Ядовитое влечение - Т. Л. Смит

— Твои друзья, — шепчу, заметив, как другие наблюдают.

— Пусть смотрят, — отвечает он, проводя костяшками пальцев по моей щеке. — Ты скучала по мне утром?

— Спасибо за завтрак.

— Приятно познакомиться с тобой при других обстоятельствах, Кора.

Я оборачиваюсь и вижу детектива Бостона. Он протягивает мне руку, и я поднимаю свою в ответ, но Арло сдвигает меня так, чтобы я не смогла дотянуться.

— Наверное, лучше тебе не прикасаться к той, что принадлежит мне, — произносит Арло, в его тоне звучит явное предупреждение, пока он смотрит на своего друга.

— Принадлежит тебе? — фыркаю я.

Арло ничего не отвечает, лишь продолжает смотреть на него в упор.

— Конечно. Рад снова тебя видеть, Кора, — говорит Бостон.

Я снова оглядываюсь и вижу, что остальные продолжают наблюдать за нами.

— Кто все эти люди? — шепчу.

— Многие работают на меня. Другие со мной конкурируют. Иногда мы вот так собираемся.

— То есть… они все психотерапевты? — уточняю, пока его ладонь медленно скользит по моей спине.

Он наклоняется ближе и шепчет:

— Нет. Большинство из них — убийцы.

Я замираю и чувствую его ухмылку, когда он целует меня в плечо сквозь ткань рубашки.

34. Арло

Конфиденциально (только для личного пользования)

НАБЛЮДЕНИЯ:

Заметил сильную эмоциональную реакцию…

Прикосновение другого мужчины к ней вызывает резкое раздражение.

Одно из моих главных достоинств — я умею хранить тайны. Я годами хранил тайны ради приёмной матери. Ради Сорена. И ради Общества. Я ничего не выдаю и обычно соблюдаю правила. Реон однажды сказал, что правила созданы для того, чтобы их нарушать, и я тогда рассмеялся ему в лицо. Если мужчина не способен следовать правилам, ему не стоит доверять тайны.

Так почему же эта женщина, сидящая у меня на коленях, заставляет меня хотеть выбросить к чёрту каждое правило, которому я когда-либо следовал? Это плохо. И уж точно ни хрена не здорово. Она могла бы разрушить всё, ради чего я работал, до основания — и я всё равно приполз бы к ней обратно. Я понимаю, что это за чувство: похоть. Я, блядь, погряз в ней. Меня затягивает, я и не могу выбраться. Но с похотью есть одна особенность: рано или поздно она проходит.

Мне просто нужно помнить, что я должен быть сильным.

Но рядом с ней я становлюсь слабым.

Слабым мужчиной, который готов встать на колени и поклоняться ей, даже если это принесет боль. Я приму всё, что она захочет мне дать.

Несколько человек бросают взгляды в нашу сторону. Я не упоминал, что Кора придет, потому что если бы она не появилась, возникли бы вопросы, а я не хотел, блядь, на них отвечать. Но я рад, что она всё-таки пришла. Прошлая ночь с ней в моих объятиях дала понять, насколько сильно Кора на меня влияет, и я позволяю это.

Мне всегда нравилось душить женщин, так что я совершенно сбит с толку. Почему с ней всё иначе? Должно быть, это серьёзная стадия влечения.

Когда испытываешь похоть к другому человеку, возникает сильное стремление к физической близости. Тебя привлекает его внешность, и ты постоянно думаешь о том, как прикоснуться к нему. Но похоть не долгосрочна. Она существует только здесь и сейчас.

Вот что между нами.

Похоть.

И я не хочу, чтобы кто-то ещё прикасался к тому, что принадлежит мне.

— Ты собираешься предложить мне выпить? — спрашивает она, приподнимая бровь.

— Разумеется. Маргариту? — отвечаю, подзывая официантку. Кора кивает, и я заказываю сразу две, чтобы ей не пришлось ждать. — Ты скучала по мне утром? — спрашиваю, пока моя рука ложится на её голое бедро.

— Вообще-то я рассчитывала проснуться с тобой между ног, — отвечает она достаточно громко, чтобы все услышали.

Кто-то кашляет, и я усмехаюсь.

— В следующий раз это можно устроить, — говорю ей.

— Разве это не парень Делани? — она указывает на Джеймса.

— Он самый.

— Так это ты та женщина, которая занимает нашего Арло, — слышу голос Руперта. Он хороший психолог, и мне всегда нравилось с ним работать.

— Если только у него нет кого-то ещё, то да, — отвечает она и снова поворачивается ко мне.

Я сжимаю её бедро, давая понять, что у неё нет соперниц, и говорю:

— Никаких других женщин.

Она улыбается и наклоняется ко мне, целуя.

Возможно, «похоть» — не самое точное определение.

35. Кора

Я сижу у него на коленях, пока допиваю вторую Маргариту. Он удерживает меня, даже когда я пытаюсь пересесть рядом. Его не волнует, что на нас пялятся. Арло греховно сексуален, опасен, умен и влиятелен, но когда он смотрит на меня так, как сейчас, я чувствую себя желанной, нужной и безоговорочно присвоенной. Ни один мужчина прежде не вызывал во мне подобных эмоций.

— Готова уходить? — спрашивает он, прикусывая мочку моего уха.

— Да. — Я поднимаюсь, и на этот раз он не удерживает меня.

К нам подходит официантка, тихо сообщает Арло о каком-то инциденте, требующем его внимания, и я говорю, что подожду снаружи.

— Останься внутри, я ненадолго.

Я соглашаюсь и, как он просит, жду у входной двери, пока не замечаю снаружи знакомого мужчину с сигаретой в руке.

Джеймс.

Я открываю дверь с намерением просто поздороваться. Но, выйдя на улицу, замечаю, как к тротуару рядом с ним подъезжает машина. Зову его по имени, пока он докуривает сигарету, но Джеймс не реагирует, будто не слышит. Я подхожу ближе. Он роняет окурок и вдавливает его носком ботинка в асфальт.

— Джеймс, — говорю уже громче, и он наконец оборачивается. Я сразу понимаю, что мужчина пьян.

— Чего тебе? — спрашивает он, и в следующую секунду в его лице мелькает узнавание.

— Райлас, — окликает его женщина из машины.

Когда он поворачивается обратно к машине, на его левой руке что-то блестит в свете фонаря. Обручальное кольцо. Меня накрывает отвращение. Как он мог? Каким надо быть жалким ублюдком, чтобы так поступить с такой как Делани.

Я наклоняюсь и улыбаюсь женщине. На вид ей чуть за тридцать, волосы небрежно собраны на макушке, на ней спортивный костюм.

— Привет, я Кора, — машу ей коротко.

— Я Моника, жена Райласа. — Она кивает в сторону Джеймса.

Я снова перевожу