Самая приличная ведьма - Анна Викторовна Батлук

Я закусила от досады губу и повернулась, ища глазами Кромберга. Глава гильдии отодвигал для Герти стул. Будущая супружеская пара собиралась отдыхать в противоположной от нас половине зала, и удивительно, что Ригерлаш разглядел Кромберга, сидя к нему спиной. Вот еще один плюс в копилку возмущений по поводу неуважения офицера к моей женской привлекательности. Следом за парочкой за стол их садились и будущие родственники Кромберга: мэр нашего города и его пречудесная матушка, знакомство с которой я до сих пор вспоминала с содроганием.

— Скорее, — поторопил меня Ригерлаш, а я вздрогнула и достала из кармана мешочек.

— Что вы затеяли?

Мне было безразлично, что он ответит. Единственное, чего я желала, — не расплакаться. Горло сковало горечью, и каждое слово давалось с трудом. Офицер мне ничего не обещал, но я винила его именно в этом.

— Говорил же, что ваша задача — создать проклятие, а вот замаскировать его — моя забота. Как активировать?

— Словом, — пробормотала я, отводя взгляд в сторону. Не думала, что придется открывать его кому-то постороннему. — Скажите: козлина.

Ригерлаш хохотнул, но тут же посерьезнел.

— Вы страшная женщина, госпожа Беллингслаузе.

Я дернулась, будто мне дали пощечину. «Страшная женщина». Это было последнее, что мне хотелось услышать. Нервными движениями, стараясь сдержать дрожь, вытерла рот салфеткой и криво улыбнулась.

— О да, офицер. Благодарю, что заметили.

Ригерлаш уже приподнялся над стулом, но замер, по-видимому, заметив мое кислое выражение лица.

— Что-то не так?

— О, что вы, — ужаснулась я. — Идите-идите, офицер. Скорее, не то Кромберг нас заметит.

Ригерлаш помедлил мгновение, но все же кивнул и направился в сторону Главы гильдии и его будущей семьи. Я же решила, что с меня хватит отдыха и, отбросив салфетку в сторону, тоже встала из-за стола. Администратор настороженно смотрел на меня, уверенный, что я затеяла новую пакость, но пришлось его разочаровать. Шоу не будет. Не одной же мне сегодня разочаровываться?

На прощание я махнула администратору рукой и покинула ресторан.

Глава 14

Уго и Тиль моего возвращения ждали. И если для духа это было нормально, они в принципе не спят, то Тиль удивила. Хотя для меня сейчас удивление было недоступной реакцией: слишком устала.

— Франни, что случилось? — высунулся из картины Уго. — Этот гад тебя обидел?

И не признаешься же, что да, обидел. Ведь предупреждали меня. И как знать, если бы не было этих предупреждений навязчивых, я бы и не возомнила о себе и Ригерлаше невесть что. Так что совершенно рационально я принялась злиться на своих помощников, отмахнулась от их вопросов и улеглась спать. Хотелось еще и поплакать, но вовремя вспомнила, что я приличная ведьма и мне не по статусу лить слезы из-за какого-то мага.

А ночью мне опять приснилась Ангелика. Теперь главная ведьма не смеялась, а смотрела волком. Да и речи ее дружелюбием не отличались: Ангелика напомнила мне о договоре и сообщила, что время истекает. В принципе, это было ожидаемо, но вот то, что главная ведьма сказала после, оказалось совсем странным.

— Если не получится разорвать помолвку, Франни, — издевательски сообщила ведьма, — у полиции появятся доказательства твоей вины.

Она не сообщила, о какой вине идет речь, но что-то мне подсказывало: в свете последних находок уточнений и не требуется. Ангелика в курсе, что происходит в Велтоне, и при этом имеет какое-то влияние на ситуацию. И как прикажете мне на это реагировать?

Утро началось не с кофе, а с допроса. Я открыла глаза, и первое, что увидела, был полупрозрачный силуэт неупокоенного духа.

— Проснулась! — радостно вскричал Уго. — Тиль, иди сюда.

— Я бы не проснулась, если бы кто-то не сверлил меня взглядом, — я перевернулась на живот и уткнулась в подушку. — Уйди, а то изгоню.

Но тут подоспела Тиль, а ее угрозами изгнания запугать было намного сложнее. В итоге мне пришлось рассказать, как прошел вчерашний вечер. Уго внимательно слушал о событиях в часовне, а вот когда я перешла к рассказу о ресторане, отвлекся. Переглядывался с Тиль и вообще выглядел рассеянным. Я сложила руки на груди и сердито поджала губы.

— Нет, Уго, ты, конечно, можешь проигнорировать мой рассказ, но учти: повода позлорадствовать на тему «я же говорил» у тебя больше не появится.

— Да-да, — дух задумчиво кивнул. — Ригерлаш скотина.

— Так, — насторожилась я. — О чем ты думаешь сейчас, Уго?

Дух молчал, а Тиль всплеснула руками.

— Ой, мне же шить нужно.

— Стоять! — суровым тоном приказала я. — То есть я вам все секреты выкладывай, а вы мне ничего сообщить не хотите?

И уставилась на Тиль, так как слабым звеном в цепочке предателей была именно она.

— Это не мой секрет, — пискнула девушка. — Пусть Уго рассказывает.

Дух сердито зыркнул на сообщницу, и уверена, мгновение колебался между тем, чтобы все мне рассказать, и желанием спрятаться в картину и промолчать. На его счастье, выбрал он первое.

— Что рассказывать? — ворчливо начал Уго. — Так я и думал, что тело мое неподалеку от часовни спрятано было.

Не сиди я на кровати, точно бы от такого известия рухнула на пол, но мне повезло и потому я просто ошалело прижала руки к груди.

— Твое тело?!

— Да, Франни, да. Я один из тех, кого убил этот ваш, который против «кружка по интересам».

Поверить в это было не так просто, и я вполне обоснованно засомневалась. Посмотрела на Уго, нахмурившись, и сложила руки на груди.

— И почему ты молчал тогда?

— Потому что не помнил! — дух приподнял плечи, как если бы тяжело вздохнул. — Первое время я вообще ничего не осознавал, с трудом вспомнил часть своего имени, позднее, исключительно из-за того, что тебе понадобилась помощь, обрел воспоминания о роде своих занятий. Это как жить с ватой вместо мозгов — мысли тягучие и медленные. И часть ваты удаляется, только если тебе необходимо конкретное воспоминание. Правда предсказать, какой именно участок очистится, невозможно.

Тиль так бодро кивала, подтверждая каждое слово Уго, что я заподозрила неладное.

— А как тогда догадался, что был убит? Ты увидел убийцу?

— Нет, если