Его тайные наследники - Дана Стар

Тимур Владимирович наконец отмирает. Он начинает в явной панике искать кого-то в толпе… ледяные глаза бегло бегают по залу.

Быстро прячусь за ёлкой. И вся горю от кипящего внутри меня адреналина! Что же сейчас будет… Титов предупреждал, что, если он ещё раз увидит моих проказников, я — увижу его истинное лицо. Демона…

Глава 24

Несколько недель назад…

 Тимур

Ритмичные басы звучат отовсюду, смешиваясь с весёлым гулом толпы. Я сижу за столиком в випке, мрачно наблюдая за всем происходящим. Мой диагноз — настроения ноль. Думал, поход в клуб хоть как-то поможет отвлечься, но я ошибся.

На душе кошки скребут. Устроили там, чтоб их, целую бойню. А всё из-за чего? Из-за девицы одной бойкой.

Смирнова…

Что ты только со мной делаешь?

Ведь не хотел же, не хотел! Выражениями бросаться. На взводе был. Тут встреча через два часа важная, а я к стулу приклеенный. Ни туда, ни сюда. Любимые брюки итальянские… Варвары мелкие!

Охранник прибежал ошалевший и давай резать, вызволяя меня из плена. Запаниковал, вместе с трусами отрезал. Такого кринжа не испытывал никогда.

И не уволишь же мамашу непутёвую! Не оштрафуешь. Рука не поднимается…

Сначала хотел к чёртовой матери вышвырнуть, ибо достал весь этот цирк с детским садом, что они мне тут устроили, но потом, когда остыл… Когда трусы новые одел и штаны — успокоился.

Без отца двоих упырей растит.

Идиот!

Погорячился…

На эмоциях грязи всякой наговорил.

Всё ей прощаю, даже не пойму почему.

И кофе, и рога на лбу зелёночные, и вот штаны теперь, порезанные.

Мне кажется, уволя её, оштрафуя, или что-либо ещё похуже — легче от этого не станет. Косяки, можно сказать, не рабочие. Жалость перевесила гордость, я не смог от неё избавиться.

Исключения делаю только в отношении неё…

И хрен знает почему.

Другим вторых шансов не даю.

Косякнул — на выход.

Услышал однажды, как она с сотрудницами общается, с каким восторгом новые идеи для проектов предлагает, так понял, что любит свою работу, предана ею.

Не любила, плохо бы здесь было, сразу бы ушла, после того, как услышала выброс в свой адрес «про бабушкин свитер».

Похоже, Смирнова действительно любит свою работу.

А я… полюбил её.

Да блин, что за бред?!

Только что в моих мыслях вспыхнул…

Ах-ха!

Похоже, переработался я, в отпуск пора…

Мозг уже с ума сходит, выдавая бредовые перлы.

Неожиданно, в толпе веселящихся, я замечаю весьма эпическую картину. Во рту пересыхает, брюки давить начинают, когда мой зоркий взгляд цепляется за незнакомую девушку с изумительной фигуркой, соблазнительно двигающуюся ко мне спиной.

Она покачивает бёдрами и грациозно потряхивает длинными, волнистыми волосами. Во рту чувствуется вкус перца чили! Я как загипнотизированный идиот пялюсь на неё и не замечаю ничего кругом.

Кто такая?

Новенькая, похоже.

Не видел в наших краях ни разу…

Знойная зажигалочка!

Аж настроение появилось, подойти к ней и познакомиться.

Почти собрался встать на ноги, к ней двинуть, вдруг меня прервали.

— Здравствуй, Тимур.

Слышу хриплый, важный голос, поднимаю глаза на высокую, подтянутую фигуру в дорогом костюме, возникшую прямо передо мной.

Узнаю подошедшего — мой давний приятель, с которым мы тесно держим связь, как брат с братом. В любой ситуации придём друг другу на помощь.

Влад Власов.

Широкоплечий гигант с ястребиным взглядом, аурой идти по головам и только побеждать.

Как обычно, строг, сдержан, держится высоко и невозмутимо. Серьёзный он человек. Единственный из моего окружения, кто вращается в кругах президентской семьи.

— Какие люди! Влад! Как ты? Не президент ещё? — сцепились крепким рукопожатием.

Боковым зрением вижу, как за его спиной метнулись несколько теней. Телохранители…

— Ещё нет, — усмехается, — упорно над этим работаю.

— Как жизнь?

— Да вот… Новостью хочу поделиться. Разрешишь?

— Конечно, — жестом приглашаю в свой вип. — Слушаю очень внимательно.

Он делает паузу, хмурясь, я понимаю, что его что-то достаточно сильно гложет.

— Дочь у меня появилась, — шокирует меня Власов.

— Серьезно? А я думал ты пока ещё не созрел для семьи и детей.

Как и я.

Моё единственное чадо — моя работа.

И Влада тоже, мы похожи.

Дети для нас что-то такое далёкое, нереальное.

Но друг, кажется, вышел из клуба чайлдфри.

— Я и не планировал, — прокашлялся он. — Случайно вышло.

— Ну ты даешь. И кто же счастливая мать?

Но счастья я вообще не вижу в лице друга. Там сплошное волнение.

— Тайны хранить умеешь?

— Ты же знаешь.

— Этот разговор должен остаться между нами. Я к тебе за помощью пришёл. Проблемы у меня. Нешуточные… Подстрахуешь, если что?

— О чем ты! Без вариантов. Так кто она? Мать твоего ребёнка.

— Девочка одна из прошлого… Горничной у меня работала. Давно ещё. Шесть лет назад. Я для неё должен был быть запретом, но мы… сорвались. Не смогли остановиться и нарушили правила.

Сказав это, осушил стакан до дна, со звоном стукнув им по столу.

— А ты с ней вместе уборкой занимался, я смотрю. Уборкой спальни или душевой? А может быть кладовки? — подмигиваю. — И как давно ты узнал?

— Несколько дней назад.

— Обалдеть…

— Сам в шоке. Помолвка на носу с дочкой президента. Пост главы государства уже почти в кармане, благодаря этому браку! И доверие президента ко мне слишком велико — он меня выбрал в приемники.

Присвистываю.

— А тут такое… Внебрачный ребёнок у меня есть от простой служанки, которую от меня упорно скрывали, о которой я вообще ничего не знал. Ей пять лет. Она — вылитая я. И что теперь делать, не знаю. Я так долго шёл к этой цели! Если члены президентской семьи узнают… на тот свет могут отправить за оскорбление их чести и доверия.

Шумно выдыхаю.

Напряжение всё тело сковало, на языке разлился вкус опасности.

— Да, я понимаю, насколько всё серьёзно. Не представляю, как бы я на новость о тайном ребёнке отреагировал, а ты собран, спокоен. Для начала в щепки бы этот стол разнёс от эмоций.

Влад продолжает держать ледяную маску, выглядеть невозмутимо.

— А мать её что? Служаночка, та самая.

— Да мать… плохо всё в общем. В больнице она, в тяжёлом состоянии. Врачи говорят, девочка может остаться сиротой. Полина не приходит в себя. Они могут отключить оборудование…

— Даже не знаю, что сказать… — выпускаю тяжёлый вздох, — сочувствую. Это ужасно! Я в любой момент помогу, чем смогу. Только скажи!

— Спасибо, я знал, что на тебя, если что, можно положиться. Это было