Мой милый ангел - Патриция Грассо

– Саманта застенчива и после ушиба ноги немного прихрамывает. Все же вы думаете, что у нее есть сегодня шансы потанцевать?

– Конечно! Ее непременно кто-нибудь пригласит. Но, извините, очередь гостей, желающих поприветствовать хозяев дома, значительно сократилась. Может быть, и нам надлежит исполнить этот ритуал?

– Ритуал уважения к Эмерсонам? Что ж, можно. Но я не в силах заставить себя уважать в. се это семейство. Особенно – его главу!

– И тем не менее пойдемте!

– Пойдемте.

Когда они, выстояв несколько минут в очереди гостей, подошли к Чарлзу Эмерсону, тот немедленно отпустил комплимент Анджелике:

– Леди, вы сегодня просто неотразимы!

– Я всегда такая, милорд, – ответила она, вовсе не смутившись и изобразив на лице лучезарную улыбку. – Но все же благодарю за теплые слова. И за то, что были так добры пригласить меня на бал.

– Мне приятно видеть вас у себя! – ответил Эмерсон с легким поклоном.

– Не возражаете, если чуть позже мы встретимся за игорным столом? – с почти открытым вызовом спросила Анджелика.

По сузившимся глазам Эмерсона она поняла, что до того уже дошли слухи о неудаче Тримбла при игре в кости.

– Извините, миледи, но сегодня я исполняю обязанности гостеприимного хозяина. Когда-нибудь в другой раз.

– С нетерпением буду ждать! – улыбнулась Анджелика.

Когда они снова вошли в танцевальный зал, Роберт нагнулся к уху спутницы и прошептал:

– Вы не встретитесь с Эмерсоном за игорным столом! Слова, сказанные шепотом, прозвучали приказом.

Этого Анджелика не могла вытерпеть. В ее глазах зажглись злые огоньки.

– Знаете, займитесь-ка лучше Тримблом, Дринкуотером и Мейхью, – фыркнула она. – А Эмерсона я возьму на себя!

– Я вам запрещаю!

– Ваших приказов я исполнять не намерена!

– Это мы еще увидим!

– Черт побери, увидим!

Роберт, казалось, пропустил мимо ушей последнюю реплику и тут же подошел к Саманте.

– Смею ли я пригласить вас на следующий танец? – Он склонил голову перед залившейся румянцем девушкой.

Ощущение какого-то непонятного страха, охватившее Саманту с того момента, когда она переступила порог дома Эмерсонов, сразу же исчезло. Девушка посмотрела на Роберта и счастливо улыбнулась:

– Конечно, смеете! Но нельзя ли сделать это чуточку позже? Я еще не пришла в себя от всей этой обстановки.

– Я вас отлично понимаю!

– Тогда с вами буду танцевать я! – воскликнула Виктория и выжидающе посмотрела на Роберта.

Но тут же услышала за своей спиной назидательный голос тетушки Рокси:

– Женщины не приглашают мужчин на танец.

– Но я сам только что хотел пригласить мисс Викторию на следующий тур вальса.

Он взял девушку за руку и вывел на середину зала.

После Роберта с Викторией танцевал Александр Эмерсон. Анджелика же в это время вальсировала с Джеймсом Армстронгом, а затем – с Адамом Сент-Обином, который и вернул ее Роберту после окончания танца.

– Почему с вами отказалась танцевать Саманта? – спросила Анджелика.

– Саманта должна немного успокоиться. И когда придет в себя, то станет танцевать со мной.

В эту минуту в зал вошла Венеция в сопровождении высокого, смуглого и очень красивого джентльмена. Подойдя к Анджелике, она сказала:

– Я привела с собой принца Рудольфа. Ведь вы с ним старые друзья и, конечно, будете рады этой встрече!

Анджелика в первый момент была просто шокирована столь неожиданным нападением. Но тут же взяла себя в руки, поняв, что единственным выходом из столь пикантной и опасной ситуации может быть продолжение начатой игры. Поэтому она приветливо улыбнулась принцу:

– Ваше высочество, вот мы и снова встретились!

– Боже мой, какое формальное приветствие для старых друзей! – ответил принц, моментально угадавший, что Анджелика ведет какую-то интригу и предлагает ему в ней участвовать.

– Ну что вы, Руди! – продолжала щебетать Анджелика. – О какой формальности может идти речь?! Ведь я действительно очень счастлива снова вас увидеть! Вы, конечно, помните моих милых сестер – Саманту и Викторию?

– Вы же отлично понимаете, что забыть таких очаровательных девушек просто невозможно! – продолжал подыгрывать принц. При этом Рудольф посмотрел на Саманту с таким восхищением, что та покраснела.

Венеция же явно чувствовала себя не в своей тарелке. Помолчав, она повернулась к Роберту:

– Разве у вас нет желания пригласить меня на танец?

– Боже мой, конечно! Танцевать с вами – одно удовольствие!

Анджелика подождала, пока Роберт и Венеция не закружились в очередном туре вальса, после чего обратилась к принцу Рудольфу:

– Спасибо, ваше высочество, за то, что поддержали мою легенду.

– А чем была вызвана эта маленькая ложь? – с хитрой улыбкой спросил принц.

Анджелика густо покраснела и смущенно ответила:

– Видите ли, я солгала Венеции, будто бы еще на континенте отклонила ваше предложение руки и сердца.

Принц, вместо того чтобы рассердиться, неожиданно громко рассмеялся:

– И тем самым, конечно, навсегда разбили мое сердце и сделали несчастнейшим человеком на земле?

– Опустошила вашу душу.

Теперь они оба расхохотались, после чего Рудольф, подмигнув Анджелике, пообещал:

– Я буду свято хранить ваш секрет. Будьте уверены! – И вдруг совершенно неожиданно повернулся к Саманте: – Миледи, не согласились бы вы оказать мне честь и подарить один танец?

Саманта вспыхнула, с удивлением посмотрела на принца и смущенно пробормотала:

– Ваше высочество! Я… я… недавно сильно ушибла коленку и до сих пор немного прихрамываю.

– Нога болит?

– Нет.

– Тогда пойдемте танцевать! – И Рудольф подал девушке руку. Саманта вложила свою ладонь в его, и они включились в общий танец…

– Я пока немного отдохну в зале, – крикнула Анджелика вслед Саманте и направилась к выходу.

– А я останусь здесь, – подхватила Виктория. – Вдруг Александр пригласит меня!

– Но не танцуй более двух раз с одним и тем же кавалером, – напомнила сестра наставления тетушки Рокси. – Особенно опасайся Эмерсона!

Оставшись одна в уютном холле, Анджелика задумалась о своих младших сестрах. То, что Саманта оказалась способной ученицей старшей сестры и сейчас танцевала, не было большим чудом. Но все же Анджелика испытывала за это чувство благодарности к принцу Рудольфу. Теперь оставалось только обучить Викторию математике! И тогда Анджелика могла бы считать свой долг перед младшими сестренками почти исполненным…