Роковой шторм - Дженнифер Блейк

Голос прозвучал ровно, словно слова перестали ранить его. И все-таки Джулия обронила:

— Жаль.

— Чего? — лениво спросил он, поглаживая ее запястье.

— Жаль, что ваша мать именно такая, и раньше я сомневалась в ваших словах.

— Повернитесь, — приказал он, дергая ее за руку. Рука Реда обвилась вокруг талии и рывком усадила ее на постель. Джулия, в первый момент подумавшая, что он хочет застегнуть пуговицы на платье, через секунду поняла свою ошибку.

— Что вы делаете? — спросила она, чувствуя, что спина вновь обнажена. Она попыталась встать.

— Я подумал, вы захотите доказать, как сильно вы раскаиваетесь, — произнес он, лаская губами ее голое плечо.

Джулия дернулась, точно ее ужалили.

— Непонятно, откуда у вас такие мысли.

— Не понимаете? — пробормотал он, легонько покусывая ее и все крепче прижимая к себе.

Джулия, пытаясь вырваться, ухватилась за стол, но он вернул се.

— Это все, о чем вы думаете? — спросила она с иронией.

— С недавних пор, — признался Ред.

— Скоро стемнеет, — выдохнула Джулия.

— Да, — произнес он с усмешкой. — Этого-то я и дожидаюсь. — Он просунул руку под корсаж, развязывая ленты ее сорочки.

— Ред…

— Да, любимая?

Она глубоко вздохнула, на сей раз этим ограничивая свое сопротивление. Он прижал ее к себе и недвусмысленно откинул покрывало.

Джулия, уже смирившись, бросила взгляд на простыни и застыла при виде красновато-бурого пятна на смятой поверхности. Гнев и отвращение волной нахлынули на нее. Оттолкнув Реда, она рывком вскочила на ноги.

— Вы лгали мне, — прошептала она.

Расстегнутое платье сползло на пол. Яростным движением она отбросила его прочь. Черная сорочка с низким вырезом едва прикрывала ее грудь, подчеркивая белизну кожи. Ред сглотнул, пытаясь отвести взгляд.

— Насчет чего? — хрипло спросил он.

— Вы говорили, что провели со мной ночь на борту «Си Джсйд» перед нашей свадьбой.

— Верно, — он нахмурился.

— Вы не могли этого сделать!

— Еще как мог!

— Тогда как объяснить… — Джулия махнула рукой в сторону постели.

— Я же не утверждал, что занимался с вами любовью, — ответил он, быстро взглянув в указанном направлении.

— Нет? — усомнилась она. — Но тогда вы хорошенько постарались, чтобы я так думала!

— Если мне не изменяет память, я сказал лишь то, что вы пригласили меня провести ночь в своей каюте и утром согласились выйти за меня.

— Я проснулась нагая…

— Верно, но если постараетесь, вы вспомните, что в ту туманную ночь пошел дождь. Вы промокли, неужели я мог допустить, чтобы вы получили воспаление легких? Вы продрогли и не хотели оставаться одна. Разве я мог бросить вас в темноте?

Хотя это прозвучало очень убедительно, она все равно не верила ему.

— Вы отрицаете, что умышленно заставили меня подумать, будто я позволила — даже пригласила вас… — Пристальный взгляд Реда заставил ее замолчать.

— Да? — спросил он. — Продолжайте.

— Вы знаете, что я хочу сказать! — гневно воскликнула Джулия.

— Да. — На губах его играла легкая улыбка. — Почему вы приписываете мне такой поступок?

— Я думаю, этим вы хотели заставить меня согласиться на нашу поспешную свадьбу, а вовсе не для того, чтобы поднять шум перед слугами или даже дядей с тетей.

— Вы близки к истине. В своей самонадеянности я полагал, что вы скорее решитесь на то, что произошло между нами ночью, чем вернетесь в гостиницу к грубому Марселю.

Румянец, вспыхнувший на ее щеках, свидетельствовал об успехе этого внезапного вывода. Несмотря на это, Джулия тряхнула головой и подбоченилась.

— Уж не думаете ли вы, что я благодарна вам за столь подлый, низкий трюк? За то, что вы воспользовались моей слабостью и несчастьем, чтобы одурачить меня?

Прежде чем она успела опомниться, Ред соскочил с постели, обнял ее за талию и притянул к себе.

— Нет, нет, дорогая Джулия. В последнюю очередь я жду от вас благодарности. Утром в день венчания я видел ваше красивое исцарапанное лицо и затравленный взгляд. Я чувствовал, что вы ускользнете от меня, не в силах вынести моего прикосновения, тем более близости. Но вчера все изменилось. Все происшедшее изгладилось из вашей памяти и вы, как дитя, нежное, доверчивое, прекрасное, искали у меня защиты. Я держал вас в объятиях, сходя с ума от одной только мысли, что вы можете никогда в них не вернуться. Я дал вам время забыть об уродливой стороне мужского желания. Разве этого недостаточно? Я считал, что, отдавшись мне однажды, вы будете не прочь это повторить.

Она оставалась напряженной, стараясь, насколько возможно, не обращать внимания на сильное мускулистое тело, прижатое к ней, и на отчаянную мольбу в его глазах.

— Тем не менее все это делалось исключительно ради вашего собственного будущего удовольствия, — проговорила она, не разжимая губ.

— И вашего тоже, — сказал он тихо, наклоняя голову и ища ее губы, пробуя их, дразня обещанием чувственного наслаждения.

Джулия смешалась. Подсознание твердило ей, что она — лишь орудие, используемое в каких-то низменных целях а на самом деле она желала поверить Реду, смириться, насладиться теплом его поцелуев. Когда он вновь стал ласкать ее, она почувствовала, что сдается. Резким движением Джулия высвободилась.

— Вы, должно быть, считаете меня простушкой, которую ничего не стоит одурачить, — сказала она, вытирая губы. — Думаете, я позволю вам прикасаться к себе, зная, что вы сделали? Вы настоящее животное! Вам бы только насытить свою плоть!

— Вполне возможно, — протянул он, подкрадываясь к ней в своей великолепной звериной наготе.

Джулия отступила в сторону, расширив глаза. Несколько быстрых движений — и между ними кресло с высокой спинкой. Отброшенное Родом, оно покатилось по натертому полу. Джулия метнулась в сторону, едва увернувшись от него, и бросилась в гостиную. На одном из столов стоял шахматный прибор из инкрустированного камня, присланный Тадеусу Бакстеру с Востока. Джулия одним движением сгребла со стола фигуры и прижала к себе. Когда Ред появился в дверях, она бросила ферзя, целясь ему в голову, и быстро отступила за диван. Он инстинктивно поймал первую фигуру и увернулся от второй, но слон ударил его по плечу, а пешка угодила в скулу. Последовавший за этим целый град шахматных фигур он встретил с проклятьем. Джулия, вскрикнув, уклонилась от лобовой атаки и ускользнула бы от него, если бы он не ухватился за шелк ее сорочки, а секундой позже — за концы волос. Одним движением Ред намотал длинные пряди на руку и заставил ее приблизиться. Затем, коротким рывком освободив волосы, он обнял ее. Рука Джулии скользнула змеей, пытаясь расцарапать ему лицо, но в дюйме от цели он перехватил и выкрутил ее за спину. Другая ее рука оказалась зажатой между ними. Она закрыла глаза, подавляя слезы отчаяния и бессилия. Ред обнял ее крепче.