Сапфировая ночь - Марша Ловелл

Мартин бросил ключ, уже чувствуя за спиной тяжелое дыхание садовника. Замок наручников щелкнул, и в тот же миг кто-то толкнул Мартина вперед, да так сильно, что он, не успев сгруппироваться, упал, едва не врезавшись в стол.

Ошеломленный Сантьяго метнулся за пистолетом, но завладеть им не успел. Три выстрела прозвучали один за другим: первая пуля, попавшая Сантьяго в плечо, отбросила его к стене, вторая ударила в грудь, а третья проделала аккуратное отверстие во лбу.

– Что?.. – Мартин повернул голову к двери.

– Я тебя не ушиб? – Эндрю Уоткинс нервно улыбнулся. – Вставай, приятель, все кончено.

– Откуда ты взялся?

– Главное – вовремя. – Эндрю кивнул на лежащего у стены Сантьяго. – Что он наболтал?

– Эй, может быть, кто-нибудь поможет мне? – подала голос Джейн. – Или я уже не в счет?

– Ты в порядке? – Мартин поднялся и подобрал ключ от наручников.

– Не беспокойся, – ответила она, поднимая руку. – Только немного содрала кожу.

Мартин увидел, что Сантьяго уже успел открыть замок, и осторожно снял металлический браслет.

– Прости меня, Джейн.

Она покачала головой.

– Я сама виновата, но обещаю больше никогда тебя не злить. Не то в следующий раз запрешь меня, пожалуй, в подвале.

Мартин сглотнул подступивший к горлу комок.

– Кажется, я упал на больное плечо. – Он поморщился. – Надеюсь, ты не откажешься от трудного пациента?

Лицо Джейн вдруг исказилось, губы задрожали, а из глаз хлынули слезы.

– О, Мартин… – прошептала она. – Если бы ты знал…

Он обнял ее, прижался к вздрагивающему теплому телу.

– Знаю.

– Где у тебя телефон? – Эндрю Уоткинс тронул его за плечо. – Хочу позвонить в участок.

Мартин неохотно отстранился от Джейн, но в этот момент с улицы донесся вой полицейской сирены.

– Гордон уже позвонил.

– Черт возьми, что тут стряслось?! – прогремел в холле голос лейтенанта Чиверса. – Опять Хендерсону не сидится, да?!

– Завтра утром жду вас обоих в участке, – распорядился Чиверс. – Все понятно?

– Да, сэр. – Мартин взглянул на стоящую у окна Джейн. – Мы не заставим вас ждать.

В комнату вошел Эндрю Уоткинс.

– Сэр, с Сантьяго закончили. Его увезли.

Лейтенант кивнул и повернулся к Джейн.

– Что ж, мисс, вы показали себя молодцом. Спасибо за помощь и за мужество. – Он направился к выходу. – Итак, Хендерсон, завтра к десяти.

– Вы чертовски добры, сэр, – бросил ему вслед Мартин, приятно удивленный тем, что Чиверс не потащил их в участок.

Лейтенант остановился на пороге и обернулся.

– Чепуха, детектив. Сейчас вы все равно не в состоянии дать вразумительные объяснения. Полагаю, утром вы будете в лучшей форме.

Дверь захлопнулась, а через пару минут полицейские машины уехали.

Мартин достал из шкафчика бутылку бренди и нерешительно взглянул на Джейн. За то время, пока полиция была в доме, она не сказала ему и двух слов, ограничившись короткими ответами на вопросы лейтенанта. Может быть, все еще злится на него за наручники? Мартин не знал, о чем она думает, какие выводы сделала из случившегося, и боялся задавать вопросы. А вдруг Джейн скажет, что ей нечего больше делать в этом доме? Вдруг уйдет, навсегда исчезнет из его жизни, так преобразившейся после ее появления?

Джейн поглаживала устроившуюся у нее на руках Синтию. Успокаивает кошку, а ведь сама не меньше нуждается в заботе и внимании, подумал Мартин. Как это похоже на нее.

Он вздохнул. Какие слова помогут им обрести друг друга, вернуть доверие и то чувство, которое проснулось в них обоих? Что он мог сказать любимой женщине, оказавшейся из-за его глупости беззащитной перед лицом убийцы?

Мартин плеснул бренди в стакан и подошел к Джейн. Она опустила Синтию на пол и обернулась к Мартину.

– Прости, – едва слышно сказал он.

– Прощаю. Я даже понимаю, почему ты так поступил. У тебя действительно не было выбора. – Джейн невесело усмехнулась.

– Что ж, весьма великодушно с твоей стороны. Особенно если учесть, что, принимая предложение Фелисити, ты вряд ли могла предположить такой вариант развития событий.

– Жизнь полна сюрпризов. Я давно это поняла.

– Выпьешь? – Он протянул ей стакан с бренди.

– Да, спасибо.

– А ведь ты всегда стремилась к покою и стабильности. В следующий раз будь осторожнее в выборе пациентов. – Мартин поднес руку к ее щеке, чтобы убрать прядь волос.

В этом жесте, внешне вполне невинном, Джейн прочла все, что Мартин хотел ей сказать, и, принимая это, слегка наклонила голову навстречу его пальцам.

– Наверное, у меня наивный взгляд на мир.

Это открытие Джейн сделала уже после того, как перебралась в особняк и Мартин стал частью ее жизни.

– Полагаю, мне удалось расширить твои горизонты, а?

– Да, расширил. Причем так, как я и не предполагала.

И, может быть, не хотела, мысленно закончил Мартин. Он знал, что должен сказать, и его сердце сжималось от страха. Конечно, опасной темы лучше бы не касаться, но в отношениях с Джейн неопределенность стала нестерпимой.

– Странно, что ты еще не собрала вещи, словно и не собираешься уходить.

В ее огромных глазах появился холод, испугавший Мартина еще сильнее, чем ее недавнее молчание.

– Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы я ушла?

– Нет.

Ни одной женщины Мартин не хотел так, как Джейн, и никакого будущего не желал, кроме того, в котором была бы она. Никогда раньше потеря не казалась ему столь невосполнимой, как потеря Джейн. Без нее вся жизнь Мартина лишалась смысла.

– Ты не очень-то красноречив сегодня. Я не поняла – ты не хочешь, чтобы я ушла сейчас, или же не хочешь, чтобы я ушла…

– Я хочу, чтобы ты осталась. Навсегда.

Джейн настороженно посмотрела на него. Разумеется, она прекрасно слышала, что Мартин сказал, но явно не поверила.

– Ты же сам говорил, что не стремишься к долговременным отношениям.

Мартин усмехнулся.

– Первой об этом сказала ты, а я просто предпочел согласиться. Не хотел спорить. Впрочем, наверное, тогда мне тоже казалось, что можно обойтись без обязательств и обещаний. Я знал, что ты собираешься уезжать, что у тебя свои планы.

Джейн кивнула.

– Понимаю, мы оба ошиблись. Близкие отношения невозможны без обязательств, только каждый принимает их на себя добровольно. – Ее глаза озорно блеснули. – А что касается моих планов… Знаешь, Коннор уже достаточно взрослый и вполне обойдется без меня. Я почувствовала это, когда звонила ему утром.