Уездный город С*** - Дарья Андреевна Кузнецова

– Выходит, гораздо эффективнее стереть умбру, а потом обложить место новыми, посторонними вѣщами? – задумчиво проговорил Натан. – Тогда никак уже не восстановишь то, что было изначально?

– Ага, точно, – жизнерадостно кивнула Брамс.

– Занятно. Значит, обе погибших имели вѣщи похожего типа либо подобная вѣщь есть у убийцы. Вряд ли опытный вѣщевик может случайно носить при себе столь узкоспециальный оберег, да?

– Сложно утверждать наверняка, – осторожно возразила Аэлита. – Совсем необязательно, что он узкоспециален и этот самый «женский» окрас у него – единственное свойство. Ну и кроме того, чисто женскую вѣщь убийца может носить просто как память. Например.

– Ладно, в любом случае это зацепка. Надо бы опросить окружение обеих несчастных, что за вѣщи у них могли быть при себе. Вдруг именно это их объединяет, а не только внешность! Сможете составить компанию? Боюсь, без вас я могу что-то напутать и недопонять.

– С удовольствием, – искренне обрадовалась вѣщевичка, но потом со вздохом добавила: – Из показаний умброметра мы вряд ли сумеем вытащить что-то ещё.

– Да ведь и так немало получилось, – возразил Натан. – Может, и поболе, чем в иных случаях, когда умбру никто не трогает.

– То есть?

– Ну смотрите сами. Мы узнали, что убийца – вѣщевик большой силы и таланта, определили метод, которым он пользовался. Надеюсь, сегодня Иванов закончит список подходящих специалистов. Дальше эта зацепка с женской вѣщью. Её же тоже могло не быть! Жалко, что нельзя уверенно утверждать, одна и та же вѣщь фигурировала в обоих случаях или нет, ну да ладно. Мы с вами пока ещё далеки от тупика, и путей у нас хватает. Опросим окружение покойниц, попробуем найти извозчика, а потом начнём знакомиться ближе с вѣщевиками.

– Знаете, а я даже почти соскучился по вашему мотоциклету, – со смешком признался Натан: в этот момент сыскари вышли через уже знакомый Натану подъезд в знакомый же дворик.

– Что, уже не боитесь? – весело спросила Брамс.

– Человек ко всему привыкает.

– Натан Ильич, простите мне любопытство, а вы из армии ушли после контузии?

– Ну, с одной только контузией, может, и остался бы, но ею дело не ограничилось, – пожал плечами Титов.

– А вы правда служили не при штабе? – продолжила расспросы Брамс.

– Это откуда такие выводы?

– Не знаю, это Шерепа сказал, а Машков и остальные согласились. Ещё Адаму попеняли, что он в людях совсем не разбирается.

– А в чём разница, даже если и не при штабе? – весело спросил Натан. – Это было десять лет назад.

– Ну… не знаю. Просто любопытно.

– Поедемте лучше применять ваше любопытство к служебным вопросам, тут оно гораздо нужнее.

– А как вы думаете, Пётр Антонович знает, где именно вы служили? – медленно проговорила Брамс, не спеша заводить «Буцефала», и Титов рассмеялся.

– В уланах. Лейб-гвардии Уланский Её Императорского Величества Государыни Императрицы Анны Александровны полк. А теперь скажите честно, вам от этого уточнения стало легче? Вы поняли обо мне что-то новое и неожиданное?

– Честно говоря, нет, – смешалась Аэлита.

– Едемте, Брамс, у нас уйма дел! Начнём с Москательной, где жила Дёмина.

На этот раз барышня не стала спорить, завела мотоциклет и кивком разрешила мужчине садиться. «Буцефал» уже почти привычно просел под дополнительным весом, рука поручика легла на её талию, тоже не вызывая прежнего смятения. Старательно отгоняя от себя посторонние мысли и не делая больше попыток испугать пассажира, Аэлита плавно тронулась с места.

Увы, определиться с таинственной женской вѣщью после визита к Хрищевым и третьего уже посещения Владимирской не удалось. Почти все обитательницы публичного дома пользовались оберегами, помогающими избежать беременности и болезней – заведение Назаровой имело достаточно высокий ранг, чтобы блудницы могли позволить себе подобное. Елена Дёмина тоже не чуралась вѣщей и, как почти любая девушка, желала удачно выйти замуж, поэтому носила с собой соответствующий оберег, с которым и пропала.

А дальше полицейским повезло: Пётр Короб вместе со своей пегой лошадью обнаружился на той самой бирже, откуда начались его поиски.

Это был рослый, плечистый светловолосый парень лет двадцати с простым, по-своему красивым лицом – детские голубые глаза, добродушная улыбка, подбородок с ямочкой. Такого легко было представить в прежние времена любовником скучающей помещицы, переживающей вторую молодость.

Интерес полиции к себе он воспринял с удивлённым спокойствием человека с кристально чистой совестью, напрочь лишённого не только серьёзных грехов, но заодно подозрительности и мнительности.

– Аглая? Знакомы, да, – спокойно согласился он. – Земляки всё же.

– И давно знакомы? – полюбопытствовал Натан.

– Почитай с детства, речка подле деревень одна, и школа одна. Только там дела друг до друга не было, а тут, в чужом краю, какая-никакая – поддержка.

– И кто кого поддерживал? – продолжил потихоньку подводить к нужному вопросу Титов, внимательно наблюдая за Коробом.

– Да кому помощь надобна. Она девка гордая, даром что эта, ну… – замялся здоровяк, неуверенно поглядывая на скучающую рядом Брамс. То ли её стеснялся, а то ли не хотел называть землячку дурным словом.

– Дама полусвета, – подсказал поручик.

– Во-во! Точно. Такая вся из себя в последнее время стала, фу-ты ну-ты! Но Аглая девка хорошая, нос не задирает, здоровается даже. А что вам за дело до неё? Нешто думаете, упёрла что у благородного клиента? Так это наговаривают, она бы не стала!

– Такая честная?

– В тюрьму не хочет, – просто и здраво ответил Короб. – Она терпеливая, ждать умеет, никогда за быстрыми деньгами не кинется. Да что с ней приключилось-то?

– Её убили, – ровно проговорил Натан.

– Батюшки… за что?! – потрясённо ахнул извозчик и, стянув шляпу, пробормотал что-то про упокой души, перекрестившись на купола стоящего у площади храма.

– Это мы и пытаемся выяснить – с вашей помощью. Вы пока единственный человек, с кем она была хоть немного близка и откровенна. Не припомните, в последнее время в её окружении не появлялся кто-то новый? Может, она упоминала, что жизнь её скоро изменится к лучшему? Или, например, стала посещать новые для себя места? Одна из женщин, с которыми вместе… работала Навалова, видела, что вы подвозили её в выходной день. Это, правда, было с месяц назад, но, может, и после случалось?

– Ну, раньше она редко далеко куда-то ездила, а тут повадилась, – вздохнув тяжко, поделился он. – Я её несколько раз к одному дому неприметному привозил, ну и стоял, ждал кого-нибудь обратно везти. Аглая там задерживалась долго, я не дожидался никогда.

– А четырнадцатого, случайно, не вы её отвозили? – подобрался Титов.

– Четырнадцатого? – Извозчик вновь задумался, пожевал губами, а после спросил: – А сегодня-то какое?

– Восемнадцатое, – отозвался поручик.

– Стало быть, я! – обрадовался Короб. –