Украсть право первой ночи - Наталья Александровна Сапункова

Однако теперь Ивин Монтери не желал себе другой женщины. И кто виноват, что больше никто не посмотрел на Марису внимательно? Никто не увидел. А он наконец рассмотрел её глаза – они серо-голубые, уходящие в зелень. Они похожи на море. Они невероятные. А он недавно не мог описать Маргарете, какие у Марисы глаза… теперь запомнил.

– Ты колдунья… – шепнул он ей в который раз. – Не возражай, я точно знаю.

– Поверю, милорд… Ивин, – она улыбнулась. – щекотать не надо…

– Сёстры бывают разные, и братья тоже, – сказал он ей немного погодя. – Моя сейчас на меня обижена. Считает, что из-за меня не может выйти замуж, а ей уже скоро двадцать лет. Старость, пора заказывать гроб.

– Да вы с ума сошли, милорд, что за шутки?! – Мариса даже села на постели.

– Ладно тебе, действительно шутка, неудачная, – он обнял её, потянул обратно, заставив упасть на себя. – Тебе вот сколько лет?

– Скоро двадцать один. Тоже много.

– По мне это не старость. Я поссорится с дядей, который решил выдать мою сестру замуж и добавить приданое. Значит, я самый худший брат. Она сдаст меня дяде из лучших побуждений.

– Мне не верится. Простите.

– Не верь. Но проверять мы не будем. Мариса, меня другое волнует. А ты не можешь быть в родстве с графом Финерваутом, нет таких предположений? – он высказал наконец мысль, которая пришла в голову и не спешила уйти.

– С чего бы, милорд? Откуда у меня такое родство? – изумилась Мариса.

– Очень просто. Или на тебе всё-таки есть амулет, но мы не понимаем, что это. Или амулет – это твоя кровь. Ты почти на два года старше леди Минель, дочери графа Ингарда. Граф много путешествовал. Может, твоя мать не случайно здесь оказалась? У графа есть брат, он полноценный колдун, в юности ушел в Цитадель. Это значит, что он больше не принадлежит семье и не наследник, но кровь в нем по-прежнему та, с которой он родился. Жениться ему нельзя, а вот… ты меня поняла. Наконец, есть и другие родственники.

– Я поняла, – Мариса кусала губы. – Нет у меня таких предположений.

– Хорошо…

– А как звали хозяйку этой башни? – спросила Мариса. – Вы знаете? Кем она была?

– Тёткой графа Ингарда. Родной сестрой его отца. Её звали леди Филомена… вроде бы. Вообще, меня ей не представляли. Когда мы с отцом здесь гостили, её не видели. Она была затворницей.

– Вы с вашим отцом часто бывали здесь? – заинтересовалась Мариса.

– Отец бывал не раз. А я лишь однажды, ради помолвки с Минель Раузаг.

– Что стало с леди Филоменой?

– Тоже умерла, вскоре после графа Ингарда.

– Отчего умер граф Ингард? – Мариса сыпала вопросами, напряглась вся, нахмурилась.

– Не знаю. Заболел. Эй, что с тобой? – он попытался её обнять, но она отстранилась.

– Леди Филомена была колдуньей, затворницей, как ты говоришь. А чем она тут занималась?

О, она сама перешла на «ты»? Ему нравилось.

– Понятия не имею! Старуха оттачивала навыки? – он рассмеялся. – Никогда не думал об этой особе.

– Ивин, мы в её доме! Мы не знаем что-то важное для нас. Наверху – библиотека этой леди!

– Ты права, – Ивин посерьезнел, кивнул, – я не заметил там ничего стоящего, но надо проверить. Мы успеем. Что это? – он прислушался.

Откуда-то снаружи донёсся собачий лай.

– Сиди тут, – велел он Марисе и кинулся одеваться.

Теперь они слышали звук охотничьего рога, и опять лай, который приближался. Звуки охоты – ничего необычного. Странно, что до сих пор не случилось ничего такого. У графа высокий гость, который любит охоту!

Выйдя из башни, Ивин убедился, что охота приближается. Немного погодя он понял, что охота скачет как раз сюда, к ним. Вот зачем, о демоны? Леса ведь вокруг не маленькие!

– Что это, милорд? – Мариса тоже выглянула. – Это охотники, да?

Ещё бы эта любопытная кошка не высунула нос…

Из леса на лужайку перед башней выскочил небольшой лесной олень и замер, как вкопанный, глядя на них большими влажными глазами. Молодой, глупый, красивый.

– Надо ему помочь! Спрячем тут, в башне, – Мариса прыгнула к оленю, Ивин поймал её и толкнул обратно.

– Сиди и не высовывайся, кошка! Эй, ты, беги! – последнее относилось к оленю, и ещё Ивин громко хлопнул в ладоши, прогоняя зверя.

Получилось – олень сорвался с места и умчался.

– Что вам стоило не мешать? Почему бы не спасти его? – крикнула Мариса со слезами в голосе. – Его сейчас догонят!

– Тебе объяснить, или сама сообразишь?!

Тем временем прямо перед ними из леса выскочили собаки и благополучно промчались мимо. Потом выехал всадник, почти сразу ещё двое…

Ивин затащил Марису, которая опять выглянула, внутрь башни – теперь она, дрожа, прижалась к нему. У него самого сердце стучало как сумасшедшее!

Охотники смотрели на них, но не видели. Немного задержавшись, они перебросились парой слов и пришпорили лошадей – проехали рядом с лужайкой, на которой находилась башня, не приближаясь слишком близко.

– Они нас не видят! – Мариса задышала спокойнее. – Смотрите, милорд! Точно ведь не видят.

– Похоже на то. Забавно. Жди тут, я посмотрю… – он хотел выйти наружу, но Мариса вдруг вцепилась в него, не пуская.

– Вы сумасшедший? А вдруг кто-то там всё видит, как и мы, просто этого не показывает? Ну не нужно ему?..

Это был правильный довод. Ивин остановился, обнял девушку.

– Ладно. Тихо…

Они смотрели, как мимо двигалась графская охота. Смотрели в открытую дверь, не прячась больше, чем это уже получилось. Пробежали собаки, проскакали охотники – Ивин многих мог бы окликнуть по имени. Граф и его гость были в числе первых, а последними, поотстав, ехали леди.

– Вон моя сестра, – показал Ивин на девушку в светло-розовом костюме на вороной лошади.

Среди женщин болтались несколько невразумительного вида молодых лордов, один держался рядом с Валиной стремя