Предательство, которому ты служишь - Трейси Лоррейн

Когда мое тело бьется в конвульсиях, и на меня накатывает удовольствие, эмоции также захлестывают меня.

— Принцесса, — рычит Кейн в наш поцелуй, прежде чем его тело замирает, и его член дергается глубоко внутри меня. Я не думаю о том, что он снова без защиты, слишком подавлена всем, что произошло сегодня днем, всем, в чем Кейн мне признался.

«Я выбираю тебя».

Рыдание вырывается из моего горла, и слезы, которые жгли мне глаза, проливаются и стекают по вискам.

— Летти, — тихо говорит он, когда приходит в себя и обнаруживает, что я плачу под ним. — Что не так? — Его брови озабоченно нахмурены, и, хотя мне от этого становится легче, слезы текут быстрее.

Обнимая его за плечи, я притягиваю его к себе так, что его вес вдавливает меня в матрас.

Парень обнимает меня очень долго, пока я пытаюсь осмыслить все, что произошло с тех пор, как он вошел в ту дверь и сказал все, что мне нужно было услышать.

Но какими бы удивительными ни были эти слова, слетевшие с его губ, за них приходится платить. Огромную, блядь, цену. Его будущее.

Я не могу позволить ему все бросить ради меня.

— Ты меня пугаешь, — говорит он, перенося свой вес и перекатывая нас так, чтобы мы оба оказались на боку. — Что не так?

Это занимает у меня несколько секунд, но в конце концов я нахожу в себе смелость открыть глаза и посмотреть в его обеспокоенные глаза.

— Я… — выдыхаю я. — Я не могу позволить тебе сделать это, Кейн. Не могу.

Подняв руку, он обхватывает мою щеку, вытирая мои слезы.

— Я не прошу тебя позволять мне что-либо делать, Лет. Это может тебя удивить, но я не делаю ничего такого, чего не хочу делать.

При его словах раздается смех, потому что я, возможно, испытывала это на себе раз или два.

— Я знаю, но…

— Здесь нет никаких «но», Летти. Я принял решение и привел его в действие. Я имел в виду каждое слово, которое сказал тебе там.

Но. Это слово вертится у меня на кончике языка, но я сдерживаюсь, чувствуя, что он еще не закончил.

— Я не ожидаю, что ты скажешь что-нибудь подобное в ответ. Знаю, что причинял тебе боль снова и снова, и за это могу только извиниться. Я был гребаным идиотом, Лет. Не видел того, что было прямо перед моим лицом. Но ты для меня все, Принцесса. Ты — единственное, чего я хочу.

— Это не так просто, Кейн, — возражаю я.

— Может быть.

— Но это невозможно. Ты не можешь просто уйти от единственной жизни, которую когда-либо знал в ничто только потому, что на тебя снизошло это внезапное прозрение.

— Не такое уж и внезапное, — бормочет он, и на его губах появляется ухмылка.

— А как насчет Виктора? Я знаю, что ты сказал, — добавляю я, когда он начинает спорить. — Ты не можешь на самом деле поверить, что он просто отпустит тебя. А как насчет моего отца? Если Виктор узнает, что ты уходишь из-за меня, тогда что он с ним сделает? — эгоистично спрашиваю я. — А как насчет футбола? Ты нужен команде…

— Уверен, что Лука будет более чем в восторге от того, что ему больше не придется иметь дело со мной, Принцесса.

— Возможно, это и правда, но ты нужен ему, и он это знает. Ты самый лучший. С тобой и Леоном по обе стороны, вас, ребята, не остановить.

— Ты думаешь, я лучший? — спрашивает он, и самая невероятная улыбка расплывается по его лицу.

— Не забивай себе голову, я ни фига не знаю о футболе.

— Ты много лет крутилась вокруг Даннов, как это возможно? — спрашивает он так, как это делают почти все.

— Это просто так, поверь мне. Но дело не в этом. Ты нужен команде. Поэтому не можешь просто так уйти.

— У меня не будет выбора, Принцесса. Виктор отберет у меня стипендию, и я получу объявление о моем отстранении из команды к утру понедельника.

Наклоняясь вперед, я кладу голову ему на грудь, не веря, что он это сделал.

У него была такая возможность, какой не бывает ни у кого из детей Харроу-Крик, а он просто возвращает ее обратно из-за… из-за меня.

— Должен быть другой способ.

Взяв меня пальцами за подбородок, он отрывает мое лицо от своей груди.

— Мне нравится, что ты хочешь бороться за меня, Летти. Мне действительно, блядь, это нравится. — Он двигает бедрами, позволяя мне еще раз почувствовать его твердость, показывая, как сильно ему это нравится. — Но другого пути нет. Я не могу позволить себе0020поступить в колледж или жить без работы, и не могу работать параллельно с футболом. Но все в порядке. Мне это не нужно. — Он сплетает наши руки вместе и подносит костяшки моих пальцев к своим губам. — Я найду работу, построю достойную жизнь вдали от Харроу-Крик и «Ястребов». Сделаю так, что ты сможешь гордиться мной.

Весь воздух вылетает из моих легких при его словах.

— Ох, Кейн, — выдыхаю я, обнимая его за шею. — Дело совсем не в этом.

Мы снова замолкаем, тяжесть нашей реальности давит на нас.

— Мы можем отложить все это до завтра? — спрашивает он, прижимаясь своим носом к моему, касаясь губами уголка моего рта. Скользит рукой вниз по моей спине и обхватывает мою задницу, прижимая наши тела еще крепче друг к другу.

— Я… эм… думаю, что да.

Кейн завладевает моими губами в еще одном поцелуе, от которого колени слабеют, и я снова забываю обо всем на время и просто отдаюсь ему.

Не помню, как заснула, но когда открываю глаза и осматриваю спальню Кейна, то понимаю, что, должно быть, вырубилась.

Сама комната совсем не похожа на то, что я ожидала от Кейна. Стены кремовые, а мебель вся светлая и разномастная. Полагаю, что на самом деле это не его выбор,