Жениться по завещанию - Лесли Лафой

Дрейтон потер ладонями лицо и, слегка поморщившись, покрутил затекшей шеей. Да, прошли те дни, когда он мог вполне комфортно спать в кресле, будучи хоть пьяным, хоть трезвым.

В этот момент за стеной, прямо у его головы, раздался какой-то стук.

Что это? Крыса? Звук повторился.

Если и крыса, то размером никак не меньше пони. Дрейтон нахмурился. Исключив возможность существования подобной крысы, он встал, подошел к дверям, ведущим в гостиную Кэролайн, и распахнул их. Он вовсе не собирался ахать – этот звук вырвался непроизвольно, когда его сердце подскочило чуть ли не до горла.

– Привет, Дрейтон. Извини, я не хотела…

Составленная из мебели пирамида качнулась влево, прямо к окну, и, чтобы сохранить равновесие, Кэролайн подалась в противоположную сторону. При этом спинка стоящего наверху стула с гулким стуком ударилась о стену.

– Черт возьми, что ты придумала? – Дрейтон кинулся к Кэролайн через нагромождение мебели.

– Пытаюсь ободрать обои, – пояснила она и потянула дальше наполовину оторванную полосу, от чего опора под ее ногами снова покачнулась. – Самые ужаснейшие в мире… Но будить тебя я совсем не хотела.

– Боже мой, Кэролайн! Слезай немедленно, пока ты не вывалилась из окна!

– Я вовсе не собираюсь никуда вываливаться.

– Разумеется, ты не вывалишься, – согласился Дрейтон, поднимая руки и обхватывая Кэролайн за талию. – Потому что ты сейчас же слезешь, – и с этими словами он потянул ее вниз.

– Дрейтон, не надо! – вскрикнула она, между тем как полоса обоев неровно порвалась по всей длине. – Черт!

Дрейтон с облегчением принял Кэролайн в свои объятия, однако при этом он утратил равновесие и потому, извернувшись, рухнул вместе с ней в ближайшее кресло.

– Герцогские дочери не обдирают обои в своих апартаментах, – заметил он в ответ на недовольный взгляд Кэролайн, восседающей у него на коленях. – Они повелевают эти сделать другим, а сами тем временем отправляются на прогулку в роскошных каретах.

Она швырнула обрывок обоев на пол.

– Но это так скучно…

– Зато безопасно.

– Я и так была в полной безопасности, – возразила Кэролайн. Она соединила края пеньюара, чтобы прикрыть грудь, после чего, поправив полы, укрыла также и ноги.

Усмехнувшись, Дрейтон потянул атласную ткань вверх, пока его взору не открылись изящные ступни, припорошенные осыпавшимся клейстером.

– А бывало когда-нибудь такое, чтобы во время бодрствования ты не делала абсолютно ничего?

– Нет, не бывало.

– В таком случае тебе необходимо культивировать в себе привычку к безделью.

Испытывая некоторую стесненность дыхания, Кэролайн отвела взгляд от горящих глаз Дрейтона. Глубокая ночь, а она сидит… точнее, с комфортом устроилась у него на коленях. Да еще в полуодетом виде. И как ей теперь выйти из этого положения с достоинством?

– Раз уж мы заговорили о культивации, – начала она, стараясь держаться так, будто данная ситуация не представляла для нее ничего особенного, – скажи, установил мистер Генри вазоны вдоль лестницы главного входа?

– Да, установил, – кивнул Дрейтон, явно сдерживая улыбку. – Вазоны были на месте уже к прибытию Коулмена, и смотрятся они просто замечательно. То же самое можно сказать и про холл. Вообще, с того момента, как ты вошла в дом, в нем творятся настоящие чудеса.

– А что там с живой изгородью? – поинтересовалась Кэролайн, обдумывая, как бы ненароком соскользнуть на пол, но нет, наверное, не получится – он держит ее довольно крепко. – Они уже начали разметку?

– Генри с помощниками работал вплоть до захода солнца. Им понадобится еще день или два, но общие контуры уже проступают, и все это выглядит просто великолепно.

– А фонтан они еще не собрали?

– Фонтан?

– Ну да… Это будет очень красиво – пять зубчатых уступов посреди круглого бассейна. Мистер Генри понять не может, зачем его разобрали. Насколько он помнит, фонтан всегда был здесь. Мы планируем разбить вокруг него настоящий ирландский парк.

– Ты просто бесподобна.

Так же, как и один благородный: мужчина, мысленно заметила Кэролайн, который щедр, добр и ласков к маленьким девочкам с котятами на руках. А еще просто великолепен в постели и очень чуток к желаниям женщины…

– В сущности, я лишь позволила людям делать то, чего им хотелось многие годы. Мистер Генри едва не заплясал от радости, когда я поинтересовалась, нельзя ли каким-то образом улучшить фронтальный пейзаж. Именно тогда он и показал мне разобранный фонтан.

– В таком случае понятно, почему внизу на окнах не осталось ни одной портьеры.

– Так миссис Гладдер их уже сняла?

– Не только сняла, но и сожгла, – улыбнулся Дрейтон. – И должен добавить, что проделала она это с немалым энтузиазмом – Его улыбка стала еще шире. – Кстати, предупреждая твой возможный вопрос… Подъездная аллея снова усыпана ракушками. Это сделали уже во второй половине дня. И слой настолько толстый, что Обри даже подвернул лодыжку когда возвращался вечером из местного паба.

– Ты как будто даже рад, что с твоим другом случилась неприятность…

Дрейтон пожал плечами.

– Симона права: Обри – ханжа и зануда. Для меня вообще загадка, как он стал моим другом.

– Чем же он вызвал твою немилость?

Улыбка на лице Дрейтона несколько померкла, глаза потемнели. Его взор устремился к противоположной стене.

– Он настойчиво советует мне держаться от тебя подальше.

– Очень мудрый совет, – проговорила Кэролайн, спуская ноги на пол и выскальзывая из объятий Дрейтона. – И нам следует к нему прислушаться. На мой взгляд, Обри – настоящий друг.

– Настоящего друга в первую очередь заботило бы мое счастье.

Кэролайн между тем присела на скамеечку для ног.

– А чем занимались девочки, пока я спала?

Дрейтон приподнял брови:

– Ты так резко меняешь тему…

– Я делаю это вполне осознанно, – кивнула Кэролайн. – Так чем занимались девочки?

– Ну, утром у них были уроки… – Вытянув ноги и откинувшись назад, Дрейтон завел руки за голову. – Ты была права насчет миссис Миллер, она действительно похожа на добрую бабушку. Мне она понравилась. Ну а после обеда я вместе с Обри и Хейвудом вывел девочек на двор, чтобы миссис Миллер могла от них немного отдохнуть.

– И как ваша компания развлекалась?

– У Симоны состоялся первый урок фехтования. И дои жен сказать, у девочки есть способности.

– Меня это совсем не удивляет.