Кафе госпожи Аннари - Юлия Шахрай

— Это не так. Быть в одиночестве — не то же самое, что быть одиноким. У нас в семье очень тёплые отношения. Я всегда мог прийти к матери или отцу, чтобы поговорить или просто посидеть рядом. А вот заводить дружеские отношения мне действительно всегда было сложно.

— Почему?

— У нашего рода давящая аура. Легко выносить её могут лишь те, кто связан с нами кровью.

Едва не ляпаю, что я ничего такого не испытываю, но вовремя прикусываю язык. Вместо этого спрашиваю:

— Получается, Петерсон связан с вами кровью?

— Да. Клятвой верности нашему роду. Мы с ним в хороших отношениях, но он скорее относится ко мне как ребёнку, потому что я рос на его глазах. К тому же… Для дружбы нужно что-то большее, чем возможность общаться, не ощущая давящую ауру.

— Что-то большее?

— Мне кажется, настоящая дружба возможна только с тем, кто воспринимает тебя как равного.

— А вас никто так не воспринимает?

— Только члены семьи. Остальные стараются взвесить каждый свой жест, каждое своё слово. Никогда мне не перечат, всегда согласны с моим мнением. А ещё я никогда не могу понять, нравлюсь я им, потому что принц или потому что такой, какой есть.

В голове возникает фраза: «Проблемы белых людей» — проблемы, которые появляются, если нет необходимости переживать о том, где жить, что есть и как заработать. Как будто у человека уже есть всё, о чём другие только мечтают, но он всё равно не счастлив. Но может быть, я ошибаюсь?

— О чём вы задумались? — во взгляде принца любопытство.

— Ни о чём, — качаю головой я.

— Думаете, я каким-то образом наказываю тех, кто говорит мне что-либо поперёк? Это не так.

— Я совсем так не думаю.

— Тогда что?

И тут я выпаливаю первое, что приходит в голову:

— А вы сами перечите другим? Вы с ними откровенны? Может быть, вы сами не хотите сближаться с другими?

Принц прикусывает губу. Делает это так соблазнительно, будто часами репетировал перед зеркалом, дабы наповал поражать девушек в самое сердечко своей сексуальностью. Поспешно отвожу взгляд, чтобы не пялиться на его губы и не представлять ничего лишнего, прогоняю из головы непотребные мысли.

Принц внезапно начинает хохотать. Хмурюсь:

— Что смешного я сказала?

Он взрывается новым приступом смеха, а затем, взяв себя в руки, произносит:

— Вы невероятная! Но вы правы. Нас с детства учат правилам общения. Приходится следить за каждым своим словом, за каждым жестом, — он усмехается, а затем продолжает, явно кого-то передразнивая: — Принц должен быть почтительным. Принц не должен спорить. Принц должен быть вежливым, — он снова усмехается, а потом продолжает обычным голосом: — Вы правы. Если хочешь искреннего отношения, должен сам показывать искренность. А мы этого не можем.

— Почему?

— Если подданные увидят, что я расстроен или чем-то озабочен, то начнут придумывать этому всевозможные причины и делать самые невероятные выводы. На нас постоянно устремлено множество глаз, поэтому представители правящего рода всегда должны быть доброжелательны и спокойны. Держать лицо в любой ситуации. Вы правы. Я делаю вид, будто идеален и непогрешим. Я бы сам не смог дружить с таким, как я.

Где-то неподалёку раздаётся взволнованный возглас:

— Я слышала голос принца! Это совершенно точно был он!

— И я слышала! Ты заметила откуда?

— Кажется, оттуда.

Принц подхватывается с места:

— Если вы не возражаете, предлагаю прогуляться. У барона отличная оранжерея.

— Но ведь тогда нас увидят вместе. Не хочу, чтобы о нас пошли слухи, — решаю быть откровенной я.

— Обещаю, что мы ни с кем не столкнёмся. Доверьтесь мне. Ну же! — он протягивает руку.

Касаюсь его ладони кончиками пальцев быстрее, чем успеваю задуматься о своих действиях. Да и кто бы устоял на моём месте? Принц сжимает мою ладонь и тянет за собой прочь из укромного закутка.

Мы петляем по зелёным коридорам, но всё, о чём я могу думать, так это что его кожа очень тёплая и моё сердце бьётся слишком громко. А ещё, что я почему-то полностью ему доверяю. Не боюсь остаться с ним наедине. Верю, что нам никто не встретится. И держать его за руку очень приятно. Словно я маленькая девочка, а рядом надёжный взрослый.

Очередная тропинка приводит нас к застеклённой теплице. Её ширину из-за зелёного лабиринта оценить не удаётся, а вот высотой она с двухэтажный дом.

В нос ударяют запахи цветов и трав. Словно этот орган чувств выкрутили на максимум. Дверца узкая, поэтому принц пропускает меня вперёд, отпуская мою руку. Испытываю сожаление, но зато мысли проясняются. Запоздало жалею, что не смотрела по сторонам — теперь не уверена, действительно ли нас никто не заметил. Да и вообще, мне стоило бы отказаться от предложения. Но чего уж теперь… Когда дело касается Шардена, я становлюсь слабохарактерной и безрассудной.

— Барон коллекционирует растения, — произносит принц. — Здесь установлено несколько магических завес, отделяющих зоны друг от друга, так что не удивляйтесь. Эта часть имитирует лес на севере страны.

Оглядываюсь по сторонам: берёзы, ели, папоротник, пижма, луговая герань… Очень напоминает края, где я выросла. И птицы поют похоже. Уточняю:

— А птицы? Это имитация?

— Нет. Здесь есть и птицы, и небольшие животные. Не переживайте, они неопасные.

Тропинка узкая и выложена жёлтой плиткой. Это навевает забавные ассоциации со сказкой про Элли и Тотошку. Меня перенесло в другой мир, и я иду по жёлтой дорожке.

Через минут пять мы переступаем невидимую границу и оказываемся в пустыне. Вокруг возвышаются кактусы и барханы, наваливается жара, воздух становится сухим и пыльным. Оглядываюсь и удивляюсь: за нашей спиной такие же барханы. А вот дорожка всё такая же: из жёлтой плитки. Делаю шаг назад и снова оказываюсь в привычном лесу. Ничего себе! Какая полезная магия!

— Это иллюзия, — улыбается принц.

— Всё иллюзия?

— Нет. Только переход, чтобы визуально раздвинуть границы пространства.

— Ого! Потрясающе! Но ведь песок и кактусы настоящие?

— Конечно! С помощью магии иллюзий возможно набрасывать изображение, но не создавать предметы.

— Тогда можно накинуть на развалюху иллюзию дворца и продать её за много денег?

— Спешу вас огорчить: не всё так просто. Служащие очень тщательно проверяют все здания, выставленные на продажу. А качественная большая иллюзия обойдётся в кругленькую сумму, да ещё и на накопители придётся потратиться. Ремонт сделать проще и дешевле.

— Эта иллюзия выглядит весьма реалистично.

— Барон очень богат, так что может себе позволить подобное. Идёмте дальше.

Переступив следующую невидимую черту, оказываемся в тропическом лесу. Воздух наполняют непривычные запахи. Чувствуется, что влажность здесь гораздо выше и воздух прохладнее. С