Бессмертная любовь - Кресли Коул

– Не исключено. Она – первая женщина-вампир за много веков.

– Тогда у меня еще больше оснований стремиться уничтожить Орду. Я не допущу, чтобы они ее захватили.

– И что ты собираешься делать?

– Я могу снова отыскать катакомбы, и мы дождемся там возвращения охраны. Заставим их сказать нам, где находится Хелвита.

– Мы и раньше пытали вампиров, но нам ни разу не удалось вытащить из них эти сведения.

На лице Лахлана появилось смертельно опасное выражение, а взгляд стал острым.

– Они хорошо научили меня пытать.

Пусть внешне Лахлан восстанавливался, внутренне он продолжал страдать. Он был прав: если бы он сейчас не отыскал свою подругу… Тогда что будет с Лахланом, если он оставит ее, чтобы добиваться отмщения?

– Ты готов воевать?

Бау скучающе посмотрел на него.

– А когда я не был готов? Однако мне непонятно, к чему такая спешка? Ты так спешишь уже сейчас оставить свою новую подругу?

– Я уже сказал тебе, что мне некогда думать о прошлом. Но после того как я сделаю ее своей и уговорю остаться со мной, тогда придет время искать мщения.

– Понимаю.

– Не уверен, что ты действительно понимаешь. Я не могу отбросить клятву мести, которую давал себе каждый день, проведенный в аду. – Рюмка с остатками виски разлетелась вдребезги. Глядя на сверкающие осколки, Лахлан хрипло добавил: – Это единственное, что у меня было.

– Лахлан, ты прекрасно знаешь, что я буду сражаться рядом с тобой. И Гаррет, и остальные тоже рады будут это делать. Но я не думаю, чтобы мы могли победить. Пока они способны телепортироваться, наша сила и численное превосходство ничего не решают. Мы все равно проиграем.

– А у нас есть численное превосходство?

– О да! Нас теперь сотни тысяч. – В ответ на недоверчивый взгляд Лахлана Бау добавил: – Континент, удаленный от вампиров, очень благоприятен для клана. Они вернулись к старым обычаям и имеют в семье по восемь и даже десять ребятишек. Единственная проблема с Америкой – это то, что там расположены два ковена валькирий. – Он ухмыльнулся: – А ты знаешь, как твои родственницы ревностно охраняют свои территории!

Лахлан нахмурился:

– Не напоминай мне.

– Кстати: если даже до меня с моими редкими выходами в общество дошли слухи об оживлении в замке, то я не сомневаюсь, что остальные тоже об этом узнали. У тебя мало времени. Ты не можешь ее очаровать?

На лице Лахлана появилось выражение безнадежности. Он признался:

– Всего две ночи назад я… я чуть не задушил ее до смерти, когда спал.

Бау содрогнулся – не только из-за самого поступка, но и из-за нескрываемого стыда Лахлана.

– И в ту же ночь она видела, как я принял облик зверя, чтобы сражаться с вампирами.

– Господи, Лахлан! И как она восприняла твое обращение?

– Конечно, оно ее ужаснуло. Теперь она еще больше меня опасается. – Он потер рукой затылок.

– Почему бы тебе не рассказать ей, что с тобой происходило?

– Ни за что! Я должен верить в то, что она ко мне привяжется. А если это случится, то эти знания причинят ей боль. У меня такое чувство, что она переменит свое отношение ко мне; _ но мне нужно время. Мне бы очень хотелось ускорить этот процесс.

Бау допил свою рюмку и уставился в ее дно.

– Напои ее. Смирные мужчины постоянно так делают. На одну ночь забыть обо всех комплексах…

Лахлан чуть было не рассмеялся – но понял, что Бау говорит совершенно серьезно.

– Как ты думаешь, если я буду пьян, она тоже опьянеет?

– А почему бы и нет?

Лахлан немного подумал – а потом решительно покачал головой:

– Нет. Я не стану, пока у меня есть надежда. Заметив, что Лахлан то и дело смотрит на окно – несомненно, замечая, что близится закат, – Бау сказал:

– Иди. Будь с ней, когда она проснется. Лахлан кивнул и встал.

– На самом деле я хочу прийти еще до того, как она встанет…

_ Ах ты, сучка! – послышался женский голос на галерее внизу.