Попала в диала - Ника Смелая

друг. В нашем мире столько высших, обладающих двумя душами, но в друзья я выбрала себе именно тебя. Какая ирония! Знаешь, я придумала способ избежать неугодного мне брака. Когда-то в детстве я сделала первую запись на твоих страницах в храме Пресветлых и пожелала нерадивому женишку не обрести вторую душу. Время шло, но Боги не торопились ему её даровать. Тогда-то мне и стало ясно, что поверье будто дочери чистокровных правителей- любимицы Богов на самом деле правдиво. Как же я обрадовалась! Теперь я стараюсь как можно чаще наведываться в храм и просить, просить…просить. Хоть бы сработало и этот противный Гард никогда не получил силу. Тогда он не сможет на мне жениться, и я выйду за любимого.

— Да что тут вообще творилось? Караул какой! — вырвалось у меня. — Какие там мыльные оперы? Далеко ходить на надо, этот дворец одна сплошная “Санта-Барбара”.

По всему выходило, что Аделина не любила Маркуса. Хотя, может, дальше что-то изменится. Очень хотелось прочитать следующие записи, но в дверь внезапно постучали.

— Ваше Высочество, к Вам супруг. Прикажете ли впустить? — спросила служанка из-за двери, а я не знала, как себя повести. Ведь получается, что именно я (то есть старшая принцесса) виновата во всех горестях Гарда. Нельзя было допустить, чтобы он об этом узнал. Надёжно припрятав тетрадь, я попросила девушку впустить посетителя и решила непременно поговорить с ним начистоту, так как вопросов скопилась масса, а играть в молчанку и дальше было просто неразумно.

Глава 19 Хорош Федот…

Дверь открылась и внутрь вошёл министр обороны Хазы. В парадной форме. Спокойный, сосредоточенный и какой-то чужой. Мне казалось, что я неплохо его узнала, и вот так стоять за дверью и ждать, пока ему разрешат войти, не в его вкусе, что это бы разозлило моего диала, но нет. На его лице не отразилось ничего подобного. Он учтиво поклонился и поприветствовал меня. А стоило служанке удалиться, мягко улыбнулся и присел на один из стульев возле письменного стола.

— У тебя были срочные дела? Я проснулась в одиночестве, — лучшая защита — это нападение. Решила сразу заставить его чувствовать себя хоть немного виноватым.

— Да, иначе разве я оставил бы тебя одну, любимая? — его улыбка стала шире, а я залюбовалась своим супругом и забыла, что хотела начать с конфликта.

— Вернувшись, не нашёл тебя дома и решил, что ты отправилась во дворец. Теперь вижу, что оказался прав, — он расстегнул одну из пуговиц на кителе. — Нам нужно многое обсудить, не так ли?

— Мхм, — промычала я, понимая, что уже давно пора. — Стоп, как ты меня назвал? — до меня только что дошёл смысл его слов.

— Любимая. Самая желанная, прекрасная и необходимая мне женщина на свете. А как я должен был тебя назвать? — казалось, что он говорил искренне. Я так опешила от внезапного признания, что не могла подобрать слов.

— Не знаю, как-то иначе, наверное. Ты раньше никогда ко мне так не обращался. Ну, за исключением одного…р-раза.

— Зато теперь буду. Или ты предпочитаешь, чтобы я соблюдал приличия даже наедине и называл тебя Высочеством…нет, лучше Величеством. Ведь теперь ты — моя королева, — Маркус поднялся со своего места, подошёл ко мне и лукаво подмигнул.

“Что это с ним? Не могла же одна ночь так изменить мужика?”— подумала, но отмахнулась от этой мысли. Хотелось большего. Мне нравилось, что мой диал наконец заговорил открыто и не стеснялся выражать то, что на сердце. Было так приятно. А ещё от него очень маняще пахло, чем-то хвойным и терпким. Я встала со своего места и обняла любимого. Уткнулась носом в его широкую грудь и вдохнула такой соблазнительный аромат.

— Что это за запах? Он сводит меня с ума, — не сдержала своего любопытства. Маркус крепко обнял меня одной рукой и стал ласково поглаживать по волосам и спине второй.

— Не понимаю о чём ты. Меня сводишь с ума исключительно ты одна, — от его слов стало так тепло на душе, сердечко забилось чаще. Захотелось, чтобы он продолжил говорить мне приятные вещи, чтобы не только гладил, но и перешёл к более решительным действиям. Встала на цыпочки и потянулась за поцелуем (ростом он меня превосходил значительно), но Гард приложил к моим губам указательный палец и покачал головой.

— Сначала нам нужно поговорить. Помнишь?

— Да, да. Конечно. Я слушаю, — охоту к общению отбило напрочь. В голове крутились лишь картинки прошлой ночи и мне не терпелось повторить если не всё, то хотя бы часть, и желательно прямо сейчас.

— Теперь мы супружеская пара и твой статус изменился. Думала ли ты об этом? — диал намотал один из моих локонов на палец и поднёс к губам.

— Ага, что? Нет, зачем мне это, если совсем скоро ничто из этого мира не будет иметь для меня значения? — мысли стали липкими, сознание путалось. Хотелось только снять наконец уже с Маркуса китель и не только и забыть о проблемах, Хазе и вообще обо всём.

— Как же так, любимая? Кто по-твоему станет править государством, когда твоего отца не станет? — наседал Гард, не давая мне расстегнуть его облачение, а я всё тянула руки к золочёным пуговицам.

— Ты, конечно. Я исчезну, но страна не пропадёт. Под твоим началом всё будет хорошо, я уверена, — то ли мой ответ его удивил, то ли он устал мне препятствовать, но мужчина опустил руки и я наконец добралась до своей цели и начала методично избавлять его от одежды.

— Значит, ты не против того, чтобы на трон взошёл кто-то другой? — не прекращал расспросы мой супруг, но, видимо, и его тормоза уже отказали и он впился в мои губы жадным собственническим поцелуем.

Я же, будто молнией поражённая, отпрянула от мужчины потому что внезапно поняла, что именно меня так смутило.

— Что-то не так, любимая? — вкрадчиво поинтересовался диал. ДИАЛ! Вот что было не так. А я-то балда, уши развесила и ничегошеньки не поняла. В глазах того, что стоял передо мной лучилось столько силы, что хватило бы на двоих. — Неужели, наконец, приняла решение отправить предка к праотцам и занять полагающееся тебе по закону место на троне?

Он смотрел на меня так, будто и впрямь ждал ответа. Был уверен, что я непременно его дам. Тут-то я и вспомнила, что почти все высшие Хазы ментальные маги. Меня провели, как ребёнка.

— Маркус, назови меня по имени, — стараясь не выдавать дрожи в голосе, попросила неизвестного. — Мне так приятно, когда ты это делаешь.

— Конечно,