Игра на выживание, или Капкан для императора драконов - Маргарита Светлова

Приняв решение, я вернула все книги на место и только поднялась со стула, как дверь открылась и в библиотеку зашёл худощавый старец. Он посмотрел на стол и нахмурился.

— Добрый день, меня зовут Властелина. — Старец перевёл на меня недовольный взгляд.

— Я знаю, кто ты… — прокряхтел он, продолжая с осуждением смотреть на меня.

— Как тебе не стыдно старого человека гонять просто так?

Не поняла, за какие подвиги я выговор от него заслужила?

— Любезнейший, не подскажите, каким способом я вас смогла побеспокоить?

— Ясное дело каким… Потребовала у императора помощника, чтобы я книги за тобой убрал, мол, не успеваешь к мероприятию. Я всё бросаю, бегу сюда, а тут ничего нет. Ты, дева, либо императора обманула, либо тебе нравится над старыми людьми потешаться.

— А вариант, что я всё сама убрала и никого не просила о помощи, в голову не приходил?

— Сама говоришь… — почесал он свою серебристую бороду, с интересом рассматривая меня. — Почему?

Его вопрос меня поставил в тупик. Странные тут все какие-то.

— Ответ, по-моему, очевиден: каждый убирает за собой рабочее место.

— Хм… Необычно, — по-доброму усмехнулся он. — Если так, то прошу меня извинить за грубость. Я Бероз — императорский архивариус.

— Не стоит извиняться, у вас были веские причины для возмущения. Не пристало человеку вашего положения быть на побегушках у девиц.

— Это, конечно, верно, но нынче девы уж больно избалованные, особенно те, которые приезжают на отбор. Каждая из них считает себя уже императрицей, вот и нос задирают.

— Сочувствую.

А что я ещё могла ему сказать? И в нашем мире есть подобные личности. Хотят иметь много и ничего при этом не делать. Но, увы, и тут им приходится упираться, любая высота требует полной отдачи. Кто-то напрягает мозговые извилины, а кто-то из тренажёрок не вылезает, иные же под нож готовы лечь. В общем, каждый покачивает своё. Я же предпочитаю мозг, а тело только для своего здоровья.

— А вы разве не хотите стать императрицей? — с прищуром посмотрел на меня.

— Скажем так, у меня другие интересы. Тем более, когда для достижения высот не нужно напрягаться, скучно.

— Властелина любит трудности?

— Нет, Властелина предпочитает всего добиваться сама.

— Похвальное желание. — Вроде бы и похвалил, а вот глаза его искрятся от веселья.

— Всего хорошего.

Поспешила я удалиться, что-то в этом старичке настораживало. Нет, он непохож на тех, что сюда меня заарканили, не веяло от него злом. Просто находясь рядом с ним, я ощущала себя микробом под микроскопом. Неприятное, я вам скажу, ощущение. Только дошла до двери, мне прилетело в спину:

— Императора убить невозможно, так что не трать на эти книги время.

У меня сердце рухнуло в пятки. Вначале возникло желание отпираться до конца, но потом поняла, что не стоит, только хуже сделаю. Резко разворачиваюсь к нему и говорю всё как есть:

— Каюсь, это желание у меня возникает постоянно при общении с императором. Но это не означает, что я готова на подобный шаг.

— Я вижу твою ауру, в ней нет тьмы. Так что расслабься, дева, не выдам я тебя императору. Уж поверь, я, как никто, знаю, насколько с ним бывает сложно.

— И вам тоже?

— Да всем достаётся от него. Особенно в последние полгода он как с цепи сорвался. Теперь я понял, в чём причина. Даже и не знаю, кому из вас сочувствовать.

Догадался, значит. Плохо. Даже и не знаю, как на это реагировать. Себя ругать или забаррикадироваться в комнате, чтобы не натворить ещё большей беды?

— Надеюсь, вы не станете распространяться насчёт своего подозрения? И как вам это удалось?

— Всё, что происходит в библиотеке, мне известно, так что для меня не секрет, что ты тут изучала. И стоило мне войти сюда, я сразу обнаружил на тебе клеймо Калессина. Да и отличаешься ты сильно от наших дев. Они из кожи вон лезут, чтобы привлечь его внимание. А ты красавица, наоборот готова бежать от него без оглядки. — Теперь уже я нахмурилась, никому неприятно, когда его читают, словно открытую книгу. — Да ты не переживай, дева, секрет я сохраню, а император не позволит тебе навредить.

— Я переживаю, что моё инкогнито очень легко раскрыть.

— Ах это, — махнул он беспечно рукой. — Не стоит переживать по этому поводу, кроме меня, во дворце нет видящих. И кроме императора, разумеется.

— Это вселяет оптимизм, — процедила сквозь зубы, прокручивая в голове, как мне вести себя дальше на людях.

— Да не переживай ты так, Калессин тебя в обиду не даст. Поверь, для дракона пара — это святое.

— Угу, и поэтому они её ставят на алтарь, а сами живут полной жизнью со своими любовницами. Охрененная перспектива! — Едва не сплюнула от досады. — Ладно, мне пора предстать перед очами истинной императрицы этого государства.

— Ты о чём? — не понял старик моего сарказма.

— Неважно. — Махнула я рукой и открыла дверь, но перед тем, как уйти, добавила: — Вас волновал вопрос, кому из нас сочувствовать? Даю подсказку: ему. — И вышла в коридор, там меня уже поджидала Анфиса. Только она хотела что-то спросить, как я её остановила, не время и не место для превратных разговоров.

— Не сейчас. Веди меня на рынок невест, — скомандовала, взяв себя в руки.

Но на душе кошки скреблись. Как представила, что сейчас меня ждёт, так от ярости кровь вскипела в жилах. Чувствую себя кобылой, которую ведут на ярмарку.

Так, стоп, Властелина, не расходись. Тебе нужна ясная голова, и без того проблем выше крыши. Подумаешь, отбор, буду считать это проверкой на профпригодность. Всё равно результат известен. Надеюсь, это представление много времени не займёт.

И кстати, почему император полгода сам не свой? Я же сегодня прочла и не раз, что драконы становятся излишне агрессивные после встречи со своей парой, и то не сразу. Опять такое чувство, что я упускаю что-то важное.

Глава 28

Когда мы вошли в зал, там было полно народа, причём, помимо претенденток, попадались на глаза и особи мужского пола. Спросите, почему я употребила слово особи? Отвечу: чёрт знает кто они на самом деле. Вон император. С виду обычный мужчина, а на самом деле оказался чудовищем, плющимся огнём