Путь на восток - Соло

К моменту, когда наш кортеж во главе с Камаро въезжает на заброшенные улицы города, проходит уже больше полутора часов отведённого времени — обратный отсчёт беспощадно играет против нас, а ничего и близко похожего на больницу на горизонте по-прежнему не видно. Удерживая руль внедорожника одной рукой, я немного опускаю боковое стекло и просовываю в образовавшуюся щель дуло автомата.

В прежние времена население Кингстона превышало сто двадцать тысяч человек, а значит, примерно столько тварей может появиться из ниоткуда в любой момент.

Слишком много. Слишком опасно.

Нельзя ослаблять бдительность.

Сегодня привычный строй автомобилей претерпел некоторые вынужденные изменения — хренов герой на Шевроле мчится в авангарде, за ним неотрывно следует огромный саркофаг на колёсах, а Фольксваген под управлением Галпина и мой джип замыкают колонну с двух сторон, чтобы успеть вовремя заметить приближение живых мертвецов. Даже с расстояния в несколько метров я отчётливо слышу панические вопли беременной блондинки — судя по всему, неотвратимая перспектива материнства уже не вызывает у неё бурных восторгов, как это было совсем недавно.

Впрочем, надо отдать должное их с Аяксом неумению предохраняться.

Если бы не её внезапные схватки, неизвестно, чем закончилась бы недавняя драматичная размолвка. Скорее всего, альянс скудоумных кретинов неизбежно раскололся бы на две, а то и на три части — кудрявый миротворец был непреклонен в своём намерении убраться куда подальше и категорически не желал слушать жалких оправданий доморощенного героя.

Не то чтобы меня это слишком волновало, но… их содействие в таком длительном опасном путешествии было весьма удобным.

В последнее время они даже почти перестали меня раздражать — правда, ровно до того момента, пока идиот Петрополус во всеуслышание не озвучил свои пошлые предположения касательно моей интимной жизни. Зря я всё-таки сдержалась и не выпустила ему всю обойму промеж глаз.

Но когда насмерть перепуганная Синклер начала верещать на всю округу, что она передумала рожать, вектор моих приоритетов вынужденно сместился.

Стоп-сигналы на трейлере вдруг вспыхивают красным, и непомерно огромный автомобиль начинает замедлять ход. Перемещаю ногу на педаль тормоза и машинально бросаю взгляд на уродливый Фольксваген — возможно, Тайлер в курсе причин внезапной остановки — но кудрявый миротворец упрямо не смотрит в мою сторону. Oh merda, что за непроходимый кретинизм. Можно подумать, я ему что-то обещала. Или кому-то из них.

Когда джип полностью останавливается, Вещь с готовностью подскакивает на заднем сиденье и начинает крутить головой по сторонам. Повторяю его движение, внимательно осматривая окрестности — широкая улица с побледневшей линией разметки двухполосной дороги, ряды одинаковых четырёхэтажных домов из красного кирпича с выбитыми витринами маленьких кофеен и фешенебельных бутиков, запущенные островки давно не стриженных кустарников.

Когда-то этот район явно считался престижным, но вирус оказался беспощаден не только к людям. Проклятая зараза выкосила города, навсегда уничтожив в них сам дух цивилизации.

И отныне по мёртвым улицам бродят их мёртвые жители, с каждым днём пополняя свою кровожадную армию высших хищников.

А через несколько десятков лет человечество вымрет окончательно — и тогда эти высшие хищники станут единственными на планете.

— Остановимся здесь, — погрузившись в безрадостные размышления о неотвратимом будущем, я не сразу замечаю, что хренов герой уже выбрался из Камаро и раздаёт свои бесценные указания. — Тут какая-никакая, но всё-таки медицинская клиника…

— Это стоматология, твою мать! — возмущается Аякс, стоящий на нижней ступеньке трейлера. На лице скудоумного кретина явственно угадывается злость вперемешку с отчаянием. — Предлагаешь моей жене рожать в стоматологической клинике?! А пуповину бормашиной просверлим, да?!

Похоже, авторитет самопровозглашенного лидера ощутимо пошатнулся — остальные не спешат беспрекословно выполнять его указания словно стадо послушных овец.

— А у тебя много других вариантов есть? — Торп не повышает голос, но в обычно спокойных интонациях звенит металл, а руки сжимаются в кулаки. — Или хочешь, чтобы твой ребёнок появился на свет там же, где вы его зачали?

— Тебе виднее. Это же ты у нас по трейлерам главный специалист! — сердито огрызается Петрополус, но затем бросает взгляд за спину, где его несчастная благоверная заходится прямо-таки ультразвуковым воплем, и после секундного размышления понуро кивает в знак согласия. — Ладно… Что поделать. Давайте разгружаться.

— Прекратите, вы ведёте себя как полные придурки! — громко восклицает Бьянка откуда-то из салона трейлера, и прямо сейчас я как никогда с ней солидарна.

Поэтому первой выхожу из джипа, нарочито громко хлопнув дверью, чтобы обозначить свои непоколебимые намерения остаться здесь.

Не из солидарности к поверженному авторитету хренова героя, но из соображений здравого смысла. Нам всё равно не уехать далеко с балластом в виде роженицы — и раз уж волею случая на пути встретилась стоматологическая клиника, будем довольствоваться тем, что есть.

Энид продолжает верещать так истошно, словно её режут скальпелем без анестезии. Довольно трудно разобрать отдельные слова в бессвязном потоке истеричных рыданий — кажется, она проклинает на чём свет стоит своё решение стать матерью. Вполне резонно. Жаль только, спохватилась поздновато.

— Оставайтесь здесь и не отходите далеко от машин, — Торп продолжает командовать таким сосредоточенным тоном, будто остальным не наплевать. — А я осмотрю клинику.

Удобнее перехватив винтовку, он решительно направляется к белой пластиковой двери с выцветшим от времени рекламным плакатом, на котором до тошноты миловидная блондинка демонстрирует миру отфотошопленную белоснежную улыбку. Не удосужившись даже снять оружие с предохранителя, не говоря уж о необходимости прицелиться, Ксавье резко дёргает на себя широкую ручку, в очередной раз демонстрируя недюжинный героизм и ещё больший кретинизм — если бы по ту сторону двери находился хоть один живой мертвец, альянс фермеров окончательно бы остался без лидера. Раздражённо возведя глаза к помрачневшему свинцовому небу, я вскидываю автомат и направляюсь вслед за ним.

Торп бросает на меня короткий взгляд через плечо, но благоразумно сохраняет молчание и не вступает в спор. Мы медленно движемся вдоль безликих больничных стен, местами увешанных стендами с рекомендациями, как правильно соблюдать гигиену полости рта и как часто нужно посещать кабинет стоматолога.

Пол вымощен кафельной плиткой, давно утратившей некогда стерильную белизну, а в воздухе витает горьковатый запах медикаментов.

По крайней мере, отвратительного трупного душка здесь не чувствуется — а значит, твари благополучно обошли это место стороной.

Обнадёживает. Даже очень.

Мы поочерёдно распахиваем несколько дверей с именным табличками врачей, но следов чужого присутствия нигде не обнаруживается.

С улицы раздаётся оглушительный раскат грома — настолько сильный, что видавшие виды стёкла начинают жалобно дребезжать, а следом доносится шум капель по