Ставка на тебя - Анастасия Ридд

– Готова к самостоятельному плаванию? – уточняет он и, дождавшись, пока я кивну, разжимает руки, которые до этого поддерживали меня за талию.

Мы плаваем вокруг яхты минут двадцать. Стас снова не ошибся – купание с ним доставляет мне огромное удовольствие. И даже когда я начинаю уставать от активных движений и Крестовский начинает звать меня обратно на борт, мне совсем не хочется вылезать из воды.

– Достаточно, Александра, – строго говорит мужчина, настигая меня в два резких гребка. – Чуть позже еще окунемся, если захочешь.

– Минуточку, – прошу я, беззаботно улыбаясь.

– Ты так говорила две минуты назад, – напоминает он с усмешкой. – Мы не успеем доплыть до валунов, если не поторопимся. В пять нам надо быть дома.

– Почему? – чувствую укол разочарования от того, что этот прекрасный круиз скоро закончится.

– У меня дела.

Вздыхаю с сожалением и, в последний раз нырнув, плыву к лестнице, поднимающейся из моря к яхте.

На борт я забираюсь первая. Хватаю полотенце и оборачиваю его вокруг груди, второе беру для Стаса, но стоит ему выйти за мной следом и протянуть руку, я отскакиваю от него вместе с полосатым махровым прямоугольником.

Тень недоумения на его лице сменяется широкой улыбкой – схватив полотенце за свободный край, он притягивает меня к себе вместе с ним.

– Поиграем? – спрашивает насмешливо, обхватив меня за талию.

– Пусти, Стас, – смеюсь я, стараясь шлепнуть его ладонью по груди.

– Не я это начал, – напоминает он и от его бархатистого голоса у меня вдоль позвоночника начинают бегать мурашки, грудь тяжелеет, а низ живота наполняется томительным предчувствием.

– Стас, – выдыхаю я, цепляясь за его плечи.

Игривость как рукой снимает. Вместо неё пространство между нами заполняет отчетливое сексуальное напряжение. Взгляд мужчины становится тяжелее. Мягкий и в то же время властный, по-мужски откровенный, он буквально обжигает. Он переводит его с моих глаз ниже – на изгиб рта.

– Испугалась? – спрашивает хрипло.

– А я должна?

– Если я тебя сейчас поцелую, то остановиться не смогу, – предупреждает он. – Есть от чего разволноваться.

– Может быть… – я облизываю пересохшие губы, не веря, что у меня действительно хватит смелости произнести то, что вертится на языке. – Может быть, я не захочу, чтобы ты останавливался.

Его губы трогает улыбка. Самоуверенная, чувственная, крайне сексуальная. Тёмная голова склоняется ниже. Два полотенца – его и мое, соскальзывают вниз, опускаясь мягким облаком у наших ног. С низким стоном Стас склоняется надо мной, а через мгновение его горячие губы и жадный язык овладевают моим ртом в чувственном поцелуе, от которого у меня подгибаются колени и кружится голова.

Вкус морской соли на губах, скользящие движения его языка, крепкие руки, которые я ощущаю на своем теле… И ощущения – такие дикие, примитивные, такие пьянящие…

Громкий звук рупора береговой охраны заставляет нас смущенно отскочить друг от друга. Стас грубо ругается, запускает ладонь в волосы, потом неловко наклоняется и, подняв с палубы полотенце, накидывает мне его на плечи.

– Я разберусь, – говорит он хрипло и, развернувшись, идет встречать патруль.

Отсутствует он едва ли пять минут, но этого времени мне хватает чтобы немного прийти в себя. Дрожащими руками я промокаю полотенцем волосы и тело, потом нахожу свою одежду и натягиваю ее на себя. На столике у штурвала остались закуски и лимонад. Наливаю себе напиток, чтобы смочить пересохшее горло, но морщусь, когда понимаю, что под горячим солнцем он так нагрелся, что его невозможно пить.

Стас возвращается, когда я поднимаюсь по лестнице со свежей порцией льда.

– Будешь? – спрашиваю я, указывая на лимонад.

Лёд звякает в стеклянном бокале. С трудом удерживая графин, разливаю по бокалам напиток и один из них подаю мужчине.

– Поговорить не хочешь? – спрашивает он напряженно.

Избегая смотреть ему в лицо, отрицательно качаю головой. Что тут скажешь… Я его хотела. Теперь это не скроешь за чинным фасадом. И говорить об этом мне совсем не хочется. Но провести остаток этого морского приключения в тишине?…

– Расскажи мне что-нибудь о себе, Стас, – поражаюсь этой просьбе, но понимаю, что рада, что у меня хватило смелости ее озвучить.

– Полагаю, ты изучила «Гугл», – он иронично выгибает бровь.

– Изучила, – отвечаю я, чувствуя, что краснею. – Но это логично в моей ситуации.

– Понимаю.

– Значит, не расскажешь?

– Что ты хочешь знать, Саша? – он вздыхает и садится на палубу.

– Что-то, что не знает никто другой.

Секунд десять Крестовский задумчиво изучает море за моей спиной, потом делает глоток лимонада и глядя прямо мне в глаза, произносит:

– Ты понравилась мне еще на террасе. Я потом задавал себе вопрос, возникла бы у меня идея проучить твоего мужа подобным образом, если бы не ты.

– И? – спрашиваю я, ощущая как в груди от его признания бешено колотится сердце.

– Врать тебе я не стану. Думаю, мы оба знаем ответ на этот вопрос.

Поставив стакан на столик, я обхватываю себя руками. От его правды тело сковывает озноб.

– Откровенность за откровенность, Александра, – произносит Стас. – Моя очередь спрашивать. Почему ты была с ним все это время? Я шапочно знал его пару лет. Он постоянно играл. Ты не кажешься мне глупой женщиной. Тогда почему?

– Потому что я любила его, – это признание срывается с губ совершенно спокойно. – И однажды выбрала его и решила связать с ним свою жизнь. Мы не отказываемся от близких людей, когда они совершают ошибку.

– И что же, то, что он поставил тебя на кон ты тоже считаешь ошибкой? – резко уточняет Крестовский.

Видно, что эта тема его злит, но мотивы этой злости мне остаются совершенно непонятны.

– К чему сейчас обсуждать это, Стас? – я пожимаю плечами. – Я здесь. Он там. Когда я вернусь, я подам на развод.

– Тебе тогда нужно было просто встать и уйти, Саша. Тебя бы никто не задержал.

– А Денис? Что бы стало с ним?

– Для него это было бы хуже проигрыша. И его бы больше никогда не пустили на порог моего казино. Но ты была бы свободна.

Стас привозит меня в особняк и забегает буквально на пару минут, чтобы принять душ и переодеться. Я даже не скрываю своего огорчения. После