мыслей о будущем. До меня иногда долетали обрывки фраз, в которых звучал страх перед неопределённостью.

— Да не! Леди наша всё ж княжна. Говорят, её брат на своё место готовил, если вдруг сам погибнет. Ну что она, не справится? Подумаешь, вместо птиц драконы! — разговаривали на стенах стражники.

Ветер доносил мне их слова. Я ловила на себе внимательные взгляды, когда шла по двору, чтобы навестить Мрака, или поднималась наверх, на крышу. К дракону.

Скованный артефактом, лишающим его сил, дракон почти всё время лежал. Его чешуя начала сереть. Словно угли давно погасшего костра обрастали инеем седого пепла. Здесь я проводила почти всё свое время в последние дни. Дракон неотрывно смотрел на меня, а я на него. Или пела. Только песни выходили грустными.

Впервые я поднялась сюда в тот же день, когда обратила целителя в камень. Только увидев меня, дракон в тот день успокоился, перестал рычать и улегся на камни. И больше не вставал.

— Леди, — появился на лестнице начальник гарнизона замка. — У ворот лорд Рихард, глава Серебряных.

— Впустите, я сейчас спущусь, чтобы встретить. — Ответила я, с трудом отворачиваясь от дракона.

Лорда Серебряных я встречала в общем зале, сидя на троне своего мужа и в окружении его воинов. Со стороны даже я бы не сказала, что я из чужого для обитателей замка народа. Гаркар и Тикар уже привычно устроились на спинке трона. Рарк как всегда угнездился у меня на руках.

— Лорд Рихард, — поднялась я, приветствуя вошедшего мужчину. — Не буду спрашивать, зачем вы к нам приехали. Покойный целитель сообщил нам перед смертью, что вызвал вас для казни моего мужа.

— Приветствую вас, леди. — Поклонился лорд. — Позвольте уточнить. Вы сказали покойный целитель? Что случилось? Зверь лорда Эдгара напал на целителя?

— Не зверь. Жена лорда, и не напала, а отомстила. — Ответила я.

Лорд только посмотрел на меня, явно ожидая пояснения. Я внимательно рассматривала лорда, понимая, что передо мной тот, кому в жёны следом за мной должна была уйти Саяна. Но кольца сов на руке лорда не было. Странно, ведь времени прошло довольно много.

Лорд Рихард казался старше Эдгара. Возможно из-за цвета волос, напоминавшего седину. Возможно из-за серо-стальных глаз, или из-за усталого взгляда. А может возраста набавлял шрам на правой стороне лица.

— Леди Гинерра заявила, что ждёт ребёнка от моего мужа в день нашей свадьбы. Мой муж призвал целителя, чтобы тот подтвердил или опроверг слова леди. Целитель был дважды