Выше только звезды - Алина Феоктистова

Заметив Даниила, он недовольно произнес:

— Почему вы все еще здесь?

Даниил вернулся к Лолите.

— Мы можем ехать домой? — спросила она у него.

— Нет, они собираются обыскивать каждого из нас, — ответил Даниил. — И даже произведут краткий допрос.

— Но я хочу домой, я ждала только тебя, — Лолита была белая, как ее платье. — Мне все равно, что они хотят, я ухожу.

Она вышла из зала, но тут же вернулась.

— Они никого не выпускают. — Губы у нее были серые, под глазами залегли черные круги.

У Даниила мелькнула мысль, что ей не нужен был бы грим для праздника, если бы он продолжался, и еще он почему-то подумал о том, что и сам выглядит не лучше.

Участковый с помощником следователя обходили столики, записывая адреса и просматривая личные вещи.

— Даня, — Лолита схватила его за руку. — Я влипла. Меня сейчас арестуют.

Она прижалась к нему, и он почувствовал, как она дрожит. Совсем некстати он вспомнил, что точно так же ее трясло, когда он обнимал ее в минуту близости. Тогда еще он принял это за проявление страсти.

— За что? — удивленно спросил он. — У тебя в сумке нож или пистолет?

Она молча указала ему на испачканное в крови платье.

— Не выдумывай ерунды, — зло сказал Даниил. — Это я тебя задел, когда ты обнимала меня, уверяя, что все кончится хорошо. Если понадобится, я смогу это подтвердить.

— Нет, я хочу домой, выпустите меня отсюда. — Она вскочила и бросилась из зала, но у двери стоял милиционер.

Даниил насильно усадил ее на место, но, заглянув ей в глаза, попросил, чтобы позвали врача, если тот еще не уехал. У нее началась истерика, подобная той, которую он уже однажды наблюдал. По-видимому, ничего криминального при досмотре обнаружено не было, потому что вскоре после его окончания всех отпустили домой.

— А вас, Даниил Владимирович, я попросил бы задержаться еще ненадолго, — сказал Платонов, после того как он и менеджер Джим подтвердили личность Власты Александровны Ракитиной.

— Я хотел бы задать вам несколько вопросов.

— Может быть, вы будете так добры и отложите разговор до завтра? — спросил Даниил, изо всех сил сдерживая эмоции и оставаясь предельно вежливым. Меловой контур на полу, вот и все, что осталось от его жены, которую куда то унесли на носилках, вероятно, в морг. Он чувствовал, что вот-вот сорвется и будет вести себя, как Лолита.

— Только несколько вопросов, они безотлагательны. — Даниилу показалось, что в серых глазах следователя мелькнуло сочувствие и понимание. — Вы видели когда-нибудь раньше этот нож? — Он положил перед ним складной нож с длинным наточенным лезвием и синей пластмассовой рукояткой. Даниил смотрел в пол, стараясь собраться с мыслями. Этот нож очень любили брать с собой в походы и на пикники он с Дианой. Он был просто незаменим и очень удобен. И если вдруг им случалось ездить за город в разных компаниях, они спорили, кто возьмет его, и кидали жребий.

— Он вам знаком? — настойчиво спрашивал следователь.

— Нет, — ответил Даниил, подняв на него глаза, но не выдержал его взгляда. — Я не знаю, я не уверен… Может быть, мне и случалось его видеть раньше. Я не помню.

— А если попытаться вспомнить? — Глаза Платонова стали холодными. — Вы что же, Даниил Владимирович, думаете, что никто не сможет сделать это вместо вас? Понятые, которых мы пригласили при составлении протокола, ваши друзья, его уже опознали.

— Это мой нож, — выдохнул Даниил.

— Замечательно, Дегтярев! — констатировал следователь. — А теперь так же честно ответьте мне на второй вопрос. Видели ли вы раньше этот платок? — Он достал черный, в дырах, платок его сестры и, осторожно прикасаясь к концам, развернул перед Даниилом.

— Никогда, — Даниил старался вложить в голос как можно больше искренности, думая о том, что ответит честно потом, после разговора с сестрой.

— Так я и предполагал, Дегтярев, — усмехнулся следователь. — Вы что же, нарочно стараетесь направить следствие по ложному пути?

— Нет, — упрямо твердил Даниил. — Но я в самом деле никогда его не видел.

— Ладно, — Платонов махнул рукой. — Это меня не очень сейчас интересует. А что вы можете сказать насчет этого снимка? — Он протянул Даниилу темную некачественную фотографию, на которой ничего нельзя было разобрать. Что-то белело в темноте, на плоском предмете, напоминающем то ли стол, то ли диван, лежало что-то странное, бесформенное.

— Если быть большим фантазером, — потерев лоб, сказал Даниил, — то можно сказать, что два человека занимаются любовью на кровати. Это единственное, что мне приходит в голову. — Он показал пальцем на снимок. — Возможно, это два человеческих тела. — Фотография была снята как будто через густую сетку.

— Вот теперь вы действительно искренни со мной, — сказал Платонов. — Скажите, какие отношения были у вас с женой?

— Нормальные, — сказал Даниил. — Мы были хорошей семьей.

— А мне кажется, все было совсем не так, — возразил Платонов.

— Вы что же, полагаете, что убил ее я? — рассердился Даниил. — А потом, как последний идиот, оставил на месте преступления свой нож?

— А что заставляет вас думать, что было совершено преступление? — как бы невзначай поинтересовался следователь.

— То есть как? Ведь она убита, — опешил Даниил.

— А, собственно, почему вы думаете, что это было убийство, а не самоубийство? — Следователь, внимательно прищурившись, ждал ответа.

— А разве нет? — пробормотал Даниил.

— Лично я пока этого не знаю, — сказал Платонов. — Экспертиза покажет. Как видите, я более откровенен с вами, чем вы со мной. Ваша жена вполне могла сама нанести себе такой удар, если у нее были причины сводить счеты с жизнью. Что вы думаете об этом?

— У нее таких причин не было, — Даниил чувствовал, что больше не в силах продолжать разговор. — Пожалуйста, прошу вас, давайте закончим на сегодня.

— Только после того, как вы ответите на мои вопросы, — неумолимо сказал Платонов. — И советую вам говорить правду, так будет лучше и вам, и мне. Где сейчас находится ваша сестра? Ведь она пришла сюда сегодня с вами?

— Не знаю, я в самом деле этого не знаю, — произнес Даниил.

— Хорошо. Тогда скажите, кто скрывался под маской черта, сидевшего с вами, вашей женой и сестрой за столиком?

— Это был Альберт Романовский, мой друг, — ответил Даниил.

— Наконец-то вы начали говорить правду. Вы не знаете, где он сейчас?

— Вероятно, дома, — пожал плечами Даниил. — Умоляю вас, давайте поговорим завтра, я тоже хотел бы сейчас оказаться дома.

— Еще два вопроса, последних. Что за человек скрывался под костюмом утопленника?