Возвращение - Дженнифер Арментроут

Титан приблизился губами к моим губам, и страх сковал мою грудь железными тисками. Я снова попыталась ударить его, но Гиперион перехватил мою руку, развернул меня и швырнул на машину. У меня затрещали все кости. Убрав руку с моей шеи, он положил ладонь между моих грудей. На миг мне показалось, что он решил меня облапать, но тут Титан вдохнул – и его ладонь прилипла к моей грудине.

Что-то пробудилось во мне, подобно гиганту, который прежде дремал в глубинах моего существа. Словно маленький смерч, тепло устремилось к ладони титана. Гиперион улыбнулся, и в его глазах снова блеснуло серебро. Я содрогнулась всем телом, тепло превратилось в жар. Внутри меня что-то происходило – что-то покидало меня, – и мне было больно, так же как как при укусе демона, только еще сильнее. Я закричала.

– Эй, Гиперион.

Титан отпрянул и повернул голову. Тянущее чувство ослабело. Тяжело дыша, я из последних сил попыталась отодвинуться как можно дальше. По шее текли теплые струи. Это кровоточили царапины, которые оставили его когти.

– Да, это я тебя зову, козел. – Сет стоял рядом, сжимая в руке кинжал. С уголка его губ стекала струйка крови. – Неужели ты и есть Гиперион? Жалкое зрелище. Я ожидал парня побольше.

– Правда? – спросил Титан, отпуская меня. – Может, у тебя есть предсмертное желание? Я с удовольствием его исполню.

Я упала на колени. Перекатившись на спину, я прижала руку к животу. Когда я подняла голову, жжение сменилось пульсирующей болью.

Сет и Гиперион сошлись лицом к лицу.

Битва была безумной – и неравной. Посыпались удары. Мощные, тяжелые пинки. Сет был быстрее, но Титан казался неуязвимым. Кое-как поднявшись на ноги, я вылезла из-за машин и принялась искать обрез. Вряд ли бы это нам помогло, но ничего другого все равно не было.

Сет присел и прыгнул, чтобы нанести удар ногой, но Гиперион отшатнулся, увертываясь, а потом, развернувшись, с силой толкнул меня в спину. Я полетела вперед и ударилась о землю. В ушах зазвенело.

Секунду я не могла пошевелиться. Я распростерлась на земле, спину обожгло болью, тело отказывалось реагировать на команды мозга. Я слышала, как тяжелое дыхание, звуки ударов. Небо озарилось ярким янтарным цветом, словно его пронзила золотая молния.

Гиперион расхохотался.

Настал наш последний час. Страх отнимал остатки сил. Подняв голову, я увидела обрез возле тела дедушки. Слезы застилали мне глаза. Я не хотела умирать. Уж точно не так. Я не хотела, чтобы, защищая меня, погиб Сет.

Собрав всю волю в кулак, я перекатилась на живот и схватила обрез. Руки дрожали. Я снова легла на спину, подняла обрез и наставила его на Титана, который держал Сета за горло. Взмолившись о спасении, я спустила курок. Отдачей меня отбросило обратно на землю, но я успела заметить, как дробь попала в спину Гипериону. Он разжал свою хватку и пошатнулся. Из приличной дыры у него на спине повалил дым. Обернувшись, Титан улыбнулся и сплюнул кровь, которая свернулась, едва коснувшись земли.

Вот дерьмо.

– Как грубо, – прорычал он, сделал шаг в мою сторону и улыбнулся, по-настоящему. Я выстрелила ему в спину, а он еще улыбался!

Дрожащими пальцами я попробовала снова взвести курок, но в этот момент Сет приготовился нанести смертельный удар.

Что-то просвистело у меня над головой, и вдруг Гиперион пошатнулся и упал на одно колено. Но я не спустила курок. Сет застыл с кинжалом в руке.

В плече титана застряла стрела – деревянная стрела, которая загорелась и рассыпалась пеплом. Еще одна воткнулась ему в грудь.

Мне на плечо опустилась рука, и я испуганно вскрикнула. Развернувшись, я приготовилась выстрелить, но оказалась лицом к лицу с божественно прекрасной женщиной.

Она была похожа на эльфийку.

Прямо как из «Властелина колец».

Заостренные уши и подбородок. Высокие скулы. Длинные каштановые волосы. Ее кожа чуть мерцала, словно увлажненная росой. На женщине был обтягивающий зеленый комбинезон. Ее белые глаза смотрели прямо на меня. Вдохнув, я ощутила запах плодородной почвы и яркого солнца.

– Нас прислал твой отец, – сказала она голосом звонким, как весенняя капель, и повесила арбалет на плечо.

Нас?

Тут я увидела, как из леса выходят десятки женщин, точь-в-точь таких, как и та, что опустилась рядом со мной на колени. Были и мужчины, одетые в штаны из звериных шкур. Их кожа мерцала на солнце. У каждого в руках был лук.

Женщина помогла мне встать.

– Тебе нужно идти. Яд действует лишь несколько секунд.

Едва дыша, я посмотрела на Гипериона. Он неподвижно стоял на одном колене, уставившись прямо перед собой.

– Яд?

– Кровь Пегаса, – улыбнувшись, пояснила женщина. – На короткое время она способна парализовать любого.

Сет подошел ко мне, глядя на женщину со смесью восхищения и тревоги.

– Ты нимфа, но… – Он замолчал, увидев мужчину, который подошел к Гипериону сзади и приставил стрелу к его голове.

– Мы все нимфы, – молвила женщина. – Вопреки тому, что о нас рассказывают, среди нас есть и женщины, и мужчины. Но вам пора. Он скоро придет в себя.

– Спасибо. Повеселитесь с этим мерзавцем. – Сет сунул кинжал в ножны и повел меня к машине.

Я остановилась.

– Подожди. Моя бабушка?

– Ее больше нет. – Нимфа вдруг оказалось прямо передо мной. Ее глаза смотрели прямо в мои. Сет словно окаменел. Лицо выражало сочувствие. – В этом доме ничего живого не осталось.

Ее слова больно ударили меня. Сердце сжалось в груди, готовое разлететься на крошечные осколки. Бабушка с дедушкой меня вырастили. Они любили меня, и я любила их всей душой. Какие-то полчаса назад бабушка крепко обнимала меня, и мы все вместе сидели за столом. Но их больше не было. За что? Это невозможно было понять, тем более принять. Я чувствовала, как Сет осторожно подталкивает меня к кабине. Слез не было, но я почти ничего не видела. Я молчала, но мне казалось, что я исступленно кричу.

Когда Сет открыл дверцу, рядом с нами вдруг возник мужчина-нимфа. Вблизи он оказался красив той же неземной красотой, как и его спутница.

– Твоя мама в безопасности, – сказал он. – Твой отец об этом позаботился.

Я смотрела на одного из своих чудесных спасителей, но слова не шли. Сет помог мне сесть в машину, и я уставилась прямо перед собой, ничего не видя и не слыша ни единого слова из того, что Сет говорил, пока садился за руль и отъезжал от останков моего дома.

Только когда мы выехали на дорогу, я поняла, что до сих пор сжимаю в руках обрез.