Телохранитель - Мэри Каммингс

Чуть покачиваясь в такт музыке, Ри закрыла глаза.

— Так хорошо… — Не открывая глаз, отхлебнула коктейля. — Знаешь, я жутко завидовала всем этим девчонкам!

— Каким?

— С которыми ты на вечеринках танцевал…

Намек был более чем понятен.

— Мы с тобой сегодня тоже потанцуем, — усмехнувшись, пообещал Рэй. — Обязательно! Вот еще коктейль выпью, и пойдем танцевать. Тебе принести?

Ри покачала головой.

Поднос на буфете за это время пополнился новыми бокалами, на сей раз с коричневым содержимым. Кофе… траппа… и отчетливо различимый привкус апельсина, посмаковав на языке, определил Рэй. Изобретательности хозяек вечеринки можно было только позавидовать.

Допив, он поставил бокал на подоконник. Склонился, даже не без некоторого изящества, к Ри, протянул руку.

— Мадемуазель, позвольте пригласить вас… в общем, пойдем потанцуем!

Она широко заулыбалась и встала.

До сих пор Рэй не считал себя особо хорошим танцором, но тут словно ноги ветром подхватило, так все ловко и весело получалось.

Казалось, они с Ри одни во всем мире, окружающие их люди — лишь фон, проекция на каком-то далеком невидимом экране. Близким, реальным, настоящим было только ее лицо, каждый раз новое в пестрых вспышках светомузыки, ее удивленные глаза, ее улыбка. Во время одного замысловатого па она чмокнула его в подбородок. Рэй рассмеялся и поцеловал ее в висок, провел губами по волосам.

Кончилось это, увы, плачевно: подхватив Ри на руки, он неловко ступил на левую ногу. Вспышка боли — прямо хоть вой!

Виду он, конечно, не подал — поставил ее на пол и сказал:

— Ух-х… ладно, хватит, устал!

— Ты чего, ты чего?! — всполошилась Ри.

— Сейчас, я скоро вернусь.

— Ты чего?!

— Мне… Ну, мне надо.

Стараясь не хромать, проковылял в туалет, заперся там и, сидя на унитазе, закатал брючину и приложил ладони к щиколотке, к тому месту, где когда-то поработали зубы аллигатора — привычный способ снять боль, если нет возможности сунуть ногу под струю горячей воды.

Боль унялась довольно быстро. Для верности Рэй еще минуту посидел, придерживая щиколотку, потом сполоснул лицо, вышел и свернул на кухню.

Там было тихо и светло, на столе стоял поднос с чашками и блюдо с пирожными. Возле кофеварки священнодействовала девушка в джинсах и клетчатой рубашке. Обернувшись, она что-то спросила по-итальянски. Рэй уловил слово «кофе» и покачал головой — кофе ему сейчас не хотелось, просто обычной минералки.

Девушка продолжала разглядывать его — высокая, крепкая и смуглая, с большими овальными глазами и челкой, как у пони. Сходство с лошадкой дополняла и тяжеловатая нижняя челюсть, с которой плохо сочетался характерный для итальянок остренький носик.

Когда Рэй взял с мойки стакан, она сказала еще что-то — он снова покачал головой и развел руками.

— Non parlare italiano[6].

— Я спрашиваю, — она с легкостью перешла на английский, — значит, ты и есть тот самый знаменитый поклонник Мэрион?

— Почему знаменитый?

Казалось, девушка не услышала вопроса.

— Для тебя, по спецзаказу, могу сделать кофе с мороженым!

— Звучит соблазнительно…

— О, ты себе не представляешь, как это соблазнительно на вкус! — она прищурилась и облизнула губы кончиком языка. — Не бойся, нам много времени не понадобится. — Усмехнулась. — А знаменитый ты — потому что в университете уже все шушукаются…

Не договорив, она повернулась к полке и, привстав на цыпочки, достала оттуда пакетик с кофе; бросила на Рэя короткий взгляд через плечо — очевидно, ждала ответной реплики: «О чем же, о чем?» Но так и не дождалась и, заряжая кофеварку, продолжила сама:

— …что у Мэрион завелся обалденный поклонник, который ради нее из Америки прилетел и теперь за ней как приклеенный ходит. То-то мне захотелось посмотреть на такого… романтика!

Рэй молчал. В общем-то, игра ее была уже ясна: все эти многозначительные взгляды и полные насмешливого вызова реплики на самом деле означали почти неприкрытое приглашение. Которое ему было сейчас ну совершенно ни к чему.

— Но на полярного волка ты не особо похож, — с этими словами она обернулась и мазнула по нему глазами, особо задержавшись на ширинке, словно ожидала, что полярный волк выскочит именно оттуда.

— Какого еще волка?!

— Тина-адра, — она снова предпочла не заметить вопроса.

— Что?

— Можно просто Тина. — Протянула руку — ему ничего не оставалось, как пожать.

— Рэймонд.

— Мэрион говорила, что ты долго работал на Аляске. — Каждый раз, когда Тина упоминала о Ри, она чуть растягивала ее имя с какой-то неуловимой, но неприятной насмешкой — похоже, дружбой тут не пахло.

— Работал, — сухо подтвердил Рэй. Он уже пожалел, что соблазнился этим дурацким кофе, но не уходить же было теперь ни с того ни с сего!

— И там тушил пожары и все такое…

— Тушил.

Сняв с кофеварки чашку, Тина перелила ее содержимое в высокий толстостенный стакан, кинула туда же несколько кубиков льда.

— Ну вот… я уже почти готова…

Нагнулась, вроде ища что-то в холодильнике, на самом же деле демонстрируя обтянутую джинсами красивую попку; стоя внаклонку, чуть повернула голову и насмешливо покосилась: «Все рассмотрел?»

— Ах да, ну вот же оно, — в голосе ее добавились хрипловатые мурлыкающие нотки.

Когда она выпрямилась, держа в руке пластиковую коробку с мороженым, на ее рубашке каким-то образом оказались расстегнуты несколько пуговиц. Глубокий вздох заставил вырез разойтись пошире…

Рэй не сомневался, что на большинство мужчин такой спектакль подействовал бы сногсшибательно, тем более что под рубашкой у Тины не было ничего кроме того, что положено по природе. И на него самого тоже бы подействовал — при других обстоятельствах.

Но в данный момент единственное, чего ему хотелось, это оказаться подальше и от этой кухни, и от этой девушки — и черт с ним, с кофе! Не хватало здесь только Ри теперь появиться, с ее ревнивым характером!

Как накликал!

Рэй даже не слышал ее шагов, пока она внезапно не оказалась рядом. Одним взглядом оценив ситуацию, собственническим жестом взяла его под руку и прижалась к нему, буквально влипла боком в его тело, томно склонив голову ему на плечо. Глаза у нее при этом посверкивали отнюдь не томно.

— Привет! — сухо сказала Тина. — А я тут… видишь, Рэя кофе угощаю…