Как подскажет любовь - Эйна Ли

Она смело подошла к окну и, положив руку на грудь, театрально продекламировала:

– О Ромео, Ромео! Почему ты, Ромео?

Рико приблизился и остановился под окном.

– Ты ошибаешься, Джульетта, – сказал он, улыбаясь, – если рассчитываешь извлечь из меня еще одну строчку Шекспира. Одного раза достаточно.

– Вечно ты все портишь, Рико Фрейзер. Неужели не мог разыграть со мной сцену?

– Спускайся вниз, буду рад поиграть с тобой.

– Не могу. Я в ночной сорочке.

– Тем более.

– Как не стыдно! Что ты бродишь там в темноте?

– Не могу заснуть. Мучаюсь с тех пор, как встретил тебя, принцесса.

– Тогда почему тебе не подняться наверх, чтобы мы провели бессонную ночь вместе?

– А что ты можешь предложить?

– Придумаю что-нибудь, пока будешь подниматься.

Когда он оказался в ее комнате, она уже лежала на кровати. Ночная сорочка валялась на полу.

На другое утро, желая удивить Рико, а не отца, она попыталась приготовить на завтрак французские гренки, бекон и жареный картофель. Приготовление пищи всегда было сильной стороной Андреа, и много лет назад они с Дженни договорились, что она не будет этим заниматься.

Фрэнк пришел на кухню, когда она чистила картошку, и поднял шум из-за того, что слишком много отходов.

Выйдя из себя, Дженни порезала палец. Качая головой, Фрэнк бросился вон из кухни. Перебинтовав палец, Дженни продолжила готовку. Пошарив в буфете, нашла тяжелую чугунную сковороду, на которой Андреа жарила бекон. Выложила на нее полоски бекона и взяла вилку, которой собиралась переворачивать их.

К несчастью, сковорода слишком сильно разогрелась, и жир от бекона начал разбрызгиваться. Несколько капель попало Дженни на руку, и она уронила вилку в сковородку. Когда попыталась снять тяжелую сковороду с плиты, толстая повязка на пальце помешала. Сковорода выскользнула из ее рук и вместе с беконом и горячим жиром упала на пол.

Дженни не знала, что делать – кричать или плакать. Порезанный палец болел, обожженная рука горела, а пол нужно было мыть.

Горя желанием бросить все и уйти, она сказала себе: «Может, кухарка из тебя и никакая, но ты ничего не бросаешь на полпути».

Встав на колени, она собрала на сковороду бекон и вытерла полотенцем жир. Когда на кухню пришел Рико с ведром молока, она нарезала хлеб для приготовления гренок.

– О'кей, корова подоена. Что еще тебе нужно? – спросил он.

Дженни прочитала рецепт, записанный аккуратным почерком Андреа.

– Два свежих куриных яйца, – сказала она.

– Что с твоим пальцем?

– Порезалась.

– Тебе помочь приготовить завтрак?

– Да, принеси два яйца из курятника, – повторила она упрямо и добавила, смягчившись: – Я сама справлюсь. Завтрак будет готов, как только я сделаю французские гренки, но мне нужны яйца, Дэниел.

– А я думал, что ты не умеешь стряпать, Дженни.

– Откуда такая уверенность? Разве не все женщины это умеют? Яйца, Рико, – повторила она с улыбкой.

Рико торопливо вышел за дверь.

Отложив приготовление гренок до его возвращения, Дженни начала накрывать на стол, расставлять тарелки и кружки. Но он вернулся раньше, чем она успела закончить.

– Ты уверена, что не нуждаешься в моей помощи? – поинтересовался он.

– Уверена. Пожалуйста, уйди, – попросила она, выпроваживая его за дверь. – Мне не нравится, когда кто-нибудь смотрит, как я готовлю.

На самом деле никто никогда и не смотрел, поскольку Андреа оградила ее от кухни. Но Рико этого не знал.

Короткой задержки оказалось достаточно, чтобы случилось другое несчастье. Кофейник начал закипать, и, прежде чем она успела снять его с плиты, кофе перелился через край и растекся по горячей поверхности темным пятном, распространяя неприятный запах. Дженни бросилась к окну, чтобы избавиться от дыма, потом заспешила обратно к плите, где начал подгорать оставленный без присмотра бекон. От едкого дыма подгоревшего мяса она закашлялась.

Разгоняя рукой дым и пар, она поставила тяжелую сковороду на середину стола и протянула руку за кофейником. Но ручка оказалась горячей. Отдернув руку, Дженни сунула ее под холодную воду в раковине. Поскольку полотенце было уже грязным от жира, Дженни не долго думая взяла горячий кофейник подолом юбки и поставила его на стол рядом со сковородой.

Теперь настал черед приготовить гренки. Взбив яйца с молоком, она окунула в эту смесь куски нарезанного хлеба. Выкладывая хлеб на сковороду, закапала всю плиту. Чтобы капли не запеклись, пришлось сразу же их вытирать.

Пока готовила гренки, вспомнила, что забыла пожарить картофель, и быстро кинула его на другую сковородку.

Кухня, когда они сели наконец завтракать, была как после погрома. В раковине громоздилась гора грязной посуды, кухонный пол и плиту нужно было срочно мыть, а в воздухе стоял запах гари.

– Еда холодная, – пожаловался Фрэнк, недовольно отодвигая от себя тарелку.

– Она была горячей, когда я поставила ее на стол, – возразила Дженни.

– Ты, похоже, самая никудышная стряпуха на свете, девочка. Гренки – мокрые, бекон подгорел, картофель – полусырой, а кофе такой жидкий, что напоминает помои.

– А я не люблю крепкий кофе, и этот меня вполне устраивает, – сказал Рико.

Он подмигнул Дженни и налил себе вторую чашку.

– Единственное, что в нем хорошего, так это то, что он горячий, – проворчал Фрэнк.

– Думаю, что первая попытка была очень смелой, – похвалил Рико.

– Жаль, что ты не умеешь готовить так, как твоя мать, – продолжил Фрэнк.

– А я и не стремлюсь, отец. Предлагаю тебе самому научиться готовить или нанять кухарку.

Она с шумом встала из-за стола и ушла из кухни.

Когда Дженни позже спустилась вниз, в кухне были чистота и порядок. Вероятно, это Рико постарался, поскольку отец никогда не предлагал помощь по дому.

Решив предпринять еще одну попытку проявить хозяйственность, Дженни нарезала хлеб и сделала сырный сандвич. Попытка удалась, и она решила приготовить сандвич и для Рико.

Готовый сандвич завернула в салфетку, перевязала его красной лентой и взяла из кладовой яблоко. Затем налила в стакан молока и отправилась со всем этим в сарай.

Когда вошла внутрь, ее встретил отец.

– Где Рико? – спросила Дженни.

– Колли сегодня утром убежала, и он поехал ее искать.

– Понятно. – Не в состоянии скрыть разочарование, она протянула ему сандвич и стакан молока. – Хочешь перекусить?

Фрэнк взял тарелку и стакан.