Обольщение строптивой - Лорен Уиттиг

Она снова понимающе кивнула:

– Но вы не в состоянии ехать сейчас. Мы должны подождать, отдохнуть… еще один день. – Она прикусила губу.

Он молча смотрел на нее целую минуту, словно ожидал прочесть какой-то секрет в ее глазах.

– Не бойтесь, девушка.

Кэтриона перевела глаза на его сильные руки и сбитую кожу на костяшках пальцев, а затем посмотрела на лицо, все в синяках.

– Я не за себя боюсь. – Голос у Кэтрионы был взволнованным, несмотря на ее старание казаться сердитой.

– Вы боитесь за меня? – тихо, охрипшим от волнения голосом спросил Тиг, и на его лице появилась улыбка, от которой у Кэтрионы защемило сердце.

– Я… я… – Она поспешно стала наливать себе похлебку, а затем, зачерпнув ложкой, поднесла ее ко рту. – Я очень хочу как можно раньше увидеть короля и нуждаюсь в вашей поддержке. За вас я не боюсь, – поспешила добавить она, затем занялась похлебкой.

Тихий смешок Тига не на шутку разъярил ее. Будь проклят этот бард! Она боится за него, но не смеет признаться в этом. Теперь злословия ей не избежать.

После недолгой тишины, если не считать фырканья лошади, Тиг отставил миску и спросил:

– Почему ваши братья так хотят выдать вас замуж за Псиную Морду?

Вопрос застал Кэтриону врасплох. Посмотрев на Тига, она была потрясена тем сочувствием, которое прочла в его глазах.

– Я не знаю, – прошептала она. – Не имею представления, почему Псиная Морда так домогается меня.

Она потупилась, пораженная непривычным для нее участием, и неожиданно уткнулась ему в колени.

– Я никогда не выйду за него замуж.

– Я не виню вас. И кстати, я не позволил бы вам сделать это. Он уродливый хам и туп, как зад лошади.

– Вы бы не позволили мне?

Тиг сделал глубокий вздох, прежде чем ответить:

– Изабел не единственный ваш друг. Я, находясь в здравом уме, никогда бы не допустил этого. Кстати, в замке Датчэлли он искал не вас.

Кэтриона не знала, какое из его откровений взволновало ее больше: то, что он ей друг, или то, что Дафф Псиная Морда искал не ее. Что все это значит?

– Да нет же, он разыскивал меня, – упорствовала Кэтриона. – В большом зале он сидел рядом со мной, а затем искал меня в спальне Изабел. – Она заметно повысила голос.

Тиг, стараясь не сгибаться от боли, подошел к ней по ближе. Закрыв глаза и покачав головой, он промолвил:

– Он… он охотится не за вами, детка.

– Он считает, что я стану его невестой. Кого же, по-вашему, он искал?

– Меня.

У Кэтрионы прервалось дыхание.

– Что вы хотите сказать?

– Он ищет меня. У меня есть кое-что, что ему очень нужно.

– Что ж, если вы так думаете, я не стану вас разуверять. Это одно и то же. Ему нужна я.

Тиг улыбнулся и взял ее за руку:

– Вы меня не так поняли. Вы забыли про письмо. Оно у меня, и я должен был передать его Броку для вас. Но никто не хотел, чтобы письмо попало чужому человеку. – Тиг поднес ее руку к губам и поцеловал.

На Кэтриону этот легкий поцелуй подействовал почти гипнотически. Тиг опустил ее руку, однако продолжал держать ладонь. О чем же они с ней говорили? Да, о письме.

– Но вы ведь прочли его мне. – Голос у нее дрожал больше, чем она того хотела.

– Да, но в нем есть кое-что большее, чем написанные слова, Кэт. Значит, вы ничего не знаете о его содержании. Но это даже к лучшему. Если вы не осознаете подлинного значения письма, то и винить вас не в чем.

– Но мне известно его содержание! Если вы считаете, что моя боязнь встречи с Псиной Мордой – фантазия, то это неразумно.

Он покачал головой.

– Важно то, что если с вами что-либо случится, то это письмо все же попадет в нужные руки, – продолжала защищаться Кэтриона.

– Со мной ничего не случится. – Он пощекотал большим пальцем ладонь ее руки. Кэтрионе показалось, что он так утешает ее, и ей стало приятно. – Будьте уверены, он не знает, что вы тоже были в этом замке. Он искал только меня.

Кэтриона сердито вырвала ладонь из его руки.

– А почему он был в комнате Изабел?

– Он, должно быть, видел, что я направился в сторону башни, и решил обыскать там все комнаты. А комната Изабел оказалась первой.

– Возможно, но какая разница, кого из нас он искал? Найдя вас, он тут же нашел бы и меня, и мы оба попали бы в бог знает какое трудное положение.

Тиг бережно коснулся своей большой грубой рукой ее щеки. Кэтрионе захотелось ласково прильнуть к нему. Каждое его прикосновение было ей приятно и успокаивало. Но она удержалась.

Он смотрел, улыбаясь, и, прежде чем она поняла, что он задумал, привлек ее к себе. Его поцелуи сломили сопротивление Кэтрионы. Они были нежны и вместе с тем требовательны. Ей казалось, что сердце ее остановилось. Закрыв глаза, она тоже обняла Тига.

Теплые пледы сползли с их плеч, но они не чувствовали холода. Он прижал ее так крепко, что между ними не было никакого барьера. Они чувствовали тепло друг друга. Его волнение было сильным и заразительным. Он целовал ее губы, шею и ямочку на шее. Кэтриона услышала собственный стон, но не смогла прервать его. В голове было пусто. Она ни о чем не думала, лишь ощущала, как его теплые руки ласкают ее тело. Она открыла новые для себя чувства ожидания и пробуждения. Она еще не знала, какие они, но хотела знать.

Тиг держал Кэт в объятиях, прислушиваясь к ее и своему неровному дыханию. Что он делает? Несмотря на свою спонтанную, легко поддающуюся внутренним порывам натуру он никогда еще не испытывал столь сильного влечения к женщине, какое охватило его сейчас. Он не помнил, чтобы забывался так, что не знал, кто он, где он и что делает. Однако все же какая-то крупица разума удерживала его и не велела спешить. Он должен научить ее, как вести себя в его постели. Неужели он этого хочет? Да, и сильнее, чем когда-либо. Хочет ли он идти дальше? Женитьба, дети, Строптивая Кэтриона? Ему не хочется жениться, но он обязан. Та ли она женщина, с которой он может прожить всю жизнь? День за днем? Не сойдет ли он с ума? Кто это знает?

Она, конечно, захочет, чтобы ее муж, живя с ней в замке Ассинт, помог ей приструнить братьев. Тиг содрогнулся от одной мысли об этом. А.его ответственность перед Колрейном и родным кланом? Никто не позволит ему отказаться от своих обязанностей и жить в другом клане.

Он погладил щеку Кэтрионы, и странная грусть охватила его.

– Кэт, дорогая, вам не трудно отдать мне мою сорочку?

– Что? – Кэт повернулась, и он увидел ее лицо, на котором играла нежная улыбка и светились счастьем огромные глаза. Она сделала легкое движение, чтобы поцеловать его, но вдруг смущенно остановилась, заметив что сжимает в руках сорочку Тита. Она тут же уронила ее на пол. – Что мы делали?